Большой зал

385 сообщений / 0 новое
Последняя публикация
Последнее посещение: 1 месяц 3 дня назад

​Большой Зал выглядел так же, как и пару часов назад, когда Кайлей покинул его. А казалось, будто прошла неделя. Всего за эти пару часов он успел поучаствовать в спасении человеческих жизней, тушении палуб, погружении на дно Озера и сделал неоценимый вклад в свои будущие благодарности колдомедикам, которые будут залечивать ему перелом правой руки.
Кайлей был амбидекстером не с рождения. Он целенаправленно развивал левую руку, чтобы управляться с ней не хуже правой. Но отсутствие таланта сказывалось на навыках и все-таки, правая рука была для парня основной. 
"Я сейчас умом тронусь" - думал слизеринец, дуя на сломанную конечность, что было по сути своей совершенно бессмысленно, так как рука была под мантией и перемотана наспех неумелой Ферулой. И сколько бы парень не дул, до горящей болью руки ничего не долетало. Кай делал так скорее для собственного успокоения. Хотя спокойней ему не становилось.

Когда в зале появился Дамблдор, боль на время отступила. Точнее Хоук вынужденно перевел свою безраздельную концентрацию на директора и на время забыл о болезненной пытке. 
Он внимательно слушал каждое слово старого волшебника. Он был одним из тех, кто пытались найти скрытый смысл в его послании и расшифровать каждое слово. К сожалению, усталость, что обухом свалилась на его плечи, не дала возможности запомнить всю речь дословно. Пришлось довольствоваться только приблизительными догадками. И вот, что Хоук понял:
Обгоревшее месиво, что он видел, еще утром было фон Триром. 
Возможно в его спальне появятся дурмстрангцы.
Не стоит тратить силы на распри внутри замка, потому что те, кто притаились за его пределами - гораздо опасней. Хоук так и не смог разгадать, говорил ли Дамблдор о Волдеморте и его приспешниках или же речь шла о Министерстве и его давлении. Но это ему предстояло выяснить. 

Дождавшись ужина, Хоук вдруг понял, что не голоден. От всего пережитого пустой желудок скрутило и даже ребрышки на обед показались ему лишними. Рука болела так, что на лбу выступила испарина. Но выходить из зала ему все еще было боязно. 
Высмотрев среди студентов одного из своих "барыг", парень подошел к столу Рейвенкло и поинтересовался, не завалялось ли у Коулмана немного обезболивающего зелья. На счастье оказалось. К несчастью - очень немного. Выпив остаток крохотного бутылька, Хоук поблагодарил рейвенкловца, и поплелся обратно к столу. Его место уже занял какой-то хмырь (со спины Кай не понял, кто это был) но ему было уже решительно все равно. Зелье еще не подействовало и перед глазами двоилось.

Вдруг, кто-то легко коснулся плеча и Кайлей обернулся.
Раф. - хотел было воскликнуть он, но сил хватило только на констатацию факта.
Только сейчас Хоук понял, что совсем позабыл о Грейвсе, но видя его в зале невредимым стало облегчением. В какой-то момент слизеринец испугался, что из-за глухоты парень мог не среагировать вовремя и быть пойманным тем, кто выпустил метку. 
Ты давно здесь? Все в порядке?
"Что случилось?" - прошептал мальчишка беззвучно и Кай ощутил позыв рвоты. На счастье, блевать не было чем. К несчастью - блевать на пустой желудок было еще неприятней, чем на полный. Прикрыв рот левой рукой и выждав минуту, Хоук снова посмотрел на Рафа.
Я был там. - снова очевидный факт, но он не знал, что еще сказать.

I'll expecto my patronum on your face, you little snitch! 
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
Последнее посещение: 1 месяц 2 недели назад

Нет, Рафаэль, конечно, ожидал, что не может этот человек быть потрёпанным просто потому что, и он даже допускал вариант, что Хоук был на горящем корабле, но... одно дело — предполагать, и совсем другое — получать подтверждение своих опасений. На вопросы про порядок, которые парень всё-таки понял по движениям чужих губ, Грейвс предпочёл пока не отвечать, как-то забыв убрать руку с чужого плеча. Нахмурился, осмотрев собеседника с ног до головы. Да уж, потрёпанный — весьма туманное и неточное объяснение: Кайлей выглядел уставшим, и, быть может, каким-то разбитым (или Раф просто начал накладывать придуманные образы на действительность?).

Снова переведя взгляд на чужие глаза, Безухий виновато прикусил губу, раздумывая, стоит ли спрашивать что-то ещё или всё же оставить в покое. Не выбрав ни то, ни другое, Рафаэль наконец убрал руку и взял пергамент с пером. Наверное, лучше не донимать его, но просто так уйти мне будет довольно сложно.

«Я пришёл пару минут назад, до этого был в каких-то коридорах, гулял. Не знал о произошедшем, так как не был на обеде. Да, всё в порядке, чего не скажешь о тебе. Ты уверен, что тебе не стоит идти в Больничное крыло? Не похоже, что ты там был.» — таким был окончательный вариант предложения, написанного на на уже очищенном от разговора с той маглорождённой пергаменте. Раф не стал совать бумагу в руки, просто повернув лицевой стороной к Хоуку и снова осматривая его. Хотелось что-то сказать, что-то сделать, чтобы помочь справиться с подавленным настроением, но Грейвс не знал, что значит побывать на горящем корабле и, вероятно, увидеть труп человека. А потом ещё и не пойти в Больничное крыло, оставшись вместе с большинством в Большом зале.

Поэтому он просто продолжал стоять, наконец виновато отведя взгляд в сторону.

why do I run back to you like I don't mind if you fuck up my life
Последнее посещение: 4 дня 6 часов назад

Переход с причала

Как дошли до зала, Гарнэт затруднилась бы описать. Перед глазами всё стояла черная метка.
О, она знала что это. Гарнэт прочитала столько военных хроник, газетных статей и заметок о погибших в магической войне, ища информацию об отце, что могла бы в деталях представить ее даже если бы не видела колдографий. Чего она представить не могла, так это что когда-нибудь увидит метку в живую.
Что же это? Неужели опять война? Неужели опять придется терять любимых и близких? В голове неприятно зашумело, и Гарнэт заставила себя переключить внимание с внутреннего на внешнее.
Яркий и любопытный большой зал был словно из другого мира. Знакомое место, знакомые люди, знакомые звуки, но все не то. Она хлопнулась на скамейку рядом с Эм, даже не подумав идти к столу Гриффиндора. За время ожидания все так перемешались, что в этом не было никого смысла. Эмили остервенело и безуспешно терла свой значок.
- Тергео, - произнесла Гарнэт машинально.
Значок заблестел девственной чистой и теперь гротескно контрастировал со всей остальной Эмили. Страшно было представить, как выглядела сама Гарнэт после того как ее облили водой на горящем корабле.
- Как ты? - спросила она, чтобы нарушить гнетущую тишину и хоть немного вписать себя в шумный и живой зал. Снова стать частью мирного замка, а не пожарища. Выходило пока не очень.
Тех, кто был там, было заметно издалека. Вон Элион. Плачет. Вон Кайлей. С шиной вокруг руки. И Алиса. Все лицо в крови. Выражение лица у всех одинаковое. Неужели Гарнэт тоже похожа на тень самой себя? Захотелось спрятаться. Она огляделась и нашла на столе свою шляпу, целую и невредимую. Метлы весело метались по ней и только и ждали, чтобы взорваться снопом ярких искр. Гарнэт раздражённо поморщилась.
- Финита! - скомандовал она, оставив ткань траурно-черной. Так было определенно лучше.
Она нахлобучила шляпу по самые глаза и легла на скрещенные на столе руки. Речь директора впервые в жизни больно резанула по сердцу вместо того, чтобы успокоить.

Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Вечером дня когда случился пожар на корабле, унесший жизнь мало знакомого, но все же известного немцу слизеринца, погибшего в пламени пожара, ежели верить разговорам некоторых учеников, был для Миклоша эдаким островком спокойствия, столь удачно попавшемся на пути по буйствующему океану сменяющихся друг за другом событий. Парню удалось часик поспать в предоставленной комнате, да еще и умыться, весьма кстати, так что на ужине его вид уже был не столь ужасен. Даже хватило восполнившихся крупиц силы для того чтоб вернуть себе Колорумом платиновые волосы, но их все же не хватало для чтения, как и для передачи, куда более быстрых чем слова мыслей. Ну, тем оно и лучше. Можно было отдохнуть от окклюменции, чего ему ой как не хватало в последнее время. Хоть что-то хорошее, помимо мимолетного визита в больничное крыло, чтобы показаться на глаза Лили. Вести о гибели ученика и до нее добрались к тому моменту, как Бальза пересек порог врачевальной части замка. Сказать что она испытала облегчение, увидев что Мик жив и даже относительно цел, в сравнении с большинством попавших в руки колдомедиков - это не сказать ничего.
Так что, на ужин дурмстранговец пришел в достаточно спокойном состоянии, немного опоздав, но не он один явился позднее положенного. Многие ученики румынского Института запоздали чутка. Кто-то не хотел идти есть после пережитого. Другие пытались отоспаться, ведь сон лучшее лекарство от проблем. Третьи же умудрились заплутать в четырех стенах, почти не покидая прежде требующий ныне ремонта Флигенд. К кому относился Бальза? Ни к кому. Задержался как раз из-за визита к Лилиан. Пройтись туда и обратно занимает некоторое время.
Трудно было оценить настроение народа в зале, да немец и не пытался, высматривая знакомые лица. Одним таким лицом оказался Хоук. Рядом с ним уже был какой-то паренек, но Миклош посчитал что тот отнюдь не помешает. С чем именно? Да он и сам не знал. Просто подошел к слизеринцам и сел рядом, поздоровавшись коротким кивком головы. На тарелках тут же появилась еда пред юношей, но не смотря на довольно презентабельный вид, увы, но аппетита особо не было. Так, поковырял минутку кусок мяса, размеренно прожевал и заглотив, прежде чем подал наконец-то голос:
- Я рад что с тобой все хорошо. Насколько это возможно, - обратился парень явно к Кайлею, говоря предельно честно, - Спасибо что не бросил их в беде... - о ком именно шла речь не столь важно, ведь главное что помог, - Как ты? Меня вот, похоже, заселили к тебе. Мы теперь соседи...
Говорить было весьма сложно. Даром что парень не знал о чем можно вести речь после всего случившегося. Стало даже как-то тревожно, что было заметно по усилившемуся акценту.
- Не знаю... Дружили ли Вы или нет, но... Соболезную...
Ему казалось это правильным. Хогвартские дети были все же семьей и гибель фон Трира вполне могла быть потерей кого-то близкого для них. Дурмстранговцам такого единения все же не хватало. Все познается в сравнении. Все познается в беде.

     
Последнее посещение: 1 месяц 3 дня назад

«Я пришёл пару минут назад, до этого был в каких-то коридорах, гулял. Не знал о произошедшем, так как не был на обеде. Да, всё в порядке, чего не скажешь о тебе. Ты уверен, что тебе не стоит идти в Больничное крыло? Не похоже, что ты там был.»
Да, не был. Еще успею. А тебе не стоило пропускать обед. Были рёбрышки. - попытался отшутиться Хоук, но вышло это на редкость натянуто. Он сел за стол, жестом пригласив Рафа сделать то же. Судя по всему их еще не скоро выпустят из Зала, а сил стоять у Кая не было вообще. Заметив девчонку-первокурсницу, которая выразительно одаривала его взглядами по прибытии, он, наконец, решил обратиться и к ней.
"Как там ее звали?" - задумался Кай.
"Анна Флаэрти" - подсказал голос. Он всегда все помнил.
Флаэрти? Я видел, как ты смотрела. Если собиралась сдать меня Снейпу, то, во-первых, поздно. Он наверняка уже знает. А во-вторых, если хочешь сообщить ему что-то новое, то поспеши, пока Сэм тебя не опередил. - Даже несмотря на мертвенную усталость и разбитость обстоятельствами, эти слова отразились кривой усмешкой на губах слизеринца. Он кивнул на четверокурсника, на случай, если Сэма-стукача малышка Энни еще не знала.

Кто-то подсел слева. Хоук не придал этому значения, пока этот кто-то к нему не обратился.
- Я рад что с тобой все хорошо. - сказал иностранец, - Насколько это возможно. Спасибо что не бросил их в беде... Как ты? Меня вот, похоже, заселили к тебе. Мы теперь соседи...
Белое от стресса и боли лицо Хоука будто побледнело еще сильней. Он прикрыл глаза, словно едва держался, чтобы не заплакать. 
"Это ты из-за пожара?" - удивился голос, сам не понимая, что так доконало парня.
"Да сук.." - Кай поджал губы, нервно поднеся к ним сжатую в кулак левую руку. Видимо, немец посчитал это реакцией на обстоятельства, так как быстро решил принести свои соболезнования.
- Не знаю... Дружили ли Вы или нет, но... Соболезную...
"Черт. Еще и Трир"
Хоук разжал пальцы и приложил ладонь к глазам, стараясь сдержать слезы. Но стоило их закрыть, как мигом во тьме всплывали образы пожарища и сожранного пламенем обугленного тела. А потом лицо Трира на трибунах недавно. Он, возможно, не был даже таким странным, каким он его представлял все эти годы. Может быть, ему просто не хватало друзей. Может быть, если бы они бы встретились на случайных ночных посиделках не неделю назад, а года три.. Может быть - он не поперся бы на чертов корабль. Может быть, ему было бы хорошо и в замке Хогвартса.
"Он пошел туда не за друзьями"
"Да я догадался. Не знаю, что это был за кабинет, но поводов быть там у него все равно не было. Да и слишком уж сильно он был во всей этой теме с "лучшими из лучших", чтобы вообще спускаться на нижнюю палубу, которая выглядела как трюм."
 - размышлял Кайлей.
"Ты не знаешь, что такое трюм" портил размышления голос.
"Да насрать, что такое трюм. Нижняя палуба - это какой-то карцер. Даже если предположить, что Трир пошел на корабль прогуляться, ему нечего было делать там. Не верю в его любопытство. Либо его туда заманили, либо он был там не в гостях"
"Скорее всего"
- согласился голос с каким-то из размышлений.

Спасибо. - наконец ответил Кай. - Он был.. неплохим. 
Это было именно тем словом, которое характеризовало Люциуса в представлении Хоука. 
"Да. Он был неплохим" - повторил он про себя.

I'll expecto my patronum on your face, you little snitch! 
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
Последнее посещение: 11 месяцев 6 дней назад

Наконец то, немой собеседник Анны отвлёкся на другого ученика, который вызывал внимание Анны несколько часов назад, но сейчас - ей было совершенно всё равно как до него, как и до кого либо ещё. Сейчас её голова была занята совсем другим, помимо усталости, но её покой всё же решили нарушить. Анна закатила глаза и медленно повернула голову по направлению к Кайлею, дослушав которого, она махнула на парня рукой.

- Живи пока, Хоук, - сонливо протянула слизеринка. - Ты прав, профессор и без меня узнает о твоих “геройствах”, - Анна сделала неприятный нажим на последнее слово, вновь показывая всё своё отношение к “прогулкам” на горящем корабле. - Так что, можешь другим порассказывать о своих похождениях, приключениях, или что там у тебя на лодке было. Почувствуй себя героем хотя бы раз в жизни, - Анна натянула свою подлую улыбку на уставшее лицо и осмотрела парня с ног до головы. - Побитым… но всё же героем. Ты же ведь для этого приплыл сюда, а не пошёл спокойно отлёживаться в белоснежных простынях мадам Помфри. Только смотри, чтобы “фанатки” не растерзали, слушая скольких ты там спас… или не спас, - Анна безразлично пожала плечами. - Ну, разберёшься, ты же у нас весь такой ответственный.

Хоук отвлёкся на того самого немца. “Коэффициент идиотов на квадратный метр зашкаливает”, подумала про себя Флаэрти и покачав головой, отвернулась от ребят. Краем уха она всё же продолжала слушать их разговор. Анну совершенно не устраивала та идея, что этот немец, да и другие, будет таскаться по гостиной Слизерина. Но, как бы она не хотела, исправить это недоразумение она уже не сможет, да оно и не сильно надо, учитывая новые цели Анны.
Столько шума из за несчастного сгоревшего куска дерева и одного мёртвого студента. Да каждый день люди умирают, сотнями, тысячами! Это всё ещё не укладывалось в голове девочки. Неужели, она единственная, кто более менее спокойно воспринимает все последние новости? Риторический вопрос, на который опять же не суждено получить ответа. Но похоже, разговоры о сгоревшем будут наполнять Хогвартс, как минимум, до конца года и придётся с этим жить, закатывая постоянно глаза, когда речь снова будет заходить об этом. “Сборище идиотов и полоумных, а не “подающих надежды волшебников”, противно аж”, мысли про это так и продолжали лезть в голову Анны, но афишировать, по крайне мере сейчас, она их не собиралась.

Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

 
Он не умел особо успокаивать, пусть какой-то опыт и имелся, но и тот, сугубо с противоположным полом, а вот что делать в случае с плачущим парнем — это немец не знал, но очень хотел бы. Об этом говорило все: выражение лица, тон речи, каждое мелкое движение. Не сказать чтоб он прям дико проникся слизеринцем, но дружественное отношение формировалось, это точно. Прямо по завету директора шотландской школы. Случившееся очень наглядно показало кто и кому друг, а кто является врагом. И пусть в прошлом они с Кайлеем имели некоторое недопонимание, но то теперь дела минувшего. Важно что происходит сейчас и каким будет будущее. А оно обещало быть очень даже темным, ибо на то что окажется просто несчастным случаем, после того как финальным аккордом в симфонии ужаса оказалась черепушка в небе, надежды на хорошее было мало.
Но все же, не смотря ни на что, им жизненно необходимо находить вой свет даже в самой глубокой мгле.
Для Миклоша этим источником была его любовь и семья. Акамарин  в кольце слегка отбросил блик, прямо как глаза, когда в памяти всплыл образ возлюбленной целительницы, а воздух запах домашним теплом и уютом. Так странно. В Дурмстранге немец подобного не испытывал. Институт всегда был монолитом, эдакой ледяной глыбой, способным приютить, но домом, кто и что там не говорил бы, был далеко не для каждого. И, наверное, в этом и таилось главное отличие двух школ для волшебников. Хогвартс делил детей по факультетам, но он никогда не разделял их на своих и чужих. Скорее, как сейчас видел Бальза, эта школа старалась сплотить своих подопечных в единую семью. Могло ли так быть в Дурмстранге, с его принципом вечной борьбы и постоянной конкуренции друг с другом? Если и да, то отнюдь не стараниями самого Института, а лишь его обитателей.
Было не очень приятно признавать то, что не такие они уж и отсталые, эти британские волшебники. Да и если уж на то пошло, то какой бы была Лили, учись она не здесь? И были ли они с ней, окажись все иначе? Вопросы сугубо риторические.
— Да, неплохим... — согласие звучало мягко и чуть хрипло, в горле пересохло, так что пришлось сделать пару глотков. Опять томатный сок, — Жаль что толком мы с ним не познакомились. В библиотеке он начал говорить о политике, а я в ней не особо силен, да и не люблю всю эту грязь... — уголки губ слегка приподнялись, словно бы ничего не случилось и, спустя мгновение, фон Трир подойдет к ним, наградив спокойным взглядом, живой и здоровый, вечно себе на уме и чутка странный. «Кто тут говорил бы про странность», — камень в свой же огород. — Пусть он будет в лучшем месте чем наш мир. Не хочется думать что на той стороне ничего нет. Как там остальные? Если я могу чем-то помочь, то только скажите, хорошо? Если это будет в моих силах...
«То точно помогу», — закончил уже про себя, но Хоук точно все понял, как и то насколько честно все сказано. Не то чтоб им могла понадобится его помощь, но главное тут не это, а сама готовность и желание пойти на контакт. И кто знает, может даже это станет первым шагом к зарождению дружбы?
— Тоже аппетита нет? — обратился к неразговорчивому слизеринцу, выглядящему куда лучше многих в зале. Откуда же ему было знать о том, что незнакомец почти что пропустил все сегодняшние злоключения? — Попробуй это мясо, вполне неплохо, правда.
Все все понимали. Блондин неловко пытался сменить тему, иначе они точно впадут в полное уныние, но толком не выходило. Еще и зубы нервно скрипнули. Выпады мелкой слизеринки в адрес Кайлея не прошли незамеченными. Но Хоук и сам справлялся с нападками. Да и ссориться настроения не было. Пусть и запоздало, но все же Мик дошел до согласия с мыслью: «Она лишь ребенок и не стоит забывать об этом. Споры надо вести с равными, а не с неразумными и мало знающими о суровости жизни детьми...»

     
Последнее посещение: 1 месяц 2 недели назад

Странно. До ужаса странно чувствовать эту атмосферу всеобщей подавленности, разбавляемую разве что настроем прошлой собеседницы, и при этом не слышать её. В Омуте Рафаэль видел пару выступлений в театре, где голоса играли большую роль — он не помнит, как назывались подобные, но с лёгкостью может воспроизвести то ощущение, появляющееся при прослушивании... песен? Кажется, это были они. В особенно трагичных моментах некоторые голоса становились невозможно высокими, в напряжённых — на несколько тонов ниже, и все эти перепады добавляли происходящему атмосферы.

Поэтому сейчас, будучи не в Омуте, а во вполне себе настоящем времени, Грейвсу странно ощущать то, что он ощущал тогда — вроде эмоции одолевают и его, вроде и тут он лишь сторонний зритель, но голосов, наполненных этим странным чувством скорби, грусти или чего-то подобного, слышно не было. Конечно, ему не привыкать к тишине, но к тишине с этими смешанными ощущениями ассоциации другие.

Машинально, всё ещё витая в каких-то непонятных и даже немного раздражающих своей философской начинкой мыслях, Рафаэль тоже садится, как-то незаметно для себя пропуская последнюю фразу Хоука и переворачивая лист другой стороной. Он также не сразу заметил и новые проявляющиеся на пергаменте слова, отличающиеся от других чуть изменившимся почерком Самопишущего — кажется, время от времени оно присваивало некоторым людям другой наклон и иногда даже шрифт письма, и непонятно было, с чем связано подобное «поведение».

«Не знаю... Дружили ли Вы или нет, но... Соболезную.» — кажется, это были слова того человека, подсевшего к Хоуку, которого Раф отметил только краем глаза, но сейчас повернулся, внимательно вглядываясь. Грейвс не был знаком с ним, поэтому, быть может, тот был как раз из Дурмстранга, но глухой делать выводов не спешил — что уж там, он не знает и половины слизеринцев в лицо, так что, вполне возможно, что этот был как раз из незнакомой второй половины. Вместе с этими размышлениями пришла и другая мысль: Кто же всё-таки погиб? Та маглорождённая не сказала имени, я помню только факультет. Может, можно спросить... хотя, наверное, не стоит.

Далее были проявлены как вопрос Хоука, так и ответ... Флаэрти? Вначале Раф не понял, к кому обратился слизеринец, но, прочитав ответ, понял, что это была как раз его прошлая собеседница. Что ж, Грейвс не знает её имени, но знает фамилию. Уже неплохо. Ответ же этой Флаэрти выглядел грубо и был пропитан... кажется, презрением. Для понимания этого не нужно было смотреть в её лицо, было достаточно прочесть. Её слова ещё больше отвращали Рафаэля, но он знает, что ещё заговорит с ней, причём попытается сделать это максимально мирно — скорее всего, на подобное толкало понимание, что, если она не забросит идею с Волдемортом в ближайшие несколько недель, то потом ей будет худо и она успеет пожалеть.

Хоук и незнакомец с кодовым именем «Не то Слизеринец, не то Дурмстранговец» продолжали обсуждать погибшего, личность которого всё ещё оставалась для Грейвса загадкой, поэтому он поднял глаза от пергамента. Как раз вовремя — тот, что с платиновыми волосами, обратился к Рафаэлю. Глухой, понятное дело, снова бросил быстрый взгляд на бумагу, дабы проверить, сможет ли он ответить вслух или придётся писать, и, со вздохом, взял чуть подрагивающее от предвкушения следующих диалогов перо.

«Меня там не было, так что лучше направь своё беспокойство на людей вроде Кайлея. Я благодарен, конечно, но меня куда больше беспокоит он. И, раз уж у меня появилась возможность спросить это у кого-то более-менее не убитого давлением... не мог бы ты сказать имя того, кто погиб? И заодно своё, если можно. Было бы неплохо, если бы ответ ты написал, ибо я не очень хочу, чтобы другие услышали, о чём я спрашиваю.» Обращение дописано, пергамент свёрнут (дабы нельзя было прочесть кому-то ещё) и протянут вместе с пером незнакомцу. Остаётся только ждать ответа и тихонько проклинать своё любопытство.

why do I run back to you like I don't mind if you fuck up my life
Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Кажется или у Миклоша нервно дернулось одно веко? Нет, не кажется. Все это записывание слов на бумаге, дальнейшее протягивание и, конечно, ожидание ответа в таком же виде, дико так веяло шпионскими мотивами. Серо-голубые очи с опаской вперились в незнакомца, писавший не соизволил представиться, а лишь спрашивал имена, но ничего особо подозрительного заметить не удалось. Объяснений для этого могло быть не то чтоб много, но они все же имелись. Либо это была не пустая паранойя и пред Бальзой сейчас сидел кто-то взрослый, под оборотным зельем или иными средствами маскировки, начавший под него копать, либо... Просто немой подросток? Последнее звучало правдоподобнее. А что? Парень не мог говорить, а раскрывать свой недуг сразу стеснялся, вот и решил все замаскировать под некую конспирацию. Что при этом всем нужно отметить? Слизеринец мог быть весьма опасен в боевой ситуации и это надо иметь ввиду.
Об этом выводы сделать не так уж сложно. Коль уж парнишка нем как поцелованный дементором, то как же тогда мог использовать волшебство? В том что является учеником сомнений быть не могло. Школа Хогвартс и в самом деле полнилась сюрпризами. Не только своими комнатами и секретами, но и людьми, обитающими в стенах старого замка.
«Или я перенервничал на ровном месте, а парень и в самом деле хочет того о чем написал. Без всякого там двойного дна», — усмехнулся собственным суждениям, приступив к написанию краткого ответа, очень надеясь на вменяемость своей грамматики. Было бы весьма печально, ежели ошибок оказалось слишком много и, чисто из-за некоторого языкового барьера, слизеринец не понял бы написанное:
«Сгорел Люциус фон Трир. Меня зовут Миклош Ларс Бальза. И было бы не плохо узнать твой именование телесный лот, а то йа не понять как обратиться по твой штрих код».
Немец чувствовал что что-то не так, да и выражение лица читающего спустя полминуты парня больно красноречивым оказалось, но тут уж ему придется мириться с тем как блондин пишет, либо дать перу самому записывать за иностранцем.

     
Последнее посещение: 1 месяц 3 дня назад

- ...можешь другим порассказывать о своих похождениях, приключениях, или что там у тебя на лодке было. Почувствуй себя героем хотя бы раз в жизни. Побитым… но всё же героем. Ты же ведь для этого приплыл сюда, а не пошёл спокойно отлёживаться в белоснежных простынях мадам Помфри. Только смотри, чтобы “фанатки” не растерзали, слушая скольких ты там спас… или не спас. Ну, разберёшься, ты же у нас весь такой ответственный.
"Герой" - повторил про себя парень, но вслух ничего на это не ответил. Неповрежденной рукой он лишь сжал в кармане артефакт, что стал причиной его пребывания на корабле. 
Он того не стоил..

- Да, неплохим... Жаль что толком мы с ним не познакомились. В библиотеке он начал говорить о политике, а я в ней не особо силен, да и не люблю всю эту грязь...  Пусть он будет в лучшем месте чем наш мир. Не хочется думать что на той стороне ничего нет. Как там остальные? Если я могу чем-то помочь, то только скажите, хорошо? Если это будет в моих силах...
- Спасибо. - Только и смог выдохнуть Кай и на том замолчал.

Выпитого зелья явно не хватало для борьбы с болью на равных, а потому рука мучила слизеринца тягучей, ноющей болью, что сводила его с ума. Голова кружилась, но голос, крепко засевший в ней, не давал Хоуку успокоить или потерять сознание. 
"Держись" - это не было словом ободрения, это было четким требованием. Кайлей не мог ослушаться и покорно держался изо всех сил.
"Скоро вас выведут из зала. Они это сделают тогда, когда удостоверятся в безопасности транспортировки всех по гостиным. Тогда тебе нужно будет потребовать выделить тебе аврора для сопровождения в Больничное Крыло. В Крыле нужно постараться выбить себе мед.обслуживание вне очереди. Надави на то, что ты один из героев-пожарных"
"Я не герой"
"Мне ты зачем об этом сообщаешь? Я в курсе, кто ты. А вот они нет. Им и соври"

Кай промолчал. Врать ему не хотелось, но сил пререкаться с голосом не было.
"Так или иначе: твоя задача выбраться из БК до ночи. Даже если руку не починят - беги в гостиную и сиди там. Везде ходи с аврорами или с другими слизеринцами"
"Слизеринцами?"
- перед глазами летали белые мотыльки, Хоук, казалось, напрочь ничего не соображал.
"Сконцентрируйся. Если выпустивший Метку бежал из замка - то все хорошо и ты в безопасности, но..."
"Но каков шанс того, что Пожиратель бежал ИЗ замка, а не В замок"
- закончил предложение за свое подсознание Кай. - "Маловероятно. Это мог быть Блэк, если в прошлом году он здесь не набегался. С другой стороны, в прошлый раз жертв не было, так что может и в этот раз не буд.."
"..В прошлый раз здесь были дементоры с самого начала, а не "с завтрашнего дня". В прошлый раз он очевидно охотился на Гриффиндор или на Поттера лично. Но в этот раз погиб фон Трир. Может быть все это совпадение. А может быть он сменил вектор и теперь его цель Слизерин. А может быть это вовсе не Блэк."
"Черт. Ну почему их всех не пересажали?!"
"Ну Блэка и посадили. Только он выбрался. А там где бежал один могут бежать многие. Просто один засветился, вот о нем и написали, ведь у них не было выхода. А имена остальных, кто сбежал, до сих пор держат в секрете, чтобы не наводить паники"
"Вероятно"
- согласился Кай. - "Но почему ты думаешь, что нашивка со змеей меня убережет?"
"Суди сам. Большинство бывших Пожирателей - слизеринцы.."
"..ну что за предвзятость"
- возмутился Хоук и подсчитав имена тех, о ком читал, тут же вежливо добавил. - "Продолжай"
"В таком случае гостиная Слизерина может стать самым безопасным местом в Хогвартсе"
"Потому что бывший слизеринец не тронет нынешних слизеринцев?"
- подумал парень с нескрываемым недоверием. 
"Потому что Пожиратели знают Волдеморта, а Волдеморт знает, где обитает его электорат."
"Эх, надо было послушать совет Шляпы и идти в Рейвенкло"
"Ошибаешься. Слизерин, возможно, однажды станет гарантией твоей безопасности. Так вот. Весь прошлый год Блэк не развешивал метки. Возможно потому что не хотел светить свое местопложение, возможно потому что не умел, а возможно он не следовал указаниям Волдеморта и это была его личная месть или Мерлин его знает.
Если это все-таки Блэк, то у него явно поменялось задание и теперь он старается подорвать доверие к министру и навести ужасу, либо это и того хуже и метка лишь обманный маневр. Но кто бы это ни был, шансов, что этот Пожиратель действует в своих личных интересах - мало. А потому..."

".. А потому мне нужно держаться Слизерина"
"Верно. И быть осторожным. Этот твой новый сосед очень удачно окажется в подземельях"
"Думаешь, это не совпадение?"
"Пока не знаю, что думать. Но рассуди сам, что ты о нем знаешь: он..."
"..Он меня недолюбливает"
"Тоже мне новость. Тебя половина Хогвартса недолюбливает. Я о другом. Он быстро наладил связи с местными. За два месяца его знает почти вся школа"
"Ну может он общительный"
"Может. А может быть в этом его цель. Далее. Сегодня он оказался на пожаре одним из первых, раньше тебя..."
"..там многие оказались раньше меня" -
возразил Кай.
"Только эти многие тушили корабль"
"Так и он тушил"
"Он создал неподъемную херовину из металла, чтобы дети не смогли помочь даже чарами левитации. Заморозил трап, из-за чего он стал тяжело преодолимым и желающие помочь покалечились, поднимаясь по нему. Затем он заморозил палубу. А потом и вовсе разлегся посреди корабля и якобы "устал".
"Но прежде он усилил нас"
- не сдавался Хоук, зачем-то выгораживая Бальзу в потоке размышлений.
"У него хватило сил на креативную трансфигурацию крупного объекта, хватило сил подгадить людям, а остаток он потратил на усиление других, вместо того, чтобы пойти спасать своих товаришей? Алисе пришлось выламывать забаррикадированную дверь, пока в каютах горели дети. Его товарищи, не Алисины. Другим пришлось таскать пострадавших на нижнем ярусе. От того обгорелого парня осталось взбухшее кровавое месиво, а ведь Бальза наверняка его знает. Не ты, не Алиса, не Махоуни, а Бальза. Ты правда думаешь, что все это время он просто лежал наверху без сил? То же самое касается и того аврора. Он не просто так опоздал. А Бальза... Вот тебе последний факт: у него не было сил спасать своих друзей от верной смерти, но хватило сил вернуть себе цвет волос. Ты правда веришь, что хоть одна тварь в мире расставит приоритеты таким образом?"

Кайлей посмотрел на вновь белоснежный тон волос немца. Отрицать было нечего. Голос прав. Безмерно уставший иностранец недостаточно устал, чтобы забыть, что хохолок у него на голове не в порядке. Перед глазами промелькнул образ сгоревшего до тла фон Трира, ревущих в исступлении детей за пылающей дверью, молящих спасти их, страшно обгоревшего дриттерца и его друга. А после мелькнули воспоминания: заливающееся слезами лицо Элион при виде тела, покалеченная Алиса, пустой взгляд Гарнэт.. И распрекрасная прическа модника-дурмстранца слабо вязалась со всем этим хаосом.

"Это.. странно.." - подумал Кай, не сводя глаз с немца и его волос.
"Может быть он просто идиот. Может быть он просто до беспамятства любит свои патлы. Может быть ему прическа дороже друзей. Но каков шанс?"
"И что мне делать?"
- спросил Хоук у подсознания. Ответить ему на этот вопрос самому сейчас было чертовски тяжело. Мысли связывались в крепкий узел, не поддаваясь на его усилия разобраться в происходящем.
"Следи за ним. С ним явно что-то не так... Но пока ты не докажешь, что он просто кретин, не стоит расслабляться"

 

I'll expecto my patronum on your face, you little snitch! 
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
Последнее посещение: 1 месяц 2 недели назад

— Ох, чёрт, — как и все слова до этого, фраза была сказана одними губами, причём непонятно, для чего и кого — кажется, это было просто выражение эмоций, не предназначенное для чьих-либо ушей глаз.

Ну, по крайней мере, теперь ты знаешь, что месье Бальза — иностранец. И что ты больше не будешь просить отвечать его письменно. Выделив некоторые плюсы из странно написанной и понятной только в общих чертах фразы, Рафаэль вернул своё обычное сосредоточенное выражение лица, больше не выглядя удивлённым.

«Рафаэль Уилфред Грейвс. Полагаю, вы один из дурмстранговцев. Соболезную, произошедшее с кораблём звучит весьма пугающе. Прошу прощения за письменное общение, у меня не так много возможностей передавать свои слова кому-либо. Спасибо за информацию!» — глухой не стал уточнять причину, по которой общается именно так, просто протянув пергамент обратно новому знакомому. Фразы были ничуть не связаны друг с другом ввиду того, что Раф писал то, что думал, не останавливаясь для поправок, но выглядело более-менее понятно.

Кажется, разговаривать никто больше не хотел, поэтому Грейвс снова вздохнул, оборачиваясь на Хоука. Тот больше ни слова не сказал, по крайней мере, перо ничего от него больше не записывало. Поведение слизеринца напрягало и беспокоило, но что, Шрайк раздери, мог сделать Рафаэль, который знал о произошедшем лишь со слов, да и особо близким другом Кайлею не был? Ничего. Это обижало, но также напоминало, что лучше сейчас не лезть со своими неуместными и наивными попытками успокоить. Когда же ты уже пойдёшь залечивать свою руку? Должно быть, это больно. Почему же ты пришёл сюда, а не пошёл сразу по направлению к Больничному Крылу? Есть ли у такого поведения какие-то серьёзные причины? Вопросы, конечно, озвучены не были, но Грейвсу стало легче даже оттого, что он сформировал их в голове. Ответов он, естественно, не получил.

why do I run back to you like I don't mind if you fuck up my life
Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Все шло как-то совсем туго и странно. Хоук не походил на самого себя, ограничившись единственным словом благодарности, да и был таков, храня после замогильное молчание, одарив лишь мельком каким-то особым, с трудом поддающимся описанию, взглядом: глубокая задумчивость отдавала подозрительностью, совмещенной с печалью, болью и может даже отголосками страха, обитающего в самой глубине души, заставляющего быть осторожнее чем всегда. Не то чтоб Мик смог, спроси его про то как там зыркнул Кай, описать все именно такими словами, но вот свои ощущения от него у него были похожи на это. Тут еще и «немой» подал голос, что окончательно выбило почву из-под ног блондина. Хорошо хоть на лавке сидел, а то падать на пол как-то не особо хотелось. Выбивание может и фигуральное, а падение могло быть очень даже конкретное.
Сердечко тревожно забилось, пока глаза настороженно забегали по ответу любителя бесед по переписке. Будь настроение у немца иное, а ситуация более подходящей, то точно съязвил бы на тему того чем еще можно заниматься таким образом. Процесс был бы долгим, совы не моментально письма приносят, да и походило бы все на некую ролевую игру, но в этом даже что-то было. Настолько было, что дурмстранговец даже запомнил эту извращенную идею, приберегая ее для личного пользования с одной целительницей. Мало ли, а в друг командировка какая, а тепла любимого человека захочется? Да и уж всякого безопаснее чем по каминной связи.
«И похоже что кому-то надо просто сбросить стресс и нормально побыть со своей женщиной, а не в режиме принимающего у великанши роды колдоокушера. Или как там это направление зовется на самом деле?» - возникло в голове, да и было благополучно отброшено в сторону. Пока Лилиан не беременна, а значит и не нужно особо париться с тем чего там и как. Да и если уж на то пошло, то у Абботов там вагон целителей, не говоря про нее саму. Уж точно справятся. «Вот оно, круговорот жизни и смерти. Одни умирают, а другие думают про тех кому еще только предстоит родиться. А когда еще думать о собственных детях?»
В темные времена точно стоит думать о чем-то светлом и дарящем надежду. Ловить момент, пока ты еще дышишь, ведь завтра может и не наступить, а частичку себя, живущую в смехе дитя, так хочется услышать, даже если ты сам еще не успел вырасти до конца...
Юноша глубоко вздохнул, собираясь было что-то ответить на записку, но вот что? Обычно, когда люди начинают знакомство, то после представления друг другу все должно пойти легче. Или не должно? Мик понятия не имеет. С одной стороны, прежде все выходило как-то само, с момента как оказался в стенах замка. С другой же обладал определенными проблемами и похоже что вот оно, плохая социализированность демонстрирует себя в полной красе. Еще и непонятки с тем кто же этот Грейвс - молчун, умеющий что-то говорить немой или... опоссум? А почему бы и нет! Плавящийся от всего обилия событий мозг готов был не только подкидывать неуместные идеи, защищая носителя от суровой действительности, но и поверить в подобную чушь.
- Спасибо, - все что смог из себя выжать, мысленно усмехнувшись.
Не потому ли Кай был так краток, что тоже не знал что можно сказать, а промолчать не мог?..

     
Последнее посещение: 3 недели 3 дня назад

---> Невзрачная дверь где-то в северной башне

После ужина в день пожара
 Все подготовления были выполнены. Рубашка новая, без прожженных дыр, мантия, хоть и потрепанная, но все еще в достаточно неплохом состоянии, в кишечнике, в систему кровообращения, уже начал всасываться кофе, а это значит, что ближайшие несколько часов спать Далинору не захочется. Дверца в клетку злыдня плотно закрыта, теперь он точно не сможет выбраться наружу и устроить погром в кабинете аврора.
 Лестницы в этот раз, словно чувствуя неладное в происходящем, расположились именно в том порядке, когда не приходилось петлять между этажами, чтобы добраться до большого зала. Магия пропитывала каждый уголок замка, каждый его атом и частицу. Голову ненароком посетила мысль о том, что Лилиан была в какой-то мере права, подозревая в движущихся лестницах что-то живое. Центритиус же, всю свою сознательную жизнь считал передвижения ступенек обыкновенным проявлением магии, но в этот раз усомнился и уже был готов согласиться с мисс Аббот.
 Спускаясь на нижние этажи, мракоборец встретил несколько студентов. Эмоции на их лицах ничего хорошего не выдавали, а напротив навевали только траур. Разговоров так же практически не было, никто не беседовал на оживленные темы, не щебетали влюбленные парочки у стеклянных окон. Всё было погружено в мрачные краски этого жестокого мира.
 Войдя в зал, где все еще витал аромат прошедшего ужина, Трис встретил всего несколько учеников, которые вот-вот собирались покинуть обширное помещение. Возле входной двери стояли несколько авроров, направленных прямиком из департамента для усиления охраны Хогвартса. Но лишь одного из них смог узнать светло-русый волшебник. Тот, кто оказался знакомым, поступил на службу в тот же год, что и мистер Далинор, но по карьерной лестнице он продвигался несколько быстрее, чем бывший ученик Хаффлпаффа. Центритиус кивнул ему в знак приветствия и получил точно такой же жест в ответ.
 - Эти даже мрачнее, чем дети. - Еле заметно проскользнуло в голове. Вроде бы, большинство сотрудников департамента магического правопорядка выглядят именно так, но Далинор с этим явлением полностью свыкнуться пока не смог. Вполне вероятно, что в скором времени у него это получится.
 Задерживаться в зале не было смысла. Да и его место пребывания, точнее участок, который должен был находиться под его наблюдением, был далеко за пределами стен замка и даже за школьным двором. Поэтому Трис, завернувшись в достаточно плотную мантию, все-таки на свежем воздухе уже было весьма прохладно, вышел на просторную площадь перед металлическими воротами школы волшебства. Во внутреннем дворе так же было множеством авроров и, без сомнений, среди них сновали и аргусы. Последние же пытались найти хотя бы дальний конец нити, которая смогла бы их привести к разгадке череды несчастных происшествий. Но что-то Далинору подсказывало, что у них, по крайней мере сейчас, ничего не получится. Слишком много произошло за этот короткий промежуток времени.
 Не обращая внимания на остальных, крутившихся тут личностей, мракоборец медленно побрел в сторону берега Черного озера. Охват его патрулирования задевал и этот участок. Молодой волшебник подозревал, что после таких "громких" происшествий, к причалу постепенно начнут стягиваться люди, естественно, в большинстве своем нерадивые ученики, а это очередная опасность, пока тот, кто выпустил метку остается на свободе.

---> Берег Черного озера

Последнее посещение: 1 месяц 6 дней назад

Продолжение событий от второго октября тысяча девятьсот девяносто четвертого года
>>> Башня Гриффиндора

— Доброе утро, мистер Филч, — Бэт неловко улыбнулась, заметив уже ожидавшего их у дверей сгорбленного старика. Полуприкрытые веки и глубокие тени под глазами выдавали в нем пожилого усталого человека, который едва ли спал спокойно прошлой ночью. «Не удивлюсь, если снова нарушителей ловил! Ну и чего им не спится по ночам?» — недовольно размышляла девушка, а перед глазами нет-нет да всплывало капризное выражение лица Нойман. Склонив голову, Шарлиз кусала губы и простраивала наиболее благовидные предлоги, которые помогли бы ей убедить завхоза подождать, если маленькая недотепа таки надумает опоздать.
— Мистер Филч, — вид у Бэт заранее был виноватый. Нет, она вовсе не пыталась его подкупить. Уголки губ дрогнули и  растянулись в робкой улыбке. — Знаете, я бы хотела бы вас поблагодарить за то, что вы нашли возможность проводить меня и мисс Нойманн. А потому я принесла вам это, — девушка выудила из складок мантии небольшую празднично-сиреневую коробку с примирительными шоколадными лягушками, которые изначально предназначались для Нойманн. Однако увидев вполне искреннюю, пусть и угрюмую радость, Бэт улыбнулась смелее. — Пока мы ждем, разрешите, я схожу за чаем и тостом? Просто умираю с голоду, честно слово! — Неразборчивое и смущенное ворчание Бэт приняла за согласие и юркнула в большой зал.

По возвращению Шарлиз без лишних комментариев вручила мистеру Филчу в руки дымящуюся чашку с чаем, с миссис Норрис же великодушно поделилась кусочком ветчины из прихваченного бутерброда. Если хотите знать, то жест доброй воли извечный компаньон Филча сделала попытку демонстративно проигнорировать. Однако чуть позже, очевидно, соблазнившись аппетитным запахом и все-таки достигнув согласия с самой собой, кошка  нарочито горделиво ступила вперед, ухватила предложенное угощение и повернулась спиной. Бэт подавила улыбку и подхватила их с Нойманн перекус, который оставила левитировать неподалеку. Посмотрела на самые обыкновенные наручные часы и нахмурилась. Еще минута, и Нойманн точно опоздает, и вот тогда Бэт снова точно-преточно устроит ей выговор.

>>> Ворота Хогвартса

 

 ...будто бог меня задумывал из железа,
а внутри зачем-то высохшая трава...
Последнее посещение: 1 месяц 1 неделя назад

Дитричи бежала из-за всех сил. Она боялась еще больше рассердить Шарлиз своим опозданием. "Так, скрипку взяла, палочку тоже, мантия на мне... все нормально..." - взволнованно думала Ди.
Вот и Большой Зал. Еще довольно рано, поэтому никого нет, кроме... Филча, миссис Норрис, и Шарлиз.
Ди поспешно пригладила волосы, поправила мантию, и подошла к ним.
- Доброе утро мистер Филч!
- Шарлиз... я не опоздала ведь?

В руках у старшекурсницы был сверток. Ди подошла чуть ближе, и до ее носа дотянулся тонкий аромат свежего хлеба и ветчины. "Хмм, Шарлиз позаботилась о завтраке... Значит, ей все-таки не так уж и безразличен поход со мной, иначе бы не заморачивалась так? Наверное, простила..."
- Я полностью готова, мы можем идти, - бодро произнесла Дичи, пытаясь хоть как-то разрядить эту хмурую обстановку.
Ди подождала, пока мистер Филч отвлекся на свою кошку, и робко шепнула Шарлиз:
- Шарлиз... у меня кое-что есть для тебя. Потом покажу, когда выйдем.

>>> Ворота Хогвартса

are you happy? please be always happy I hope you continue to love yourself

Последнее посещение: 1 год 8 месяцев назад

---> https://expelliarmus.ru/forum/556
Дальнейшую дорогу Лиадэйн провела в молчании, оно изредко прерывалось шутками которые она поддерживала на интуитивном уровне. Она не собиралась лезть в вопрос отношений Мика. Поскольку она считала, что каждый человек имеет право строить отношения с теми кто их интересует, даже если этот кто-то старше. 
На самом деле она точно знала, что нескольким ученицам очень нравится парочка авроров, а ещё были такие леди что сходили с ума по декану её факультета. Сама же Лиа не понимала что она ощущает именно к нему. Конечно, она очень уважала его, он был мудрым и сильным преподавателем зельеварения. 
Несмотря на это, она никогда не могла понять, что он чувствует, какое у него сегодня настроение. Он всегда оставался закрытым, но за это она и ценила уроки зельеварения. В атмосфере подземелий она уходила в себя, концентрируясь над задачей, под спокойный голос профессора она забывала обо всём что её тревожило. 
Наверное каждого человека есть за что полюбить, но и не стоит забывать что ты не амортенция чтобы нравится совершенно всем.
Вставший на пути мужчина осмотрел парочку весьма неприятным липким взглядом. 
- Доброе утро мистер Бальза и мисс...
- О'Двайер.
- мисс О'Двайер.
- И вам сэр, прошу простить, мы спешим успеть хотя бы на сэндвичи.
Неизвестно почему аврор решил поздороваться с ними, ведь раньше она точно не привлекала их внимание. Напрашивался вывод, либо конкретно их пара привлекала внимание, либо его внимание привлёк Мик. 
Девушка, увлекая парня за руку и усаживаясь почти на отшибе за стол слизерина, посматривала то на него то на аврора, который старался незаметно смотреть на них.
- Эм, а почему он так интересовался тобой?
Вроде бы обычный вопрос, но как показалось Дэе, он заставил парня измениться в лице. Кажется она правда не дооценивала серьёзность ситуации происходящей сейчас в Хоргвартсе.
- Тебе плохо? Мик, ты так побледнел? Просто обычно меня они игнорировали. 
Сегодня вообще всё что происходило в Большом зале Аде казалось странным, так как их парочка, не успев войти в зал, привлекла внимание аврора, а позже вообще всей женской части школы.
Успевшая в этот момент отпить немного чая Дэя тут же поперхнулась, поймав на себе странные взгляды. И к слову, эти взгляды не предвещали вообще ничего хорошего. 
- Мик, прости за бестактный вопрос, почему девушки вокруг хотят меня скормить дракону? Ты что, успел перед помолвкой разбить пару-тройку женских сердечек?
На столе появилась яичница с беконом, несколько сэндвичей, тосты и джем. Увидев это изобилие Лиа отвлеклась от допроса блондина и преступила к тостам. Заметив, что парень тоже потянулся к хлебцу, Дэя звонко ударила его по ладошке: - Это моё!
Не стесняясь, она показала Бальзе кончик своего языка. После чего с ехидной улыбочкой приступила к завтраку. Откусывая хлеб и жмурясь от удовольствия, она даже позабыла что у неё ещё сегодня есть какие-то дела, и вообще-то она не одна, а напротив парень, смотрит на неё голодными глазами. 
Нет, в прямом смысле голодными: - Вот, - девушка замялась, она не знала можно ли так ругаться леди да ещё и в общем зале, - М...мерлинов колпак - Сказав это, Дэя покраснела и отделила от своей порции хлебец, -...держи! 
Не выдержав взгляд парня она намазала ему тост клубничным джемом и пододвинула его на тарелке. Забывшись, Ада облизала сладкий палец на который попала капелька джема, и вернулась к своему тосту.
- Так что же там случилось на вашем корабле? Можешь не рассказывать, если это тайна.
 

Ad cogitandum et agendum homo natus est.
Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Каминный зал

Как уже упоминалось ранее, общение с Лиа давалось для Миклоша на удивление легко и, пусть душой компании немца язык не повернется назвать, но большую часть пути до секки любой главной трапезы в замке ведущим в диалоге выступал он, даже пару раз, судя по реакции собеседницы неплохо, пошутив. Все что напрягало, пожалуй, так это взгляды некоторых учениц, сопровождавшие парочку при попадание в поле зрения барышень, но в коридорах это ощущалось не столь явственно. Легко было списать на просто любопытство, да и слухов про дурмстранговцев ходило достаточно много, что лишь подливало масла в огонь сего... Чувства? Эмоции? Не важно. Все померкло после тог как на них обратил внимание аврор, поприветствовав вполне обыденно, просто выполняя свою работу, но вот только Миклош отлично знал этот голос. По затылку сбежала холодная капелька пота, а пятки подпрыгнули до сердца, с силой пнув его изнутри.
«Откуда здесь румыны?» — всего один вопрос в голове и немцу ой как хотелось знать ответ на него, но его, разумеется, никто не даст. Все что он мог сказать, без каких-нибудь сомнений, передаваемые письма и отосланные Шляпнику выпуски "Пророка" и "Глаза" сыграли свою роль. Потому что обладатель этого голоса уже бывал в компании информатора, но тогда юноша посчитал его просто знакомым странного ментального мага. Выходит что все куда сложнее. А самое ужасное то, что у Бальзы начинали появляться вопросы: «Во мне усомнились и решили проконтролировать плотнее? Сведений от меня уже мало и надо больше? Или они готовятся сделать какой-то свой шаг? И на чьей, Кощей его окаменей, стороне мое начальство?»
Слишком много вопросов. Губительных для их задающего, а потому он промолчал, лишь учтиво кивнув головой в знак приветствия.
— А, что? — Потерянно переспросил у подруги, вроде как все шло именно к таким отношениям меж ними, вернувшись к реальности из недр сознания и размышлений, обнаружив себя уже сидящим рядом с нею в зале, — Прости, просто жуткий тип. Я же был на корабле во время пожара, прибежал туда. Думал что опять начнут вызнавать чего да как там было, вот...
Конечно, это было в некотором роде ложью, но основанной на правде. Такое ведь и правда имело место быть. Да и у девушки не было особо поводов не верить в это. Благо что ее занимал уже другой вопрос, вполне ожидаемый, потому что ее хотели может и в самом деле скормить дракону, а парню же участь уготована была и того хуже. Аж губы передернуло в нервной усмешке: 
— Это очень странно, но до Хогвартса у меня отношений не было, — Начал рассказ, потянувшись рукой к тосту и тут же ощутил шлепок по ладошке. Немного больно, но очень приятно. Который раз уже замечает что получает удовольствие от подобных вещей. — Понял, принял, обещал... — Посмеялся, а глаза то смотрят голодным волком. Хотя, больше он походил на эдакого грифа, натурального стервятника, если не думать стереотипно лишь о том, что птицы эти не брезгуют падалью. Темная магия ведь для большинства тоже подобна падали, разлагающееся и портящее все волшебство, но в родном для него Институте ее ведь изучают, в определенных границах.
«Она так мило ест и стыдится...» — мелькнуло едва уловимо, прямо как свечение камня на кольце, уже не такое сильное как в гостиной факультета, но все же случившееся вновь, а с ним еще и голова как-то помутилось. Будто кровь с вены берут для анализа.
— Спасибо, — тихонечко, покраснев не только щечками, но и скулами, принимая яства и с удовольствием отправляя в рот. — Приятного аппетита...
«А я и не знал что девушки так быстро могут сменять темы разговора», — усмехнулся про себя, проглатывая лакомство, слушая вопросы уже про происшествие на "Флигенде".
— Давай я все же расскажу про то почему нас готовы на костер отправить, хорошо? Прости, я не на столько быстро могу менять темы, да и думаю что тебе это все же интересно. Я ведь прав? — Прищурился и убрал пальцем уже не кровь, а пятнышко джема с щеки слизеринки, дразняще слизнув его с кончика пальца спустя мгновения.


     
Последнее посещение: 1 год 8 месяцев назад

Когда Лиадэйн была занята пережёвыванием тоста, мысли в её голове текли медленно, и она никак не ожидала того что Мик смахнет джем с её щеки, а тем более оближет палец. Поймав на минутку ступор от этой выходки, девушка тут же спрятала румянец в чашке чая. Он охотно болтал с ней, но мысли Лиадэйн от этого жеста были далеко не спокойного толка. 
Мда, он специально это делает или нет? Мда, ну явно же специально.
Прокашлявшись, слизеринка сказала весьма серьёзным тоном: - Знаешь, про студентов с моего факультета, ходит много слухов, возможно чуть-чуть меньше чем про студентов Дурмстранга.
Дэя заправила за ушко выбившуюся из общей копны волос прядку и продолжила: - Однако, вопреки стереотипу, мы ценим связи, и...приятное общение.
Девушка подняла глаза, сейчас она почувствовала, что серьёзна, и что хочет чтобы он понял почему она не настаивает на чём-то конкретном, а предоставляет ему свободу выбора.
- Я предложила тебе несколько тем, обе из них в какой-то степени личные. Ты можешь ответить на любой вопрос, либо предложить другую тему. Я не стала бы лезть в то, во что ты не захочешь меня посвятить. Ха-ха-ха, я же не Поттер в конце концов и не Грейнджер, которой в каждую тему нужно всунуть свой нос.
Мимо них прошла стайка щебечущих студенток, которые кажется заметили на том конце стола жёлтых Седрика.
О боги, когда же это помешательство закончится?!
- Мик, мне просто интересно узнать о тебе, подойдёт всё что угодно, если ты не хочешь говорить о прошлом, или о чём-то что является тайной твоей школы, я не буду настаивать.
Лиа отломила кусочек тоста и макнула его в джем, совсем по домашнему, заметив взгляд парня она вытаращилась на него и в подтверждении своих слов, размахивая тостом, заявила: - Да, я не буду настаивать, но мне чёрт возьми интересно, почему так много девушек тобой увлечены и вот твое заявление про неопытность вообще не канает, ну и...так, хм...много чего интересно. 
Она наморщила носик, словно, сказать об этом было её одолжением для него, после чего окончательно смутилась и отвернулась от парня.
В этот момент в Большой зал влетела сова, она уверенно спикировала над столом слизерина. 
- Ох, Инги!
Девушка с теплой искренней улыбкой всмотрелась в коричневую сплюшку с небольшим свёртком и письмом. Когда малышка спустилась ниже, она разжала лапки и уронила на стол посылку. Сова с приветственным уханьем улетела на совятню, по привычке она подождет ответного письма.
Письмо Дэя тут же убрала в сумку, а вот посылку развернула тут же: - Это от бабушки шоколадка, угощайся. 
По хозяйски развернув угощение, девушка подперла подбородок кулачком, внимательно рассматривая Мика.
Он симпатичный. Почему я об этом думаю? Лишено логики, у него невеста есть. Надо поменьше вестись на этот голодный щенячий взгляд. Что бы он не рассказал, да...всё равно что он расскажет, хотя, откуда он родом? Какие дисциплины он изучает дополнительно, что любит есть, хм...последнее личное, ммм а любимый цвет? Глупая Лиадэйн. Хм, посмотри куда-нибудь в другую сторону в конце концов!
Девушка отвела взгляд и упёрлась в спину Финнигана, который прямо в этот момент решил повернуться. Симус улыбнулся ей, чем ввел её в состояние шока, ведь обычно за ним такого не наблюдалось. 
И чего он лыбится, с кровати что ли упал? Так и хочется швырнуть в него сапог за ту выходку на зельеварении, когда он свой котелок взорвал и он полетел в меня.
На самом деле Дэя понятия не имела как очаровательно и растерянно выглядела в момент, когда пыталась отвлечься от мысли которая маячила на границе сознания. А мысль была такой: - От Мика вкусно пахнет.

Ad cogitandum et agendum homo natus est.
Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Не одна лишь слизеринка впала в краску смущения, но и светловолосый египтянин тоже запунцовел как помидор, сербая чаек и с внимательным слушая эту, без сомнения, умеющую быть весьма очаровательной особу. К тому же, Миклош еще и проникался ведь к ней уважением, а надо было не так уж много — приоткрыть завесу тайны на взгляды на жизнь, да обозначить то, что ему дан выбор, но никто ответов не требует. «Интересно, а могла бы Лили вот так?» — как-то совсем не к месту прошептало в голове, но блондин не стал заострять внимание на тревожном звоночке, ведь ничего хорошего сравнение двух девушек не сулит. Особенно, когда уже припоминаешь то, что к одной мелкой девчонке его благоверная таки ревновала, иначе это назвать было сложно. «А значит и к Лиа может...» — еще один шепоток и колечко на мгновение сверкнуло, очень так нехорошо. Парень даже и не понял того, что голос то звучал в головушке и не его вовсе. Мысли казались слишком естественными, да и как тут включать в работу мозг, когда рядом сидит такое чудо?..
— Мне приятно с тобой общаться, — не то чтоб много кто горел желанием делать это с ним, — И я постараюсь быть достаточно честным, но... Это довольно трудно. Не то чтоб у меня было много друзей, — как есть, выложил не привирая ни на йоту, ведь так оно и было.
Пришлось сделать небольшую паузу, пока Лиа разбиралась со своей совой, но зато можно было занять рот работой иного толка, быстренько доев все что попалось в поле зрения.
— Спасибо, милая, — с улыбкой принял шоколад, отломив кусочек и зажевав, пока колечко вновь сверкало аквамарином. Несколько девчонок, проходящих мимо потому что их совы решили почему-то не подлетать поближе, услышали это и как-то очень злобно посмотрели на парочку. — Тебе идет румянец смущения, — довершил благодарность простой констатацией факта.
И тут наступила неловкая пауза, непродолжительная, но очень томительная. Странное чувство неправильности заскрежетало на сердце, но было решительно отброшено коротким: «Ничего особенного не происходит. Я имею право общаться с симпатичными мне девушками! Я не гоблин чтоб под каблуком быть!» При том что он понятия не имел как там у гоблинов семейный быт устроен.
— Первой была гриффиндорка, но там все обречено на провал оказалось с самого начала, да вот только понял поздновато, — все же начал рассказ, не особо веря в то что девушка поверит в то что расскажет как есть, но надежда умирает далеко не на передовой, так что попробовать стоило. — Она поставила перед выбором между ней и чтоб я перестал быть собою, бросил то что мне было тогда интересно. Создала образ в голове, но вот любила ли меня при этом или лишь выдумку? Да и любила ли? Впрочем, — глубокий выдох и рука подпирает голову, — я и в своих чувствах не уверен. Мог спутать с благодарностью, как тот кто не знал особо человеческого тепла, кроме как о семьи. Только не надо жалеть, хорошо? Впрочем, ты не такая, ты можешь посочувствовать, но унижать не станешь...
Акцент стал заметнее, да и голос дрожал. Легко понять что вспоминать все это ему неприятно, может даже больно, но, похоже, поговорить об этом все же хотелось. Каждому нужна психологическая разрядка, а то не долго и сорваться, натворив кучу глупостей.
— Вторые отношения были с одной тихоней с рейвенкло. Все было хорошо, она приняла таким как есть, но одна проблема, это отсутствие у нее веры в саму себя и, как итог, она просто перестала со мной контактировать, тщательно избегая. А у нее был потенциал раскрыть свой потенциал, потому что он был, но вот только настоящая она оказалась загнана так глубоко в саму себя, что... — подобрать слов не удавалось для завершения мысли, но суть собеседница явно уловила. Ты можешь протягивать руку помощи, любить и принимать, но если от всего этого в итоге отказываются, хотя бы потому что страх и внутренние демоны сильнее желаний перемен, то все напрасно. Такие отношения тоже обречены на фиаско.
— Была еще дружба с одной хаффлпаффкой, наверное дружба, но это не считается, хоть некоторые и романтизируют мое с ней общение. Ага, при том что она на младших курсах, а меня ждет суровая взрослая жизнь и как-то... — с губ сорвался смешок, — Ждать что девочка вырастет и все вот это, серьезно? Я может и болен на голову, но не настолько. Хотя, я тут заметил одну деталь, — еще один смешок, уже нервный, — Моя текущая ведь тоже с хаффлпаффа. У меня только слизеринок не было, — абурдность зашкаливала настолько, подпитываемая осознанием сего факта, что по итогу разразился уже полноценным смехом.
Лишь спустя минуту смог задать один очень серьезный вопрос:
— Я отвратителен, да? Все ведь теперь выглядит так будто я просто коллекционер какой-то, когда это не так и мне просто хочется любви, но все никак не выходит. Даже вот сейчас, вроде как наконец-то нашел, но все же, разница лет, взглядов на жизнь и куча других проблем. Стоило нам лишь чуть начать спор, проявить ревность, так в итоге я пробил себе голову в Запретном Лесу, представляешь? И с момента как сделал предложение, как надел эти обручальные кольца, они для помолвки, с меня будто соки медленно пьют...
«Может, тебя просто приворожили? Эта бестия как вампир... Очаровывает молодых мальчиков и пьет их молодость. Вспомни, Далинор похож на статую без эмоций и у челки уже заметно несколько седых волосинок, а тот спортсмен тоже был не первой свежести. А она лишь хорошеет. Бледная, зеленоглазая, чистокровная...» — как нельзя вовремя науськивало в само подсознание, пока взгляд серо-голубых глаз встретился прямо с очами О`Двайер.

     
Последнее посещение: 1 год 8 месяцев назад

Лиа думала, что сейчас Мик просто сменит тему. Потому что считала, что тема его бывших будет весьма странной для обсуждения за утренним чаем с тостами. 
Но он её удивлял, уже не в первый раз. Вместо того чтобы перевести разговор в шутливое русло, почему-то Лиа думала что это его стиль общения, он с неожиданной серьёзностью рассказал о девушках. Он не называл имен, а ей - ей было не интересно знать о них. Что было до, как их звали, разве это имело вообще какое-то значение, как это относилось к ней? Мысль о том чо её воспринимали сейчас как девушку, путала и пугала её щекотливостью такого положения. Сокрушаться или радоваться тому что они остались в прошлом, она не знала. Так же она не знала стоит ли ей вообще упомянуть его невесту и сказать что рада что сейчас у него всё хорошо? 
Интуитивно, она считала что лучше эту тему вообще не трогать.  Он был мил, излишне... если бы хотел оставить между ними только дружбу, можно было бы быть более расслабленным. До Лиадэйн стало доходить почему столько девушек смотрят на него в надежде получить его внимание. Просто, он мог заставить любую девушку находящуюся в его окружении почувствовать себя особенной. Он уделял ей внимание, делал комплименты, вёл себя галантно и немного развязно. Скорее всего, он сам не замечал как легко и непринуждённо он это делает, поэтому девушки имевшие несчастье перекинуться с ним хоть парой фраз - были обречены.
Заявление Бальзы, о том чтоб она не думала его жалеть, заставило Дэю изогнуть в удивлении бровь. Она не умела жалеть, а животные были не в счёт. Если бы он сейчас действительно ныл, она бы сказала ему что ему стоит собраться и быть мужиком, а не лужей растёкшейся липучки. Кстати это было самым цензурным выражением которым бы она его одарила. 
Дэя ненавидела уныние, не любила это удушающее деструктивное чувство ничтожности, которое накатывает на каждого.
Она старалась быть несгибаемой, сильной и иногда жестокой. Чтобы не показывать слабости, чтобы не жалеть себя и не позволять это сделать кому-то другому.
— Моя текущая ведь тоже с хаффлпаффа. У меня только слизеринок не было...
Это заявление заставило Лиадэйн снова поперхнуться. 
- Да что ж это такое, второй раз за утро! Я тебе что предмет коллекции что ли? Блондин ты охренел?! Текущая?
Плохо работаете мистер Бальза, раз она ещё течет.
Нервный смешок. Она словно вторила его словам, которые можно было назвать уничижительными, так как судя по всему он сам не понимал что между ними происходит.
Он не казался ей мерзким или ничтожным, он казался ей запутавшимся, зашедшим в некий тупик.
- Я это в слух сказала?
Лиа прикрыла рукой лоб, она не думала это говорить, но раз уже вырвалось решила закончить мысль, - Отношения это вообще всегда работа, так говорит моя мама. Даже если вы разные, вы не должны забывать почему вы полюбили друг друга. 
Слизеринка замолчала промакивая рот салфеткой, потом она перевела взгляд на парня и продолжила: - Знаешь, не думаю что вообще имею право давать тебе любовные советы. Я не имела опыта любви, мда...даже ни разу не целовалась...девочки не в счёт.
Лиа улыбнулась, так как дружеские чмоки вообще поцелуями не считала, - Это естественно, знаешь...естественно хотеть чтобы тебя любили, признавали и принимали. Раньше я об этом не задумывалась, мне хватало любви родителей, а сейчас...даже не знаю. Я не могу судить об этом не узнав, любовь между парнем и девушкой...она же другая, особенная.
Печально вздохнув, Лиа отломила кусок шоколада и отправила его в рот, - Пойду пожалуй, надо подышать воздухом и подумать, тебе тоже рекомендую подумать. Все не идеальны, и ты в том числе. 
Дэя подхватила сумку, на последок она поймала взбитый крем с пирожного пальчиком и намазала его на кончик носа парня. Так, его обескураженный сегодняшними откровениями вид, выглядел ещё более милым. 
Подавляя в себе желание попробовать, то что делали все кругом кроме неё, а именно, переступить черту и ощутить на вкус крем, Лиа спешила убежать из большого зала. 
Она понимала, что игра с огнём не доведет ни до чего хорошего. Тот же Симус, не смотря на факультетскую вражду, смотрел на неё как на наяду, а она всего лишь улыбнулась ему, причем случайно даже думая не о нём. 
Ложные надежды...мда. Что там у меня по расписанию?
---> https://expelliarmus.ru/forum/546?page=1

Ad cogitandum et agendum homo natus est.
Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Что там не влияло бы сейчас на парня, но даже если отбросить воздействие этих сил, слизеринка производила на него весьма интересный, прямо таки обескураживающий эффект, вынудив не только посмотреть с широко раскрытыми от изумления глазами, хлопая ртом в попытке жадно захватить воздух, будто рыбка вне аквариума, а еще и едва слышно выдавить из себя:
— Я не это имел ввиду, госпожа...
Откуда там выплыло наружу это "госпожа" вопрос хороший, но ответ на него лежал на поверхности, знай Лиа про некоторые наклонности блондина, внимательно слушающего ее, втянув голову в плечи. Не то чтоб прям на самом деле боялся, больше демонстративно, но все же, что-то во всем этом тоже было. А уж когда барышня разразилась ответными откровениями, так на словах про поцелуи у немца в головушке прозвучало игривое: «Я бы не против украсть у тебя первый... А может и не только первый...»
Удивительно, но никакого холода не было от кольца. Оно вообще никак не отреагировало.
— Могу лишь позавидовать тому с кем ты будешь в паре, — довольно серьезно и откровенно, явно своими мыслями, никем и ничем не навеянными, — И все бы ничего, но вот только знать бы за что полюбили еще...
На лице отразились дикая тоска и печаль. Похоже что Мик в самом деле запутался, а выхода из сложившейся ситуации найти никак не удавалось.
— Все вышло спонтанно, бурно, когда я был в весьма плачевном состоянии, — продолжал все тем же тяжелым тоном, — Она сильно помогла мне с моими психическими проблемами и обузданием дара, уже говорить про телепатия, — акцент совсем уж в край усилился, но оно и понятно, слишком много переживаний, — Но что если все это лишь благодарность? Просто страсть и влияние гормонов?
Было все более отчетливо видно что тема не только волнительна, но и пугающа для него.
— Просто стояк у меня и водопад у нее... — ответ на "текущую", может слишком откровенный, но предельно честный. Надо называть вещи своими именами. — Хочется верить что это не так, потому что я ищу серьезных отношений, а не просто подростковые потрахушки. Хоти обратного, то проблем бы не было. Когда знаешь о чем думают женщины...
Ужасно, конечно, но правда бывает и такой.
— Совятню? Да, конечно... Может, поговорим потом еще? В гостиной факультета?
Улыбнувшись на прощание, получив ответ, он некоторое время просто пялился в собственное отражение в кружке, а потом взял да и достал свою волшебную палочку. Нужно было как-то отвлечься, но на чтение настроения не было, вообще, отпало как-то, а возвращаться в спальню за инструментом не хотелось. Да и зачем? Можно же просто создать новый, пусть и ненадолго:
— Partum Cithara! — мягко слетело с уст, пока рука выводила нужные пасы, а в голове возник до мельчайших подробностей точный образ его гитары, копия которой материализовалась из воздуха. — Отлично... — с улыбкой убрал палочку, после чего взял шестиструнку. Бережно, нежно и осторожно, как любящий и не желающий ничего испортить мужчина, прильнувший к девственнице.
«И все равно ни как моя», — со вздохом примерился к новорожденной "даме", неторопливо перебирая аккорды, закрывая глаза и совершенно не обращая внимания на окружающих, а они точно не оставили все это без внимания. Не каждый день кто-то берет и начинает внезапный концерт. «Что же происходит? Почему на сердце так тяжело и опять холодно?»
Ответа не последовало. И только пальцы продолжали ласкать струны в безудержной тоске каждой ноты.

     
Последнее посещение: 2 года 1 неделя назад

Спустя какое-то время он приноровился к новому инструменту, постепенно перейдя к исполнению мелодии более осознанной, пропитанной не только минорными нотками, но и какой-то давящей, слегка психоделической атмосферой, под стать мыслям блондина, что повели его в совсем странные дебри. Как он вообще мог допустить мысль о том, что его милая кровопийца, нежная опухоль на гноящейся душе, может быть вампиром? Если уж кем и могла оказаться его рыжая тварь, в пылу страстных ссор они называли друг друга и более "ласковыми" словами, так это потомком ведьмы. Зеленые очи, уже упомянутая рыжина волос, гриммуар и тяга к травке, да ничуть не уступающая, а то и превосходящая его собственную ревность. Да, надо было признаться уже в том, что может и умна, но по части чувства собственничества мисс Аббот даст фору Цирцее. А он и не то чтоб особо был против, закатывая глаза в моменты когда мнил себе лучше нее, прямее кочерги в жопе, распаленной в печи самой чистой любви, так и желая заткнуть волшебницу, выдав крепкого и размашистого поцелуя. Голова болит от ора. Потом расслабиться, вдохнуть ее аромат, прокручивая в голове, прямо как сейчас, перебирая разве что локоны заместо струн, строки:
В тексте опять опечатка
И грязные руки не спрятать перчатками
Время уходит и часики мчат
Они тихо стучат и я чувствую чакрами
Как
Как падший король, на мне тысячи глаз и я чувствую рой их
Всю боль я спою и охватит истерика
В холоде вечности ждёт моя Лилиан
Как я не умер?
Стиснуть гитару сильнее, сменить ритмику, отдаться эмоциям и пропустить через себя воспоминания, подобные куску мяса в мясорубке, ведь без нее, до нее, он был просто никем. Фарш, даже не человек на шампуре жизни. Разбитый, прежде всего самим собою и самокопанием, но теперь:
Не берут не кинжалы, ни пули
Что ни день, то прикол
И ни дом, то притон
И всё сводится в ёбаный улей
И мы крутимся, как балисонг
Катимся вниз колесом, как дыма кольцом
Глаза мне затмил горизонт
Но сердце всё видит как Comme des Garçons
Они нас не простят
И плевать я опять хочу видеть твой взгляд
Закрыть глаза и стиснуть зубы. Вспоминая как ее пальчики прикасаются к телу, перебирая по коже в такт мелодии фортепиано, будто многоножка пробежала. Слегка щекотно, чуток забавно шипя. И ты даже не против чтоб забежала в рот, представляя в очередной раз образ:
Я молю
Повернись ко мне передом
Я скучал, обними меня, Лилиан (Обними!)
Я смотрю на тебя из под купола
Я играю с тобой моя куколка
Моя бабочка пьющая кровь
И нас глупо так в сеть паутины запутало
Нарушить гармонию и сделать мелодию тише, как перед бурей, когда все вокруг становится слишком спокойно, шептать так тихо про себя, как если бы кто-то мог прочесть мысли. Бесцеремонно, не считаясь с его собственными чувствами, пожирающими изнутри. А как все было бы просто, коль на свете в самом деле существовал Кадуцей! Тогда бы не возникало всех этих вопросов, терзающих тисками соски разума, если они у него есть. Просто достань его и познаешь все тайны вселенной. Но его нет. Вот и остается лишь продолжать играть, несясь по потоку к обрыву в бездну того кем был и стал:
Кажется, что ты мне хочешь скорей показать нечто страшное
На тысячи осколков стекло перебил
Но теперь ты лишь смотришь из каждого
И нет тормозов и нет меры и руки трясёт мне то холод, то тремор
(алё)
Ты мой джанк, мой неоновый демон
И чувствую рой каждой клеточкой тела
С ней связан посмертно и чтоб разделить свои страхи хоть с кем-то
Я честно не вру, дабы всем доказать неуверенно тыкаю пальчиком в зеркало
Открыть глаза и увидеть на лицах окружающих непонимание, даже если кому-то и нравилась услышанная музыка, но слышали ли они в ней лишь ее, трель собственного эгоизма, ибо все люди по сути своей зло, либо же они различили крик души? Ответ пришел на ум сам собою, расплываясь по приподнятым уголкам губ:
Эти люди не верят нам, обними меня вновь, моя Лилиан
Обвини меня в смертных грехах, это не просто игра и надежда потеряна
Пауза. Ничего не последовало. Дальше все слишком лично и не им, неуверенно хлопающим, будет доиграно все до конца. Потому что они даже не знают какого это, любить на самом деле, когда даже пощечина звучит как признание в чувствах, а ревность — это лишь прелюдия перед посиделками с чашкой какао, как завещал Министр, кутаясь в плед и обнимая друг друга, пока на щеке заживает порез от разбитой посуды. И только так, ярко, крича всему миру, но будучи при том как маленькие дети, спрятавшиеся после того как нашкодили.
«Помнить за что полюбили...» — всплыли слова слизеринки, пока гитара растворялась в воздухе в ничто, будто ее и не было никогда. Так, мимолетное явление, как вспышка молнии в ночном небе. Или чувства к другим женщинам. Как он вообще мог пожелать поцеловать Лию? Кто и что там не говорил бы, но в отношениях Мик был верным. А впрочем, разве мы можем контролировать свои помыслы? Слишком много вопросов, но ответ на них никак не получить. Лучше просто поесть, а то было как-то мало. Пока не пожрал самого себя.

     
Последнее посещение: 1 месяц 1 неделя назад

Стормхолд нервно водила языком по краям новеньких зубов, в десятый раз пытаясь понять смысл машинопечатных слов на тоненьком бланке с министерской печатью. Новая форма челюсти нервировала её, мешая сосредоточиться. Колдомедики обещали, что после восстановления всё будет в точности как до травмы на корабле. Вранье! Текст официального письма, полученного ею утром от некой Пейтон Кобб - “уполномоченной машинистки номер 13 по ответам гражданскому населению, комиссии по обезвреживанию опасных существ, Отдела регулирования магических популяций и контроля над ними, Министерства Магии Британии“.

- Да пиши ты нормально, Пейтон! - простонала гриффиндорка, гневно потрясая листком. - Объект номер Тиваз-Вуньо-Двенадцать - это кто? Это моя саламандра? Нафиг вы вообще нумеруете рунами? “Будет удержан до надлежащего указа или истечения срока делопроизводства по выявлению причин...” - Кривляясь, зачитала она безразличные строки. - И что значит “назначены условия содержания в соответствии со стандартами от указа девятнадцатого декабря 1981-го года. ”, скажи-ка? Вы её кормите там, э? - Крикнула она на обложку конверта, с именем отправителя.

Вопреки частоколу из канцеляритов, девушка смогла уяснить главное. До тех пор пока Министерство не разберется, кто поджег тот корабль, саламандре не грозит ничего. Алиса вздохнула. Стоило им выбраться на берег, после возвращения Флигенда, как кто-то из министерских вырвал из её рук емкость с существом, поспешив приобщить зверя к делу. Сил противиться этому беспределу у нее тогда не нашлось. Шамкая кровавым ртом, ушибленная, она только безнадежно пыталась переварить всё, что произошло с ней на борту корабля Дурмстранга. Когда же появилась Тёмная Метка всё стало совсем погано и бессмысленно. Едва она смогла прийти в себя, следующим вечером, как принялась строчить гневные письма во все департаменты министерства, требуя вернуть незаконно арестованную ящерицу. И вот сегодня наконец-то получила ответ.

Если им удалось раздобыть зрелые огненные зерна или же дамасский уголь, а ещё и запалить всё это дело от огня дракона, то малышка может там жить месяцами! А может даже несколько лет! По меркам саламандр это целая вечность.

Сдвинув обломки министерского сургуча и бумажки в сторону, она придвинула к себе еще одну весточку, прилетевшую этим утром. Маггловская открытка, на обложке которой довольная белочка скакала по заснеженным веткам на фоне горного пейзажа.

- А вот это Странно. - пробормотала она, обнаружив почерк матери на обратной стороне.

Последнее посещение: 1 месяц 3 дня назад

- Ты читала эту погань? 
Хоук бросил перед Алисой сверток Ежедневного Пророка от 28-го октября. От удара газета развернулась, демонстрируя проходящим мимо жующим зевакам счастливые лица геройствующей Гарнэт Махоуни, Эмили Коттон, после ее приобретения личного гиппогрифа (как будто это была удачная сделка купли-продажи, а не спасение животного из пылающего ада) и кокетливую улыбку самой Алисы Стормхолд. Других лиц в статье не наблюдалось. Видимо удачных ракурсов Хоука и Фэрроу не нашлось.  
- Я че, бабка, читать газеты? - огрынулась Алиса, цокнув языком, как старый дед.
Кай вспыхнул. Не то от обиды, не до от раздражения.
- Газеты - какой-никакой источник информации. Мы в Хогвартсе, считай, находимся в изоляции от окружающего мира. Особенно теперь, когда вокруг шастают авроры и дементоры. И сейчас как никогда важно получать новости.
- Хуевости. - передразнила Алиса. Кай закатил глаза и сел напротив, пока гриффиндорка нехотя подтянула к себе газету и принялась водить взглядом по строчкам и нелицеприятно ковырялась в зубах.
И вот на это наяривал тот стремный дружбан Роули? Он просто не знает настоящую Стормхолд. 

- Охренеть. - Наконец выдала она. Вот оно! Вот она, та реакция, что так ждал Кай от правдорубки Алисы! Сейчас она загорится праведным гневом и.. - Я в пророке! 
"Это и все?" - не понял Хоук. 
- Сконцентрируйся! - выпалил он и злобно щелкнул пальцем, надеясь помочь таким образом собранности девчонки. - Ты прочла, что они написали? 
- Тут долго читать. Давай вкратце.
- Вкратце они и сами за меня написали. Вот здесь. - Хоук ткнул пальцем сводку статей выпуска, где зазывающе пестрили заголовки тем: 
- "Хогвартс в огне - так ли все ужасно?" 
"Где учатся смельчаки?" 

Ответ тебя может удивить, Стормхолд. - раздраженно процитировал слизеринец часть первой страницы. 
"Как себя чувствует гиппогриф Врабчек". Ты понимаешь? Врабчек их волнует. Не Трир. Не его семья. Не обожженные до костей парни с нижней палубы. Не, хрен с ним, Димитар. Врабчек! Вроде как на фоне произошедшего общественность не сильно должен волновать Врабчек, а "что скрывает в своих тортиках мадам Падифут" и подавно не должно волновать! Если только она не скрывает в них вирус драконьей оспы - в чем я сомневаюсь. То, чем "всколыхнула общественность гадалка мадам Антония" тебя удивит не больше, чем то, "где учатся смельчаки". 

Я бы сказал, что в статье нет ни слова правды, но.. Это не так. Там есть правда, но ее так перекрутили, что все это больше похоже на издевательство. Я знал, что в Министерстве есть цензура, понимал, что ее не может не быть.. Но то, что пропаганда Фаджа выкручивает информацию на 180 градусов.. 
Хоук достал вторую газету и положил ее на стол уже спокойней. 
- Зато вот, что я еще нашел. Глаз Гора. Это что-то вроде независимого издания. 
Со страниц издания мелькали колдографии с настоящими лицами участников тушения, украдкой сделанные с места событий. Перепачканная Коттон, испуганная Махоуни, потерянная Фэрроу, разбитый Хоук и плачущая Алиса. Даже морда странного аврора вглядывалась в даль с таким натужным видом, будто он вычислял квадратный корень из 25. 
- Там не много, но правдиво. И они обещали продолжение расследования в последующих номерах. 
 

I'll expecto my patronum on your face, you little snitch! 
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
Последнее посещение: 1 месяц 1 неделя назад

Открытка от матери не содержала никаких тревожных вестей. Удивительным был сам факт, что Абигейл Стормхолд решила так вот вдруг справиться о делах гриффиндорки. 
- Ты читала эту погань?
- Я че, бабка, читать газеты? - вспылила Алиса, хватая, разлетевшиеся от падения газеты, бумажки. Отвлекшись, она в очередной раз прикусила себе щеку новыми зубами. - Да, сука...
- ...получать новости.
- Хуевости.

Хоуку не пришлось долго настаивать на важности печатной прессы, ведь уже в следующий миг Стормхолд выхватила из мелькающих фотографий на листе, собственное лицо. - Охренеть! - Само сочетание ее физиономии с уважаемой, пускай и среди бабок, газетой, ввело её в некий ступор. Разум излился лишь одним вопросом - когда они успели сделать это фото? Слизеринец явно ждал какого-то комментария. Девушка тупо резюмировала - Я в пророке! 

Слизеринец, не скрывая гнева по отношению к газетчикам, вводил подругу в курс дела. Гриффиндорка едва поспевала за его пассажами, в мыслях пытаясь отвечать на каждый риторический вопрос. Затем на стол легла газета другого издания. Колдография волшебницы на обложке значительно отличалась от того, что представлял Пророк. Изображение заставило Алису невольно вернуться мыслями на несколько дней назад на тот берег. Продолжая слушать Кайлея, она прыгала взглядом между строками. После того, как был объявлен траур, всем участникам событий были предложены личные порции зелья сна без сновидений. От которого гриффиндорка не стала отказываться. Вдобавок к этому, капля эйфорийного эликсира в утренний сок, чтобы не вспоминать лишний раз о всяких гадостях. И совсем немного чистой лунной росы, чтобы не ссадила прикушенная щека. Иными словами, зелий в рационе Сторхмолд было едва ли не больше, чем еды. Из-за этого ей не сразу удалось собрать мысли.
Стало быть, эти как BBC News, а вторые как CNN London - провела она удобную маггловскую параллель. - Но зачем им врать про пожар? Ещё и свалили всё на саламандру. Как там? Тиваз-Вуньо-Двенадцать? Мудаки...

- Там не много, но правдиво. И они обещали продолжение расследования в последующих номерах.
- Так это же вчерашний номер? - встрепенулась девушка, - Погоди-ка! Эй ты! Иди сюда!

Алиса вскочила со своего места и побежала в сторону преподавательского стола, а точнее в секцию младшекурсников. Проведя безуспешные переговоры за столом младших гриффиндорцев, она метнулась к столу рейвенкло, но и там никто не повелся на ее предложение. Плюнув на это дело, она просто схватила корреспонденцию с их стола и косолапо устремилась назад к ожидавшему Хоуку. По пути она успела оценить улов. Так, в Пророке нихрена нет. Ведьмин досуг - тоже нет. А это вообще чья-то домашка. Вернувшись за стол она скинула рядом всё ненужное, оставив только самое важное.

- Смотри что нашла! - Гордо презентовала она, вручая слизеринцу выпуск “Трансфигурация Сегодня”. - "Проблематика трансфигурирования замкнутой и незамкнутой кровеносных систем"! Ох уж эти трансфигураторы! Как что удумают, да? - Закончив кривлятся она посерьезнела и выложила на стол свежий выпуск Глаза Гора. - Тебе это понравится.

Последнее посещение: 1 месяц 3 дня назад

Пассаж Алисы по теме статьи в "Трансфигурация сегодня" Кайлей проигнорировал. Стормхолд не была ценителем этой тонкой и прекрасной науки, ведущий свои корни от самого естества вселенной, а по тому только и могла, что отпускать свои колкости в сторону тех блистательных людей, кто могли оценить красоту этой ветви магии.
Он внимательно скользил взглядом по строкам статьи.
"Во время самого пожара ходили слухи о вырвавшихся, из недр корабля, драконов, о чем нам позже обмолвилась и одна из спасательниц — Эмили Коттон."
О, Мерлин. У Коттон глаза на затылке?
"Была ли оказана необходимая помощь со стороны авроров?"
“Помощь от авроров была, но на сам корабль явился лишь мистер Далинор, самоотверженно боровшийся за жизнь каждого ребенка и выполняющий свой долг как настоящий герой."
- Пффф.. - закатил глаза Кайлей, но от комментария в этот раз удержался.
- О! Вот оно! - воскликнул парень, перегнувшись через стол и ткнув пальцем в нужную строку перевернутой газеты. - Смотри. "Возвращаясь к событиям 27 октября: кто создал Метку и с какой целью - на данный момент неизвестно. Но нашим журналистам удалось узнать несколько любопытных фактов. Первое - еще во время пожара, приблизительно за полчаса до появления Метки, всех студентов заблаговременно постарались собрать в Большом Зале, после чего внутри и снаружи были выставлена большая часть присутствующих на территории Хогвартса авроров. Второе - оставшиеся авроры оцепили школу и заблокировали все входы и выходы из нее. Повторяем, нам доподлинно неизвестно, кто выпустил Метку. Но все указывает на то, что министр, аврорат и руководство Хогвартса знали о возможной опасности со стороны темных волшебников, раз вместо тушения пожара целенаправленно занималась защитой школы и попыткой обезопасить студентов". Ты понимаешь? - поднял он взгляд на Алису.
Алиса точно что-то понимала, но казалось, сама не была уверена в том, что именно она понимала. Но будто бы в поддержку друга на всякий случай утвердительно закивала. Кайлей перевернул страницу газеты и украдкой глянул по сторонам. Если любопытствующие уши и были неподалеку, они держались достаточно воспитано, чтобы не подавать виду. 

- Возможно, руководство Министерства или Хогвартса знало о нахождении или приближении пожирателя к нашим территориям. - Хоук придвинул лицо ближе к Стормхолд и понизил голос. Говорил он на редкость взволновано и сбивчато. Было видно, что мысли в его голове летят быстрее языка. И ему не хотелось, чтобы весь этот поток сознания слышали посторонние. - Они либо пытались не пустить его к школе, либо не выпустить. Если они пытались его не впустить, то у них не вышло - он выпустил метку уже на территории. Да, метка висела ближе к Запретному лесу, чем к Замку, но это все равно считается территорией школы. Если же они не хотели его выпустить, то либо им это удалось, но тогда получается, что Пророк это совершенно проигнорировал, либо.. Либо у них не вышло и какой-то пожиратель просто запросто попал в Хогвартс, выпустил метку и убежал прочь. И это даже хуже, чем молчание Пророка. 

Он еще раз пробежался по темам номера и ткнул пальцем в еще одну статью. Рядом с заголовком "Смерть студента Хогвартса на корабле Дурмстранга!" виднелась колдография с Люциусом. Даже сейчас, на этом бездушном изображении его лицо выражало неприкрытую смесь раздражения, презрения и усталости. 
- Вот еще. 27 октября, около 18:20 директор Хогвартса Альбус Дамблдор объявил о трауре в честь погибшего на корабле студента пятого курса, факультета Слизерин, — Люциуса фон Трира. Мы предполагаем, что его нахождение на корабле Дурмстранга не было трагической случайностью. Отцом погибшего был Готфрид фон Трир – выпускник Дурмстранга, практиковавший темные искусства, и по совместительству Пожиратель Cмерти, погибший при задержании аврорами в возрасте 55 лет. Пять лет назад Глаз Гора уже писал о расследовании дел фон Трира, его убийстве следователя и темномагических экспериментах над собственным сыном. Теперь же изувеченный темными обрядами своего отца найден мертвым в самом эпицентре пожара. Точнее о причине возгорания будет известно позже, но редакция Глаза Гора не считает такое мистическое совпадение случайным. - Закончил Кайлей статью и добавил "Я тоже не верю". 

- Если они правы, то у нас есть вот такие входные данные: Люциус - сын нераскаявшегося пожирателя и выпускника Дурмстранга. Один из живых и лояльных Ему, - он сказал это тише, - позавчера был в Хогвартсе. Если это не совпадение - Люциус был связан с пожирателем. Может быть это был бывший товарищ его бати и Люциус оказал ему услугу. Там, на корабле. Зачем-то же он был там. Его туда явно не в шахматы позвали играть. Это же Люц! Кто б его вообще куда-то позвал?! Правильно. Никто. Значит он был там... Зачем-то. Я вижу два варианта. Либо он сам поджог корабль и просто не успел выбраться, либо его обманули и пожиратель сам его сжог. Например, Люц поднялся туда, чтобы что-то украсть или подложить. Думал, что он там именно за этим, а пожиратель его обманул и поджог корабль.
"Неверно. Ты же знаешь откуда начался пожар"
- Нет, не так. Пожар ведь начался с каюты, где мы нашли Трира.. Значит все еще: либо ошибка Люца, либо обман. Но может пожиратель дал ему что-то, какой-нибудь артефакт. Сказал активировать на корабле. Люциус думал, что артефакт делает что-то другое, а он загорелся.
"Ты не те вопросы задаешь"
- Ты прав. - ответил Кай голосу. - Это все не то. Люциус погиб. Не важно как. Важно для чего. Алиса, ты понимаешь?
Алиса не понимала. Но на сей раз поступила честно и кивать для вида не стала.
- Для чего пожиратель поджог корабль? Либо на корабле было что-то важное, какие-то улики, что-то, что надо было сжечь! Либо.. это был просто обманный маневр и пока все тушили корабль, он был в Замке. Он что-то там делал. И, видимо, он добился успеха. 
В конце он посылает Темную Метку. Он ведь мог уйти незамеченным. Подмога к нему не пришла. Значит он сделал это демонстративно. Что-то вроде "злодейство удалось". Ему удалось завершить начатое, Алиса. 
И во всем этом как-то замешан Трир.
Так как мы не знаем, кто был пожирателем, то нужно начать распутывать клубок с ближайшей нити. Трир. Мы знали Трира. Он пять лет маячил на фоне со своими книжками про вампиров. Его кровать стояла напротив моей.. стоит. Если мы копнем глубже, мы наверняка сможем узнать, чем жил Люциус на самом деле и я уверен - это отнюдь не вампиры. И когда мы разведаем это, мы узнаем, с кем он общался накануне. Откуда мог получить приказ. 
Ты со мной?

Вопрос был лишним и ответом на него, без лишних слов, стал один лишь пылающий решительностью взгляд Стормхолд. 

 


Конец эпизода.. 
..Но начало приключения;)
I'll expecto my patronum on your face, you little snitch! 
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
Последнее посещение: 1 час 18 мин. назад
*
6 января 1995
Вечерело, тени в коридорах удлинялись, стелились под ноги. Ребекка терла глаза, отчаянно борясь с усталостью. Прошлой ночью ей так и не удалось заснуть: голос Саймона не замолкал, будя воспоминания, а вместе с ними – горькое чувство вины и страха за брата. Ребекку злило собственное бессилие, ведь она так и не нашла ни единой зацепки, что привела бы к Саймону. Его друзья мало что могли рассказать, иные же предпочитали и вовсе молчать. Профессор МакГонагалл и профессор Флитвик как раз были из таких, говорили, что лучше хранить в воспоминаниях тот образ, который Ребекка запомнила и не терять надежды: аргусы ведут расследование и обязательно его найдут.
Вот ведь глупость! Где были все, когда погибли родители? Когда пропал брат? Когда Алистер издевался над ней каждый день, стоило Ребекке появиться в особняке Селвинов? Кто-то мог бы прийти и спасти ее от ужаса. Но никто не пришел. Потому что никто никогда не приходит. Нет, в этом деле Ребекка могла рассчитывать только на себя.

Она вошла в большой зал и остановилась. Пахло выпечкой и хвоей. Елка все еще была там. Большая, зеленая, с гирляндами переливающихся огней, игрушки на ней приветливо поблескивали стеклянными боками. Не ожидала ведь Ребекка, что елка исчезнет, как по волшебству? Впрочем, Рид была готова ко всему. Все в ее жизни могло исчезнуть в один момент, как до этого родители или брат. Стоило ли радоваться тому, что так мимолетно? Ведь этому всегда приходит конец.

Ребекка прошла мимо столов, ловя обрывки разговоров, под стук приборов о тарелки. Она старалась не смотреть в сторону стола слизеринцев. Не хотела случайно коснуться взглядом Алистера. Каникулы закончились так быстро, и страх столкнуться с кузеном вновь стал преследовать ее. Впрочем, после приезда Алистер не проявлял к ней особого интереса. Ребекке стоило бы радоваться, но она лишь поежилась. Недоброе предчувствие холодком пробежало вдоль позвоночника.

– Эй, Рид! Тут тебя, кажется, ждут!
Шейла махнула рукой в сторону. Там, прямо на столе, расположился филин. Деловито придерживая лапкой булку, он не спеша отрывал клювом небольшие кусочки. Птица незнакомая, не принадлежавшая ни Ребекке, ни одному из Селвинов, но стоило Рид приблизиться, как филин подскочил ближе. Ребекка взяла письмо. Простой конверт без каких-либо опознавательных знаков.
– От поклонника? – Шейла придвинулась ближе.
– Да ну тебя, – отмахнулась Рид, пытаясь не выдать волнения.
Она чувствовала, дело тут совсем в другом, и ей не хотелось вскрывать конверт при посторонних.
– А что? Джессика получила такое, знаешь… Музыкальное! Оно еще пело на два голоса! Ты бы видела лицо Джесс – вся покраснела до кончиков ушей!
Ребекка кивала, улыбаясь, но смотрела вовсе не на сокурсницу. В зале всегда было слишком шумно, особенно после каникул. Всем хотелось поделиться событиями, поболтать с друзьями после недолгого расставания. Рождественские украшения все еще не убрали, и атмосфера праздника, казалось, все еще незримо присутствовала.
– Не хотелось бы мне получить такое, – рассеянно ответила Ребекка, сжимая пальцы.
Вот именно! Я бы сгорела со стыда! Уж лучше обойтись, скажем, запиской или…
Ребекка качнулась в сторону, пытаясь в просвете между учениками разглядеть знакомый силуэт. Привстала, выглядывая поверх голов. Уверенно идет между рядами, направляясь преподавательскому столу. По сторонам совсем не смотрит.
– Ребекка? Ребекка! Ты слушаешь? – повысила голос Шейла, дернула за рукав.
– Да, я сейчас, – торопливо скинула руку сокурсницы, быстрым шагом пересекла зал, минуя препятствия в виде зазевавшихся учеников и бесконечно длинных столов, заставленных блюдами.

Остановилась, не дойдя всего-то пары шагов. Внезапное волнение не давало подойти ближе. Все же прошло довольно долгое время с момента последней встречи, и Ребекка невольно застыла на месте. И все же ей нестерпимо хотелось увидеть его лицо.
– Дядя Миль!
Да, он запретил так себя называть на людях, но в таком шуме разве кто услышит? Рид завела ладони за спину, сжала запястье.
Как вы провели праздники?  

Последнее посещение: 45 мин. 30 сек. назад

После Нового года Верес успел побывать в Мунго несколько раз. Совещание глав отделений прошло успешно, если не учитывать один подозрительный вопрос о многозадачности. Ладно бы, он прозвучал от Хэнкса, но вот от Моузли услышать “а не сложно ли совмещать Турнир и держать вещи под контролем в самой больнице?” - казалось вызовом. Не считая того факта, что Эмилю уже давно глубоко всё равно, что там на турнире и когда он, наконец, начнется, целитель поставил под вопрос обеспечение безопасности со стороны аврората. И, в правильный момент, привел пример пожара на корабле Дурмстранга. Ещё не забылось полетевшее в тот день расписание дежурств и вызовы колдомедиков прямо из дома, так что обошлось без дополнительных объяснений важности нахождения Вереса в школе.
Второй раз это было разгребание текущих задач. Послушать всех недовольных, которым хотелось побывать дома с семьей, а они не смогли; заполнить отчетность Министерству, хвала Мерлину, без укусов оборотней в этот месяц обошлось; увидеться с Гарбо, послушать последние сплетни. 
— А ведь она так ничего и не сказала. А ведь знала о планах Эндрюса. Знала и молчала. И ответной совы за geschenk* не отправила. Забавно будет наведаться в их это “семейное гнездышко”. Чудесный ужин вышел бы на Пасху. А прийти стоит с запасом противоядия от ядов...

Дядя Миль!
Верес затормозил носками ботинок. Конечно, он узнал этот голос. Это панибратское обращение, которое он терпеть не может, но всё же, скрепя зубами, терпит. Резко разворачивается, разводит руки в стороны.
Мисс Рид!
Как вы провели праздники?
Ребекка, дорогая, — замечает напускную неловкость, бросает взгляд на стол Рейвенкло. Вздыхает улыбаясь, и кладет ладонь на хрупкое плечо девочки, уводя в сторону от других студентов.
Прости меня, пожалуйста, — начал целитель, поправляя сбившийся капюшон её мантии, — мне очень жаль, что на этих каникулах у меня не получилось приехать к Селвинам. Поверь мне, если бы я мог, то обязательно написал бы Аарону. И мы обязательно бы выпили молока с печеньем в гостиной. С книжкой про волшебные народы. Как в старые добрые, — ловит случайный, но полный удивления взгляд от Поппи. Стушевавшись, делает шаг назад.
Я обещаю, что искуплю своё поведение. Небольшим подарком. Как в старые добрые, м? — Подмигивает целитель, возвращаясь к прежнему плану ужина.
— Конечно же, я желаю тебе хорошего Нового года. Чтобы он был лучше, чем прошлый. Доброй ночи.

Мадам Помфри уже ждала его, отложив столовые приборы.
Ну что, Поппи, что? Я вижу, Вас прямо разрывает, — волшебник подносит чашку к зависшему в воздухе чайнику.
Мистер Верес, я устала повторять вам, что личные отношения не могут быть продемонстрированы на публике. У вас может быть огромное количество знакомых, но проявления вашей дружбы должны быть за пределами школы. Это неэтично.
Поппи, прошу тебя, — нож разрезал запеченную рыбу, — это была самая простая беседа. Мне надо было сообщить новость про сбежавшего соседского кота. Ребекка так переживает. 
Мисс Рид.
Да-да. Что-то вы совсем под вечер загрустили. Тыквенного пирога?
Создаете прецеденты на ровном месте, — старушка вздыхает, — как вам не стыдно.
Мне? Да ладно вам. Я же не школьник. Вон некоторые ученики позволяют себе пропускать занятия и ничего. А вы мне тут про этику. Вопросы жизни и смерти должны быть на первом месте.
Это какие это ученики позволяют себе такое поведение, позвольте уточнить?
Мужчина вздрагивает, поворачивается на требовательный вопрос от МакГонагалл. Застывает с недонесенной до рта вилкой.
Нуу. Фамилий не знаю. Так...слухи долетали.
Слухи, значит. — Женщина поднимается с места, обращается к мадам Помфри, — благодарю за Вашу бдительность. Хорошо, что хоть кто-то понимает важность приличий. Особенно, учитывая нахождение гостей из других стран на территории школы.
Я, вообще-то, тоже гость, — включается Верес, в ответ получая убийственный взгляд сразу от двух почтенных леди.
Какие все злые, вы только посмотрите, — ужинать расхотелось. Свою обиду Эмиль запивает чаем, не сводя внимания с Рид.
Что-то было не так.

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 час 18 мин. назад
*
Кажется, целитель был тоже рад встрече. Теплая ладонь легла на плечо. Миль быстро сократил расстояние, закрыв Ребекку от посторонних глаз. Рид незаметно спрятала письмо в карман мантии, сложила руки на груди, пытаясь подавить желание сбежать.
— Прости меня, пожалуйста, — Ребекка подняла голову, не в силах скрыть удивление, — мне очень жаль, что на этих каникулах у меня не получилось приехать к Селвинам. Поверь мне, если бы я мог, то обязательно написал бы Аарону. И мы обязательно бы выпили молока с печеньем в гостиной. С книжкой про волшебные народы. Как в старые добрые.

Так удивительно, что для разных людей время течет совершенно иначе. Сколько было тогда Ребекке? Девять? Десять? Она только знакомилась с волшебным миром, с упоением читала книги из богатой библиотеки Селвинов. Диковинные животные, существа, магия – все это было для девочки в новинку и вызывало немалый интерес. Миль тогда приходил чаще обычного, они сидели в библиотеке или у камина в гостиной. Целитель рассказывал забавные истории, и был единственным, помимо брата, кто видел в Рид девчонку, а не маленькую взрослую. С ним Ребекка ненадолго могла не думать о своих проблемах. Но дядя Миль забывал, что та девочка уже заметно выросла.

Вы бы меня все равно не застали в особняке: эти каникулы я провела в Хогвартсе, – сказала Ребекка мягко.
Мысли же целителя, вероятно, были заняты другим, потому что он тут же начал говорить про подарок, которых Ребекка получала от Селвинов достаточно, чтобы ей начинали завидовать сокурсницы. Дорогая одежда, обувь, школьные принадлежности или какие-нибудь безделушки, очень важные, по мнению Мелиссы, для настоящей леди. Улл исправно посылала ингредиенты для зелий. Аарон же всегда оставлял деньги, однако требовал подробный отчет о всех тратах. По его мнению, Ребекка должна с малого возраста учиться правильно распоряжаться средствами. Поэтому Рид не видела нужды в чем-то еще, ей всего лишь было нужно немного внимания и поддержки.

Разговор завершился очень быстро. Ребекка шла к своему месту более удрученная, чем прежде, что сразу же заметила соседка:
Что же тебя так расстроило? Не каждой ученице мистер Верес поправляет одежду.
– Ой, брось, – Ребекка смутилась, но не подала виду, – Я просто поздоровалась. Почему-то ты ничего не говоришь насчет профессора Снейпа. А я ведь с ним остаюсь наедине.
Шейла удивленно вскинула брови, чуть при этом не подавившись пирогом.
О, да! Я прямо вижу эту картину! – Она начала размахивать в воздухе куриной ножкой, будто палочкой дирижера, – Ты проливаешь зелье на мантию, и Снейп медленно снимает с тебя… Баллы.
– Прекрати! – Протестует Рид, но все же смеется.
В любом случае, учитывая настроение профессора зельеварения в последний месяц… Да, впрочем, я его вообще не помню в хорошем расположении духа! Ты либо врешь о вашей связи, либо плохо стараешься.
– Ненормальная! Говори тише! Не хватало, чтобы еще слухи пошли по школе из-за твоих шуток!
Шейла в ответ лишь хохочет, прикрыв рот ладонью.

Ребекка позволила себе немного расслабиться до своей ежедневной практики в библиотеке, где ей вновь придется погрузиться в воспоминания. Там же она хотела сделать еще одну вещь. Письмо без отправителя будоражило воображение, но его нельзя было вскрывать при свидетелях: у такой анонимности наверняка были причины. И у Рид не было ни единой догадки, кто бы это мог быть.
 

=> Трактир «Кабанья голова»

 

Последнее посещение: 2 месяца 1 неделя назад

9 января 1995 года. 


Несколько дней в замке пролетели, как один. Несмотря на постоянное напряжение, Эндрю чувствовал себя гораздо спокойнее, чем где-либо ещё. С Хогвартсом его связывали по большей части светлые воспоминания. 
Утром в Большом зале спокойно, студенты молчаливы и погружены в свои мысли, пробуждение многим даётся с трудом. В это время Энди почти расслаблен, будто и не в школе вовсе, а дома перед камином в рождественский день. 
Сколько лет я уже не праздновал Рождество? 
Внезапная мысль посетила мальчика на пороге зала, неприятно кольнула внутри. Сегодня его подташнивало и в голову лезло то, чему там не место. 
К Мордреду Рождество, у меня ещё будет возможность проводить дни с удовольствием, — уверил сам себя, подходя к факультетскому столу. Ароматы бекона и выпечки, кофе и овсянки, от которых обычно разыгрывался аппетит, в этот раз не произвели должного эффекта. Тошнота никак не хотела отступать, кажется, становясь от запахов еды только сильнее. Эндрю занял место за столом, подтянул к себе стакан сока. Первый же глоток отозвался резью в желудке, да такой сильной, что мальчик чуть не выронил стакан. 
Что за дерьмо? Как больно! 
Додсон старался не шевелиться, но его организм уже запустил процесс. Боль неуклонно расползалась от желудка дальше, заполняя тело первокурсника. 
Всё в порядке? — донеслось до него откуда-то слева, будто сквозь толщу воды. — Ты какой-то бледный.
Угу, — даже голову поворачивать не стал, — живот прихватило, пройдёт. 
Оказывается, он сидел, вцепившись в стол руками. Даже не заметил. 
Да что происходит? Я же соблюдаю все правила. 
Очень осторожно, не делая резких движений и почти не дыша, Эндрю выбрался из-за стола и медленно пошёл к дверям. На него никто не обращал внимание, но паника всё равно накрывала сознание, ехидным голоском напоминая, кто здесь неудачник. Он ускорился, стиснув зубы, торопясь покинуть зал, где десятки пар глаз не только студентов, но и преподавателей, кажется, сошлись сейчас именно на нём. 
В коридоре остатки сил мальчика покинули, он прислонился плечом к стене, глухо застонав. Внутренности выворачивало и жгло нестерпимо, словно внутри поселилось семейство саламандр.
Дойти бы до спальни. А там… 
Что там, Энди не знал, зато был уверен, что в Больничное крыло сейчас идти не стоит. С этим лучше разбираться самому. От мысли, что его накроет на людях, паника ещё крепче сжала ледяные лапы на шее и мальчик двинулся вперёд, уже не отвлекаясь на оглядки по сторонам. Каждый шаг давался с трудом, мысли путались, в ушах шумела кровь. 
Слабое тело, ни на что не способное. Только бы не упасть. Давай, немного осталось... 
Очередной спазм застал Эндрю врасплох, внутренности скрутило, он не успел даже отойти в сторону, как его стошнило кому-то под ноги. 

===> Переход сюда

Последнее посещение: 45 мин. 30 сек. назад

До появления мистера Додсона.

Зря в это утро Верес спустился в Большой зал. Вместо кофе, его ждала слишком жизнерадостная мадам Помфри. В дверях. Прям как цербер. Не хватало только аконитовой пены капающей на пол.
У нас инвентаризация. Вы же не забыли?
Я ждал её все каникулы, — и надеялся, что вы справитесь сами.
Хагрид вам не сказал про соплохвостов? — Эмиль уклончиво мотнул головой.
А Спраут на счет мандрагор?
Эээ…
А на счет тренировок сборных по Квиддичу?
Я…
Верес, Вы вообще в курсе своих обязанностей?
Поппи, — он улыбнулся, предложил старушке локоть, — давайте уже к сути дела, а то вы меня пугаете. Что требуется? — приняв руку, повел к преподавательскому столу. За последние полвека хоть кто-нибудь вообще замечал, что хранительница Больничного крыла - та ещё кокетка? Наверняка, когда-то ей об этом говорили. Она опустила глаза в пол и начала говорить с таким тяжелым вздохом, каким можно только мертвых провожать. 
Учитывая, что мистер О’Хэнлон уехал… — пауза равная пяти шагам.
И?
Нам могут понадобиться все силы, — три шага, четыре. Поппи не решалась.
На что-оо?
На инвентаризацию! — Вспылила Мадам Помфри, тут же поправив съехавшую шапочку. — Верес, Вы вообще меня слушали?
Я.. ээм. Честно? Я не уверен, что мои услуги хоть в чем-то из перечисленного могут быть полезны.
Поппи остановилась. Отняла руку, сразу же спрятав в кармане передника.
Я вызвала некоторых студентов, чтобы они тоже смогли нам помочь. Хагрид поможет с ящиками до фонтана. На Вас - донести до Больничного крыла. Там, вместе со студентами, разобрать и подготовить. У нас впереди целый день и терять хотя бы минуту, я не позволю, — Эмиль слушал, периодически пытаясь перебить, но выглядел скорее как вытащенная на берег рыба.
А почему бы нам не отрядить на такую важную задачу эль..фов?
Нет, — школу убийственных взглядов МакГонагалл и Помфри заканчивали вместе, — у вас есть десять минут.
Она уже развернулась, чтобы уйти, но колдомедик преградил путь.
Поппи, могу ли я попросить Вас об услуге? Раз уж мы..эмм. Вы понимаете, я совершенно забыл, что не передал один рождественский подарок… — старушка благосклонно улыбнулась. Видимо, она давно заметила с чем целитель пришел в Большой зал.
Кому именно? Мисс Аббот?
Оу. Нет. Мисс Эндрюс.
Её улыбка мгновенно погасла.
Вы увидите её через десять минут. Можете передать сами.
Дело в том, что такой, пусть и небольшой подарок, может стать поводом для не самых приятных ситуаций. Тем более, что…
Давайте сюда. Сохраните слова для тех, кто готов их слушать.
Я благодарен, — он проводил старушку полным доверия взглядом. Понадеялся, что никаких сцен Шарлиз устраивать не будет. 
И Вам приятного аппетита, мисс Стормхолд, — пережевывая что-то с хомячим упорством студентка гриффиндора не спускала с него глаз. Теперь, когда Помфри ушла, можно было обозначить, что глазеть некрасиво.
Фбафибо, — не похоже, чтобы она хоть немного засмущалась. Как же бесила эта мания местных жителей замка - совать нос в чужие дела.

Переход >>

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 2 дня 4 часа назад

31 января 1995 г. 20:00,
ужин после 12-го испытания Первого Тура

После ветра, насквозь прошивающего трибуны, Большой зал казался особенно уютным. Потемневшее небо, отражённое потолком, приятно контрастировало с парящими под ним свечами. Багряный с голубым на флагах вместо цветов хогвартских факультетов не давали забыть о главном зрелище сегодняшнего дня. Столы, как и на Святочном Балу, объединили в один, во главе которого отвели места для героев, прошедших первый тур состязания.
Торжественная музыка сопровождала студентов и преподавателей, появляющихся в зале, отполированная до блеска посуда отражала тёплый свет свечей. Как только все расселись, на столах тут же появились блюда с праздничными угощениями, среди которых можно было найти не только знакомые англичанам жаркое, пироги с почками, пудинги и запеканки, но и то, что так нравилось европейцам: цыплёнка в вине, буйабес, мусаку, сарми, фуа-гра и многое другое. Музыка стала тише, давая возможность разговаривать во время ужина, с потолка вниз медленно поплыли подобные светлячкам шарики света, гаснущие, не долетая до сидящих нескольких дюймов.

Последнее посещение: 1 месяц 4 дня назад
31 января 1995
– Алистер!
Нет нужды оборачиваться: он знает, кто это. Цепкий взгляд выхватывает места победителей турнира.
– Ребекки нет, – она говорит очевидное. Впрочем, блондинка никогда не отличалась особым умом, – Может, подождем вместе? Я заняла для тебя место.
Переводит взгляд, оглядывает ее почти заинтересованно. Тонкая бледная кожа, с едва заметными дорожками вен. Шарики огней подлетают к ней очень близко, но гаснут, так и не коснувшись ее алого платья. Сандре нельзя было отказать ни в красоте, ни в чувстве стиля. Интересно, будет ли она такой же прекрасной, когда ее охватит пламя?
– Как будет угодно даме, – тонкий рот изгибается в улыбке.
Маленькая рука Сандры ложится на сгиб локтя. Алистер не сопротивляется – он ведь джентльмен. Они идут вдоль стола, где в честь праздника нарушено деление на факультеты. Хогвартс, Дурмстранг, Шармботан – все собраны вместе, будто единая семья. Алистер не разделяет всеобщего веселья, но кивает и улыбается, откликаясь на приветствия, мимоходом поправляя значок старосты, хотя, нужды в этом нет. Блондинка рядом нервничает, краем глаза Селвин видит, как она теребит юбку.  
– Дэнни и Спенсер уже пришли. А еще… – Сандра морщится, – Освальд.
Ага, вот в чем дело.
Освальд, хоть и будучи чистокровным, не вызывает симпатии. Кретин, каких поискать, но компенсирует это огромным самомнением. Раздувается и кудахчет, стоит подойти симпатичной девчонке. Сандра МакКинли явно стоит выше в общественной пищевой цепи. Чистокровная, единственная дочь своих родителей и обладательница огромного наследства. Отсутствие ума компенсирует деньгами и связями родителей, а также яркой внешностью. Она привыкла получать все, что хочет, тупая высокомерная сука.

– Кстати, Спенсер, поздравляю с выигрышем. Хотя, делать ставки против своей команды – это так не патриотично, – Дэнни кивает подошедшим, – правда, Селвин? Сандра, ты, как всегда, прекрасна.
Блондинка в ответ сверкает улыбкой.
– Цифры не врут, – угрюмо бросил брюнет, взглянув на друга сквозь стекла очков, съехавших на кончик носа, – а ставить на заведомо проигрышную команду, даже свою, против моих принципов. Перестань строить из себя святую невинность. Думаешь, я не знаю, что и ты, и Алистер так же поставили на Дурмстранг?
– Что же это говорит о нас? – Дэнни рассек воздух вилкой, будто при чтении заклинания. – Что мы – мерзавцы.
– Или что мы видим выгоду и выбираем практичный подход, – возражает Алистер.
– Это одно и то же, – указательным пальцем Спенсер возвращает очки на переносицу.

Освальд подвинулся, освобождая место для Сандры, однако Алистер быстро его занимает, получая благодарную улыбку блондинки.
– Что-то я не видел тебя среди зрителей, Дэнни, – Алистер усмехается.
– Это потому, что большую часть представления он провел с Мэгги Смит, – отозвался Спенсер.
– Ну да, она сама меня позвала, – Дэнни пожимает плечами. – К тому же, что я пропустил? Эпичный конец? Мир, дружба, все взялись за ручки и побежали навстречу светлому будущему? К тому же, от Мэг я узнал пару пикантных подробностей про наших общих знакомых, – парень выразительно играет бровями, негласно обещая продолжить беседу позже.
– Так вы просто болтали? – Алистер цепляет с блюда кусок мяса, упорно игнорируя сердитое сопение Освальда.
– Отстань, Селвин, сам знаешь, какой там был холод, – Дэнни лениво откидывается на спинку стула. – К тому же, она не хотела прелюдий, так что все прошло динамично.
– Если бы ты меньше занимался «динамикой» с каждой, кто тебя позовет, – читает нотации Спенсер, пока Дэнни выразительно закатывает глаза, – мог бы уже получить «Превосходно» по трансфигурации. По моим расчетам, ты тратишь в среднем шесть часов в неделю на свои интрижки.
– Ты что, следишь за мной, больной ублюдок?
Спенсер пропускает оскорбление мимо ушей. Годы дружбы дают некоторые привилегии в общении, особенно, если она родом из детства. Селвин присоединился к ребятам лишь на втором курсе.
– Это не обязательно – ты сам не делаешь секрета из своих похождений. Исходя из этой информации, я посчитал: шесть часов, включая свидания и ваши ужимки в коридорах.
– Хей, это еще хуже! Сойдемся на шести часах, но без всей этой мишуры.
– В среднем, – напоминает Спенсер и слышит тяжкий вздох в ответ.
Оба – и Спенсер, и Дэнни считались друзьями Алистера, если бы у него было хоть какое-то понятие о дружбе. Дэнни ­– сплетник и бабник, любит собирать информацию, умеет оказываться в нужное время в нужном месте. Однако, целеустремленный – успевает хорошо учиться, хоть и немного хуже друзей, за что и получает подколы от Спенсера. К тому же, считается привлекательным среди девушек и довольно популярным, тщательно следит за своей внешностью.
Спеснер – серьезный, усидчивый. Многое видит, анализирует, превращает в расчеты, на основе которых может давать довольно точные прогнозы. Как говорит сам Спенсер, совпадение с вероятностью 86.6 %. Однако, вопреки ботанскому облику, не тряпка. Молчит, терпит, потом ударит резко, движением точным, будто рассчитанным по математической формуле – и снова спокоен, будто и не было ничего.

– Тише, ребят, среди нас девушка, – подал голос Освальд.
– Среди нас? – Сандра выгнула бровь. – К этому обществу ты точно не будешь иметь никакого отношения. Слышала, твой отец спустил последние деньги в заведении семьи Дэнни. Так что лучше присмотри себе группу согласно твоему нынешнему статусу неудачника.
Освальд понурил голову. Его отец потерял все свое состояние в сомнительных сделках, игорных заведениях, а печали гасил алкоголем и случайными связями. Мать смылась с любовником, дом уже почти спущен с молотка за долги. Это раздавило бы кого угодно, но то, что творится у Освальда в голове, Селвин решительно не понимал.
– Она не со зла, – Алистер мягко проводит ладонью по его плечу, не испытывая при этом ни капли сочувствия.
Мерзость! Конечно, со зла! Кому понравится такой хлюпик с дебильным лицом?
– Она права. Селвин, у тебя есть и деньги, и положение, и внешность – склеить девчонку для тебя ничего не стоит. А что мне делать? Я влюблен в Сандру.
Чушь. Влюблен ты только в свое дерьмовое достоинство.
– Попробуй подарить что-нибудь. Девушки это любят.
– Что, например?
– Я слышал, у Хоука достаточно большой выбор. Зелье – всегда хороший выход из положения.
Освальд резко поднимает голову, в глазах непонимание и страх.
– Обратиться к Шакалу? Но какое зелье Сандре придется по вкусу?
Алистер неопределенно пожимает плечами.
Давай, шевели плесенью или что там у тебя вместо мозгов.

– А ты, Спенсер, тоже был на трибунах? – Тем временем щебечет блондинка. – А я осталась в замке. Такая погода плохо сказывается на коже, да и волосы начинают виться из-за сырости. Алистер, упрямец, меня бросил одну, но его можно понять – в команде его сестра. Хотя, я бы не захотела, чтобы меня видели в таком состоянии: волосы растрепаны, порвана одежда, вся в грязи. Да я бы сгорела со стыда!
Сандра. Красивый изгиб шеи, бледная кожа. Алистер представлял, как сжимает на ней пальцы, как блондинка, задыхаясь, пытается вырваться, хватает воздух своим красивым ртом. Правильно, девочка, ты так прекрасна, когда молчишь, когда все те слова, что ты по глупости своей высказываешь, навсегда застрянут в твоей глотке.
– Сандра, ты идеальная женщина! – Дэнни подмигивает девушке. – Минимум мозгов, зато отличная задница! Может, встретимся как-нибудь в кладовке? Я знаю одну на втором этаже…
– Думаешь, моего ума не хватит, чтобы услышать оскорбление? – Блондинка резким движением выливает тыквенный сок, покрывая рубашку Дэнни оранжевыми пятнами.
– Если ты таким образом хотела заставить меня раздеться – это было очень оригинально, но в следующий раз лучше просто попроси.
Сандра не отвечает. Повернувшись спиной, она направляется к выходу из зала.
– Думаю, следующего раза не будет, ­– Дэнни хмыкает, отсалютовав Алистеру пустым стаканом.
Освальд же все еще тупо смотрит в тарелку, но взгляд его напряжен. Селвин надеется, что кретин все понял правильно и не налажает с исполнением. Впрочем, этому идиоту не откажешь в упрямстве так же, как и в тупости. Они будут идеальной парой.
Впрочем, Алистер заглядывает вперед, а пока ему стоит пойти следом за Сандрой. Он встает, поправляет костюм, игнорируя ехидную улыбку Дэнни и вопросительный взгляд Спенсера, и уходит следом за блондинкой. В конце концов, нехорошо оставлять расстроенную даму одной.

Последнее посещение: 1 месяц 4 дня назад
<= Трибуны возле Черного озера

Белая королева смахивает черную пешку с доски.
– Поймал! – Освальд накрывает фигурку ладонью, уберегая от падения. – Ладья на h4.
Черная ладья быстро скользит по доске, сбив пешку.
– Один-один, Селвин, – рот сокурсника растягивается в довольной улыбке, отчего все лицо приобретает глуповатое выражение. Блеклые глаза, будто подернутые пеленой, то и дело поглядывают на противника. Освальд напоминает нечистого на руку торговца, а в его положении, он будет искать любую возможность для наживы. Проблема лишь в том, что парень неаккуратен и недалек, хотя и довольно изворотлив, иначе не продержался бы на учебе и давно уже вылетел. Да и связь с Сандрой придала его облику некий лоск. Этого дурачка было легко использовать и, возможно, он еще пригодится.
– Конь на с5, – фигура встает на свободную клетку. – Шах.
Краем глаза Алистер наблюдает, как меркнет радость на лице Освальда, но основное внимание он сосредотачивает на зале, ставшем эпицентром битвы юных болельщиков. Старосты пытались угомонить бунтарей – без особого успеха. Селвин потер виски – ему не нравится шум, эти младшекурсники, в честь праздника возомнившие, что им все можно. Мелкие уродцы, думающие, что в жизни их ждет великое будущее, хотя большинству уготована лишь участь унылых клерков на задворках министерства. Но такая суета в этот раз была ему на руку.
Он специально занял место ближе к преподавательскому столу. Помимо удобного наблюдательного пункта за студентами, отсюда также хорошо просматривался вход.

Бэкки входит в зал, мантию скидывает на ходу. Садится отдельно, не примыкая ни к одной из шумных групп. Растирает ладони, улыбаясь смущенно, принимает дымящуюся кружку из рук старшекурсника. Оглядывается мельком, не забывая об осторожности. Затем делает глоток. Ее плечи еще вздрагивают после холода улицы. Она рассеянно наблюдает за происходящим на экране, сложив локти на стол. Алистер хмыкнул: и куда подевались все манеры, которым ее учили?
– Доиграем позже, – бросает Алистер, не отводя глаз от цели, поднимается, ловко уклоняясь от снаряда из шоколадного пудинга. – Кейн! Еще один такой бросок – и я сниму с тебя баллы.
– Но Пирс первый начал! – крикнул первокурсник, но затем быстро перешел на шепот. – И откуда он все время знает, что это я?
Алистер не останавливается, чтобы ответить. Он неторопливо идет между столов, а она даже не видит. Инстинкты ничего не говорят ей, не кричат об опасности. Теплый зал окутал уютом, и она разомлела от запахов еды и глотка горячего какао. Алистер опускается на скамью рядом с ней. Видит, как меняется ее лицо, взгляд на мгновение застывает. Селвин тянет время, довольный произведенным эффектом.
– Здравствуй, Бэкс. Неужели ты мне не рада?
– Я думала, ты с Дэнни и Спенсером на трибунах, – Ребекка оглядывается по сторонам. Толпа вокруг успокаивает ее.
– Я – староста. Кто-то должен следить за порядком, - Алистер берет чистую тарелку и оглядывает разложенные на столе закуски со следами заварного крема и кусочков изломанного печенья. – Тебе чего-нибудь положить?
– Что тебе нужно? – голос Ребекки тих, но не дрожит.
Мясной рулет выглядит сносно, и Селвин вытянул пару кусков, добавил овощей, салатный лист, собирая в композицию.  
– Поговорить, – наконец говорит он.
– О чем?
– О твоем брате, например. Как продвигаются поиски?
Ребекка хмурится, нервно теребит рукав.
– Прекрати, – Алистер не выдает неудовольствия ни голосом, ни позой. – Помни о своем поведении. Хотя бы на людях.
Она не отвечает, но руки послушно складывает на коленях.
– Мне любопытно, на чем строится твоя уверенность, что я ничего не узнаю? – Селвин ставит перед ней тарелку с едой. – Ну же, я знаю, что ты голодна.
Бэкс несмело берет вилку и передвигает по краю ломтики огурца, нарушая рисунок.
– Ешь, Бекки. Не заставляй кормить тебя, как маленькую.
Угроза действует моментально, и Рид тут же отрезает кусочек рулета и кладет в рот.
– Умница. Как ты спишь по ночам? Кажется, круги под глазами стали бледнее.
– Это ты подбросил сундук.
– Я сделал тебе подарок, Бекки. Встреча с братом – я думал, ты обрадуешься, – Алистер улыбается, на кузину смотрит почти с нежностью. – И раз уж мы завели речь о призраках, ты когда-нибудь представляла, каково это, гореть заживо? Чувствовать, как кожа лопается от жара? Твой отец – пытался ли он спасти жену или же скулил, чтобы это поскорее закончилось?
Вокруг стоит шум. Младшие студенты снуют вокруг, перекрикивая друг друга. Еда используется как снаряды между разделившимися студентами, болеющими за своих любимчиков. В такой суматохе никто не обратит внимание на разговор двух людей, никто не услышит. Алистер улыбается, нежно касается ее волос, заправляя прядь за ухо.
– Каково быть единственной выжившей? Ты не могла спасти ни родителей, ни брата. Ты не можешь удержать друзей. Вокруг тебя никого – и ты никому не можешь помочь.
Слова льются легко, он наслаждается, как сменяются чувства, отражаясь на ее лице. И боль, и злость, и печаль, и внезапная решимость. Ребекка берет себя в руки, и Алистер видит, каких усилий ей это стоит.
– Если ты хотел сделать мне больно, ты выбрал неудачное место, – она говорит по-прежнему тихо, но на этот раз ее голос дрожит.
– Я тебя больше не трону, Бэкс, – медленно говорит он, наблюдая за ее лицом.
Алистер уже давно думал об этом, раз за разом прокручивая в голове тот февральский вечер. Он последовал за Ребеккой, хоть это и шло в разрез с его планами. Ее бледная кожа с лиловыми дорожками ран со следами настойки, ее взгляд в отражении, беззащитный, полный ужаса. Алистер наслаждался властью над ней, мнимым контролем, но она не желала сдаваться. Ее провокация сработала, он поддался ей лишь на миг, попался с такой легкостью. Образ Ребекки нитями опутывал разум с тех пор, как она появилась. Продуманный план, его цель померкли, стали казаться не такими важными. С каких пор холодный расчет перестал быть единственным маяком? С каких пор эмоции захлестнули его настолько, что он начал терять голову? На этом все, он закроет эту дверь, он вернет себе то, что по праву принадлежит ему.
– Что за игру ты ведешь, Селвин? Скажи прямо, чего ты хочешь?
– Никаких игр, Ребекка. Хочу посмотреть, как ты с этим справишься без меня.
Алистер встает, направляясь к выходу из зала.
– Справлюсь с чем?
Он усмехается, оставляя вопрос висеть в воздухе. Она сама должна прийти к этой простой истине – она нуждается в нем так же, как и он в ней. Печаль, чувство утраты и вины, съедающие Бэкс изнутри, исчезающая надежда, бессилие, неполноценность, призраки прошлого, что скуют, поработят ее волю, укроют тьмой ее разум. Ей придется осознать, что не он был самым страшным чудовищем в ее жизни. И этого монстра на этот раз она встретит в одиночку. Алистеру нужно немного подождать.

 

Страницы