Комнаты факультета Слизерин расположены в подземельях замка «Хогвартс», за стеной, в коридоре, который большинство учеников считают тупиковым, но на самом деле в конце коридора есть стена, открывающая потайной ход (безусловно, надо знать пароль), ведущий в гостиную факультета.
Пароль: Чистая вода.
// Начало игры // Поздний вечер.
Аврора возвращалась в гостиную факультета, когда вдруг услышала посторонний шорох где-то сзади. Поначалу она не придала ему никакого значения. В конце концов, комната находится в подземельях. Крысы или еще более мерзкие твари нередко здесь встречаются. Однако это были далеко не крысы. Нечто неведомое шуршало все отчетливее и громче. Казалось, что звук этот берется внутри головы. Рори не оборачивалась. Ей не особо хотелось встречаться лицом к лицу, с тем, чем бы там ни оказался источник шума.
До каминного зала было уже рукой подать, когда шорох резко стих. И тогда Аврора обернулась. Яркая вспышка света ударила по глазам и почти в то же мгновение тишину нарушил приглушенный взрыв. Из мрака коридора вырвался волшебный снаряд и, разрывая воздух, пролетел у виска волшебницы. Сгусток магической энергии врезался в стену, превратив верхний слой камня в пыль и крошку.
— Слипперс. — сухо произнесла Аврора, машинально ухватившись за палочку правой рукой. — Тебе стоило целиться лучше. — голос ее сделался неестественно низким и холодным. В нем читалось презрение и зарождающийся гнев. — Пришел отомстить мне за своего бойфренда? — ухмыльнулась Аврора.
— Мерзкая жирная тварь! — парировал Слипперс. Голос его срывался на фальцет и дрожал. Он неуверенно держал палочку, направив ее прямо на Аврору. — СтУпефай! — прокричал юноша. Рука его дернулась от небольшой отдачи, и с конца палочки сорвался новый сгусток магической энергии.
— ПротЕго, — почти молниеносно среагировала Аврора, с легкостью отразив атаку своего оппонента. — Заметь, это ты пришел ко мне практически домой, и угрожаешь своими жалкими парализующими чарами. — она говорила спокойно, голос ее более не выражал никаких эмоций. Однако палочка теперь тоже была направлена на противника. — Стоило думать прежде, чем делать. Теперь все узнают о произошедшем. Все, кому стоит знать…
— Заткнись! — вновь сорвавшись на фальцет, заорал Слипперс, — ЭкспУльсо! — неуверенно произнес волшебник. Заклинание он явно отработал не до конца и Аврора, очевидно, была первой, против кого оно применялось. Далекое от идеала, но оно все же сработало. Впрочем, Рори не составило труда отразить и эту атаку.
— ИнкАрцеро! — грозно произнесла девушка, крепко перевязав руки оппонента. Так крепко, что тот выронил палочку и взвыл от резкой боли в запястьях. — Или… — вдруг произнесла Аврора, продолжая свою мысль, словно бы трех последних заклинаний и не было произнесено. — Или вы будете помалкивать. И я тоже буду помалкивать. Пока вы способны хоть как-то оправдать мое молчание. — с этими словами она достала из недр своей мантии с зачарованными карманами кольцо. Это была толстая золотая печатка с большим плоским сапфиром, инкрустированным в нее. На камне была выгравирована буква S. — Это я пока возьму на хранение. В качестве гаранта нашей сделки, — поиграв кольцом в желтом свете свечей, она вновь спрятала его в карман. — А это тебе чтоб не скучно было. СлагУлус эрУкто. — взмахнув палочкой, Аврора наложила одно из своих любимейших пакостных заклятий. — Смотри не глотай.
Она неспешно продолжила путь к каминной под весьма неприятные звуки собственной победы.
Удивительно, как порой сущая мелочь заставляет людей становиться невольными свидетелями чужих событий. Каю не было смысла задерживаться в коридоре. Пароль от гостиной он знал и был уже близок к нему, как затормозил на полпути, вспомнив, что так и не отдал Дину его конспект. Эта пустячная мысль заставила его остановиться и нащупать в сумке чужую тетрадь.
"Вернуть бы" - подумалось Каю, - "А вдруг у них завтра История?"
Но тут же голос в голове протянул: "Нет у них завтра Истории. Завтра и отдашь... Или не отдашь, может он и сам уже забыл, что кому дал".
Слизеринец уже готов был поспорить с самим собой, когда в дальнем конце коридора послышались шаги.
Не его это дело, кто там ходит. Так он рассудил и уже почти вплотную подошел к тупику, когда сзади раздалось заклинание и магический снаряд врезался в стену неподалеку от Хоука.
"Что за.."
- Слипперс - представила нападавшего Блишвик. Ее силуэт Кай узнал даже в потемках. - Пришел отомстить мне за своего бойфренда?
Хоук оценил пассаж и бесслышно хохотнул. Он не хотел смущать Слипперса своим присутствием, а потому стоял молча, сливаясь с темной стеной тупика.
- Мерзкая жирная тварь! - огрызнулся парень с такой яростью, будто укол Блишвик пришелся в самую точку.
"Слипперс и Кенроу вместе?" - задумался Хоук на мгновение и почти что порадовался за ребят, но Слипперс снова кинул заклинание и Кай резко раздумал сопереживать этому педерасту.
Совершенно инстинктивно Кай отпрыгнул вправо и прильнул к какой-то липкой колонне, но Ступефай так и не долетел до него, отбитый быстро сколдованным щитом.
- Заметь, это ты пришел ко мне практически домой, и угрожаешь своими жалкими парализующими чарами. Стоило думать прежде, чем делать. Теперь все узнают о произошедшем. Все, кому стоит знать…
Голос Блишвик был спокойным. Она неплохо контролировала ситуацию.
Кай был почти что удивлен.
Аврору он знал плохо, несмотря на то, что на факультете их разделял всего один год обучения. Но отношение к ней у остальных было более чем пренебрежительное, также как и к ее, так называемому, "кружку неудачников". Саму же Блишвик "в действии" ему редко доводилось видеть. Ходили слухи, что однажды факультетская Булочница подралась с кем-то и даже победила, но Кай при этом не присутствовал лично, а со временем даже эту информацию растащили на подколки и анекдоты, мол "Следи за своим языком, а то Толстозадая надерет твой щуплый зад". В сущности, Хоуку до этого дела не было. Ни до Авроры, ни до ее зада, ни до зада того, кому она его надрала.
Но не сейчас...
- Или вы будете помалкивать. И я тоже буду помалкивать. Пока вы способны хоть как-то оправдать мое молчание. Это я пока возьму на хранение. В качестве гаранта нашей сделки. А это тебе чтоб не скучно было. СлагУлус эрУкто. Смотри не глотай.
Кай неожиданно обнаружил себя в восторге. Улыбка не сходила с его лица.
Накинув упавшую сумку обратно не плечо, он хотел было выразить свой восторг, но почему-то выразил его не вполне так, как планировал изначально, выдав весьма странное:
- Так Аврора идет в авроры?
I'll expecto my patronum on your face, you little snitch!
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
— Так Аврора идет в Авроры? — голос, весьма приятный, надо заметить, раздался откуда-то то ли сзади, то ли сбоку. Он словно бы исходил от стены. Резко брошенная фраза застала Рори врасплох, отчего та слегка вздрогнула, не понимая, куда ей смотреть, чтобы найти говорящего.
— Какого… лешего?.. — недоуменно поинтересовалась мисс Блишвик, щурясь и вглядываясь во мрак коридора. После пары секунд неразберихи, ее зрение, наконец, адаптировалось. Взгляду предстал высокий юноша, чей худощавый силуэт вырисовывался нечеткими линиями на фоне стены, погруженной практически в полную темноту. Эта часть коридора была плохо освещена. Скорее всего нарочно, для пущей секретности подземельной каминной Слизерина. — Кто здесь? — настороженно спросила Блишвик, тут же направив палочку к силуэту. Пришлось высоко задрать руку, так как глотка у этого любопытного студента находилась куда выше, чем это обычно бывает. — ЛЮмос. — тихо произнесла волшебница. Тьма покорно расступилась. — Хоук. — презрительно бросила Аврора. Она знала эту ухмылку. Его колдография висела в зале славы Слизерина. Аврора не любила свидетелей, особенно, таких, как этот. Говорливых. И еще более хитрых, чем она сама. — Ты, кажется, куда-то шел? — ее речь сопровождалась чавкающим звуком и кашлем, в такт которому на каменный пол плюхались слизни.
Растерянность сменилась злостью. На саму себя. Рори всегда старалась держать свои эмоции под контролем, но не часто ей это удавалось. Дура. — мысленно корила себя Блишвик. — Зачем ты достала кольцо?.. Идиотина. — мысли фоном проносились в голове.
С Хоуком Авроре не доводилось пересекаться. Очевидно из-за того, что он младше ее на целый курс. И хотя ее саму знает, наверное, весь Слизерин, от мала до велика, сама она мало кем интересуется. Ей вполне достаточно того небольшого круга общения, который она имеет. Впрочем, Кай был студентом, о котором говорили. И хотя он не был известен в качестве неудачника или урода, как Аврора, за спиной его часто называли Шакалом. Прозвище не из лучших.
- Ну почему так сухо, - покачал головой Кай, - Я ведь искренне! Хорошенько ты ему
наваляла,- хихикнул он, но часть фразы перекрыл звук извергающегося на пол коридора Слипперса.- Я сказал - ты молодец, - повторил Хоук, выждав паузу между рвотными позывами парня. - Дуэли с кубах - это показуха. В чем сложность победить соперника, когда ты и так знаешь, что он сейчас атакует? Совсем другое - перехватить его залп со спины, в темноте, когда возвращаешься домой и не ожидаешь атаки.
Кай мелодичной тянул слова, словно поливая их медом. Но в голосе его было отчетливо слышна смесь любопытства и восхищения.
Здесь не было подвоха. Он и вправду считал, что только случайные дуэли могут стать показателем умений. Отчасти он смотрел на клубные дуэли столь высокомерно, потому как выиграл там далеко не один десяток боев, но так ни разу и не ощутил, что стал умелей.
Все эти приветствия, поклоны, демонстративный отход к назначенному месту, отсчеты до первого залпа, судьи... Все это оставляло свербящее ощущение нереалистичности и какой-то мнимой важности происходящего. Встреться он в поле со своим врагом, разве стал бы он ему кланяться? Разве отсчитывал бы ровно десять шагов, чтобы занять свое место среди зарослей ромашки? Разве Тони Шарп отсчитывал бы время и останавливал бой? Тощего Тони в такой ситуации вынесли бы первым, чтобы он не отсвечивал своей прыщавой мордой. Да и без него победителя бы определили легко, ведь тут все просто: победитель тот, кто не труп.
Аврора же его приятно впечатлила и теперь он просто не мог отпустить ее так просто.
Хоук повернулся к тупику и прошептав пароль отступил на шаг.
- После вас, - улыбнулся он, пропуская Аврору вперед.
>> Каминный зал
I'll expecto my patronum on your face, you little snitch!
And when I'll finish Imma fly like it's quidditch.
/Начало игры/
Дженах спускалась в глубокие подземелья с такой уверенностью, будто это - самая естественная вещь на Земле. Но, во имя Мерлина, для неё так оно и было на самом деле! В конце то концов, юная мисс Эверард была слизеринкой. И если бы ей встретились по пути в гостиную ученики других факультетов, они бы точно уверились в том, что гостиная "змеиного" факультета располагается именно там: в глубине - "страшных," как насмешливо добавила бы девушка - подземелий, о чём давно ходили слухи по всему Хогвартсу. Добравшись до входа в гостиную, Дженах остановилась в коридоре, который ученики остальных трёх факультетов сочли бы, без сомнения, тупиковым, остановилась около стены, оглянулась в поиске "незваных гостей", как она называла наблюдателей, действующих без согласия объекта наблюдения, и шпионов, а затем, без малейших раздумий или колебаний, тихо, практически шёпотом, произнесла надёжно сидяший у неё в голове и не собирающийся покидать нагретое местечко - иными словами, память у неё была отличная - пароль:
Чистая вода!
>>Каминный зал
https://expelliarmus.ru/forum/1593?page=1
Роули, что было удивительно всю дорогу молчал. В общем Лиа тоже не собиралась развивать тему того что кого-то там решил убивать этот несносный придурок. Плюс ко всему оттащить его подальше была хорошая идея. Краснеть за него не хотелось, впрочем как и признаваться в том что сегодня Дункан вёл себя просто образцово-показательно.
Это было очень странно, она разумеется не обсуждала с парнем то что ей нравится, просто...
Запах грозы например ассоциировался у неё с теми днями когда с моря прилетал солёный бриз, воздух на полненный озоном был особенно свеж. В нём словно ощущалась сама свобода, как будто ничего не стоит раскрыть объятия на встречу воздуху и взлететь к небу как Громовест.
Лимон, напоминал ей о том замечательном черном чае, что всегда готовила ей бабушка. Уюте семейного вечера и тишине.
Как-то в этой картине появился запах его кожи...словно морок. Она чувствовала его всего мгновение.
- Дункан, ты вообще ничерта не понимаешь, просто закрой свой рот хоть иногда. Я говорила про этого аврора чтобы подстегнуть Лин чтобы она нашла пару на бал или позвала его. А что, он не плох, да, красив...но..., - Лиа замолчала, и привалившись к стене, у прохода выдохнула весь воздух, который словно саднил лёгкие, - Какое это имеет значение, если...
В её глазах отразилось сомнение. Она втянула носом запах, сейчас вдали от этого дурмана, она ощущала что-ли какую-то раздражительность.
- Нет, я...обязана проверить.
Слизеринка встала на цыпочки и поймала Роули за ворот рубашки, её немного замерзший нос уткнулся в его кожу на шее, и втянул его запах.
Лиадэйн в замешательстве отпрянула: - Я не понимаю...какой был третий запах, я не могу понять что я чувствовала.
Неверя своим органам чувств она успела обонять щёки парня, и его ключицы что выглядывали в вороте рубашки.
- Я точно что-то ощущала, в тот момент...мне показалось...твои волосы...шампунь?
Лиа была разочарованна своими изысканиями, на не понимала что чувствовала и каким был этот...тот самый третий запах.
-Ладно...уже не важно. Если будем торчать тут, рано или поздно наткнемся на кого-то. Доброй ночи Дункан.
Лиа хотела назвать пароль. Она знала что как только переступит порог, этот странный вечер с ароматами несносного придурка и грозы исчезнет в прошлом, как и их шаткий мир.
Ad cogitandum et agendum homo natus est.
→ Кабинет Колдомедицины
«Куда уж мне понять», — с обидой проносилось в голове, но голос все же не подал, давая девушке полную возможность высказаться. Может, включился наконец-то один из мужских рефлексов, когда понимаешь что лучше с женщиной не спорить, ибо она для себя будет априори права, а ты лишь сделаешь все хуже? Все может быть. Да и потом, стоило оно того, потому что потом слизеринка начала делать совсем уж странные вещи. «Она... меня нюхает?» — ошарашенно взирая на барышню, вжавшись в стену, но не противясь. Ему было очень приятно, но одновременно же и неловко. «Ты это же ощущала когда я лез к тебе?» — последовало уже с любопытством, окончательно отправив мысли об авроре в дальний угол самых темных закоулков его сознания. «Да и если уж искала парня для подруги, то...»
— Что? Ты уже спать? — вернулся к реальности лишь на пожелании доброй ночи, — Жаль, мне хотелось еще побыть с тобой...
В голосе чувствовалось настоящее сожаление, но к удивлению темновласой красотки, парень не стал хватать ее или еще как-то пытаться удержать. То что началось в кабинете не просто не кончилось, но похоже что еще и развивалось.
—А хочешь... я буду только твоим? Никаких любовных отношений с другими? Или думаешь что я не смогу быть верным?
Нет, некоторые вещи все же остаются на своих местах. Нормальный парень бы просто предложил встречаться, а не как он, кинул вызов и пытался взять на слабо, завязывая некое пари.
— Дура, я люблю тебя, — как вишенка на торте, — Ты сводишь меня с ума с того момента как я увидел на распределении. Помнишь же как все было в тот день? С чего у нас началась вражда? О, Моргана, почему, за что ты послала на мой жизненный путь такую... такую...
Тяжелый вздох и глухой удар затылком о стену, но легче вот ни разу не стало. Только шишку набил и не более того.
— Но ты же мне не поверишь! Это же все актерская игра, да? И то как я охренел когда ты назвала МОИ запахи, это тоже все игра, да? — Все больше обиды и злости в голосе. Все влажнее глаза. — А то что я чувствовал твой запах? Не мисс-сиськи-девяносто-четвертого-Стормохолд! Не мисс-я-х...й-знает-что-она-забыла-на-слизерине-Бэльтайн! Не мисс-моя-подруга-магглолюбка-Голдблюм! А твой...
Он почти что перешел на крик и лишь под конец выдохся, пустив скупую слезу. Похоже что сейчас наружу вырвался тот самый маленький обиженный ребенок, которого она видела в тот самый день распределения.
— Что? Да, я подружился с дочкой Моро! А наши слизеринские молодцы и без меня неплохо живут... Я, БЛ...ТЬ, СТАРАЮСЬ РАДИ ТЕБЯ! А ты... Хуенор такой красивый... — Всхлипывая, Роули с силой ударил в стену, произнеся пароль, — Любовь до гроба!
Проход неторопливо начал появляться, но юноша в него идти не торопился, взволнованно смотря на слизеринку, сам не зная чего ожидать дальше.
Лиадэйн застыла у прохода, эта истерика не вязалась с образом парня которому на всё наплевать, не вязалась с образом парня драчуна.
Она была похожа на отчаянный крик. И это заставило девушку остолбенеть взаться в стену, и молиться о том чтоб их не слышали, чтобы этот разговор остался меж ними.
—А хочешь... я буду только твоим? Никаких любовных отношений с другими? Или думаешь что я не смогу быть верным?
- Ты ещё пожениться предложи.
Саркастично вставила слизеринка, в тот момент кода он, пытаясь совладать с эмоциями, делал глубокий выдох.
Его выкрик о любви, хоть и достиг её сердца, заставив его болезненно сжаться, всё же казался детской истерикой. Похожий на то, что в магазине не покупают любимую конфету. Он злился он обижался, и сейчас Лиа понимала почему. Он хотел чтоб его приняли, заметили, полюбили, и не знал как добиться любви кроме как истерикой. Видимо он привык получать всё что хочет.
Дослушав его до конца, Лиадэйн устало подпёрла стену, потирая вески. Смотреть на Дункана в таком состоянии было выше её сил.
- Ты закончил?
Тихо уточнила она. Кажется, Роули не планировал продолжать кричать, поэтому Дэйн сказала: - Сегодня ты вел себя прекрасно, подал мне руку, поделился пиджаком, не выливал на меня ведро со своими обидками и претензиями, я...я даже поверила что ты можешь быть не козлом. Что произошло потом? Что, случилось? Я уже сказала тебе, я имела ввиду то что имела, да, Далинор - мать его красавчик, это очевидно, только слепая не заметит его стати. Но...ты...в тот момент был...не хуже...и что же случилось потом?
Лиадэйн скрестила руки на груди, она не любила этот свой менторский тон, которым поучала кого-то при необходимости. Но, очевидно, без этого разговора, этот недалёкий её просто бы не понял.
- Это мои любимые запахи, я не понимаю какое отношение они имеют к тебе. Я могла поклясться что амортенция, в тот момент, когда ты вёл себя не как урод, пахла тобой. И мне совершенно всё равно с кем ты там подружился, хоть со всеми магглами Лондона. Если ты хотел таким образом показать мне какой ты молодец, или ещё что-то, то ты просчитался.
Я не поведусь на твою манипуляцию, если любишь, не ори, а докажи. Для начала не будь козлом, вытри сопли и.... обними меня.
Окончание речи она пробубнила под нос, буквально. Ведь она понимала оставлять его в таком состоянии идея плохая, не ровен час пойдёт на астрономическую башню, считать метры вниз.
В целом Дункан был не плохой, если не вел себя как задница. Но если бы он так себя не вёл, то он был бы не он. Поэтому это была скорее его изюминка, большая такая сморщенная и странная. Но даже сейчас, обнимая его, Лиа думала о том что ненавидит его за то что он умудряется быть таким козлищем с ней и таким паинькой на людях.
Ad cogitandum et agendum homo natus est.
Он и предложит поженится, но не сейчас и даже не на следующей неделе, но наверняка, коли дело и дальше пойдет в столь безумном ключе, когда душу выворачивает чуть ли не наизнанку. Когда слушаешь каждое слово ее ответа, пишущее ножом по плоти, да так, что никакой магии не найдется, что способна была бы убрать шрамы от них. А он бы и не захотел, ведь в них таилось то чего так хотелось услышать - готовность принять его. Да, для этого нужно будет еще постараться, вступив в очередной конфликт с самим собой, а может и еще кем-то или чем-то, но когда тебе есть к чему стремиться, да ежели ты при этом еще и слизеринец...
Одно лишь ее слово и руки Дункана крепким капканом сплелись вокруг Лиадэйн. Тело признавшегося в любви парня била дрожь, далеко не фигурально, ибо тело прямо таки потряхивало, но всхлипы становились все тише. Руки юноши бережно и одновременно сильно гладили по спине, но без пошлости, без прежней озабоченности, а лишь с нежеланием отпускать. Потому что казалось... убери руки и она просто исчезнет. Это было бы просто невыносимо. Да, она с самого начала видела, что это за тип, и даже может знала, чем закончится для нее этот вечер, после встречи с ним, но вот осознавала ли? А понимал ли сам Дункан во что сейчас ухнул с головой? А ведь еще и кто-то из его бывших дружков засматривался на нее. Или же мог попытаться соблазнить, чтобы просто насолить Роули.
— Ревность, — тихое и лаконичное признание, одним лишь словом, но что еще можно было сказать, коли вернулся к истокам именно из-за нее.
Дико хотелось поцеловать ее, но вся решительность куда-то делась. Все как всегда, стоит лишь оглянуться на последние дни и чем оборачивались их встречи. Кто-то поджигает фитиль, бочка взрывается, а потом он раздавлен и разбит.
— Ты настолько сводишь меня с ума, что... мне кажется что я и правда мог бы его убить, коль не остановился бы, — грустная улыбка подернула уголки губ, — Ударил бы камнем по голове, а потом долго и методично месил. Ты же знаешь как это происходит? И... помнишь же Сэма? Его недавно отнесли с множественными переломами в больничное крыло.
Слова звучали теперь слишком спокойно, слишком буднично, но драки для него ведь и правда были буднями.
— Он просто хотел позвать тебя на бал, а я об этом узнал...
Похоже что в чем-то профессор был действительно прав, когда строил свои предположения об этом слизеринце, но вот прав ли Кадаверциан на счет того, что Дункан окончательно потерян? Слизеринец сотворил действительно жуткую вещь, но далеко не потому что был тенью родителей. Его и правда не научили любить как надо, но учили всегда брать свое и не отдавать, любыми методами.
Что же, мисс О`Двайер, воспитаете из животного не просто человека, но мужчину? Не то чтоб большое отличие, немного симпатичнее макаки, но может хоть какашки кидать не будет больше... Образно выражаясь, конечно. Навозные бомбы все же не по его части...
Лиа тихонько шикнула, пряча лицо в пиджаке на плече парня: - Ты вообще головой думаешь хоть иногда, ради разнообразия? Я уже дала своё согласие пойти с тобой, какой боггарты его дери Сэм? Прежде чем кулаками махать - подумай.
Девушка резко отстранилась: - Или ты не веришь что я сдержу своё слово, хочешь сказать я не выполняю обещаний?
Слизеринка всплеснула руками, сверля взглядом этого оболтуса.
Нет, ну ты только посмотри, сам же, сам вынудил меня идти с ним, дать обещание, о боги, даже помогать ему по учёбе. Я ведь согласилась со всеми условиями - значит приняла предложение, как это можно вообще назвать? Я по его мнению что, не имею понятия об обещании?
- Нет уж, я хочу раз и навсегда поставить точку в этом вопросе Роули. Если я дала своё слово я его не нарушу, что более сомнительно, так это то что ты придешь на бал. Ну а там уже может быть много подводных камней, ты можешь прийти в каком-нибудь тряпье и голой грудью, пьяный, или игнорировать меня весь праздник...Вот кто-кто а это я должна не верить твоим обещаниям. А ты не имеешь даже морального права мне не верить. Ненавижу!
Казалось бы, тут надо замолчать, но Лиадэйн это злило. Она понимала что её язык сейчас её враг, но повелась как малышка на слабо.
- И я прямо сейчас докажу тебе что я не лгу, а если ты ещё хоть кого-то покалечишь из за этой твоей глупой ревности, я клянусь я затолкаю её тебе в задницу.
Лиадейн тяжело дышала, и если б не каменная кладка замка об их очередной ссоре знал бы уже весь факультет. Но, действовать она хотела прямо сейчас, потому что понимала, либо он поймёт её сейчас, либо им придётся отказаться от этой идеи идти вместе, и будь что будет. Девушка подошла ближе к опешившему от её наглости парню, поймала руками его воротник и неуклюже впилась губами в его губы. Да, она не умела целоваться, но если до него не доходили слова, то оставался лишь последний вариант.
Она поочередно ласкала каждую его губу, получилось неуклюже, но нежно.
Может ей не хватало техники, но её отсутствие компенсировала страсть, с которой она доказывала этому твердолобому драчуну, серьёзность своих слов.
В какой-то момент она почувствовала как горят её щёки, что ей нравится это. Он отвечал, и поцелуй становился глубже. Сердце стучало в висках, и она не понимала что творится с её чувствами и телом.
Человек по-старше сказал бы что это гормоны, молодость, первая симпатия, а Лиадэйн казалось что она больна. Больна этим гнойным нарывом на сердце по имени Дункан. О чем, кстати говоря, ему знать было совершенно не обязательно. Точнее, ему она, так просто не признается. Да и в этих выкриках она видела мало искренности. Лишь когда она услышала звуки за скрытым проходом, она тут же отпустила Дункана, и юркнула в открывшийся проход, словно она только что пришла.
Выходившие из каминной парни, только переглянулись и двинулись к выходу из подземелий, присвистнув девушке в след. Ведь выглядела она сегодня и правда...прекрасно.
Ad cogitandum et agendum homo natus est.
Очень хотелось ответить, но даже кната вставить было нельзя, столь проникновенной и плотной была речь слизеринки, решившей, похоже, то ли тоже выплеснуть накопившееся на душе, может даже не только за этот вечер, то ли... Что еще парень не знал, но все же, пусть сказать ничего и не мог, но мыслить продолжал: «Не в тебе же дело, а во мне... Во всей этой неуверенности, страхах, комплексах... Да еб твоего Мордреда! Как я могу верить в себя, когда ты ожидаешь худшего?» — клокотало внутри, тисками сжимая нутро. «Как я могу поверить в то что окажусь достаточно хорош? Что не найдешь лучше?..»
Ответ пришел откуда его не ждали, да не словом, а действом. В какой-то мере безрассудным, но все, как там не крути, решительным. Настолько. что Роули аж опешил, когда она прильнула к его губам, не сразу сообразив что происходит. Но вот, уже и его щеки пылают алым закатом, а глаза закрылись в блаженстве. Вот уже руки сплелись на талии Лиа, бережно прижимая к нему. Губы ловят ее ритм, а потом, стоит им приоткрыться, язык нырнул юркой змейкой вперед, то вальсируя с ее нежностью, то проводя по небу, а порой и чуть ли не к щечке изнутри подбираясь. Почти не дыша, уж точно не вздыхая, но каждый выдох был жарким летним ветром, обжигающим лицо. И еще одна деталь... Дункан вновь ощущал аромат гитарного грифа, грозы, лимона и...
— Любимая... — прошептал вслед, прижавшись к стене, когда она столь же внезапно убежала. Брюнет старался не попасть на глаза присвистнувшим ей в след, искренне желая чтоб случившееся осталось между ними.
Может он и был тем еще говнюком, но правда в том, что хвастаться о случившемся не станет. Слишком личное. Дорогое сердцу. Может даже способное затмить собою воспоминание о встрече с кумирами...