Класс Истории Магии (аудитория 4F)

35 сообщений / 0 новое
Последняя публикация
Последнее посещение: 6 месяцев 2 недели назад
Класс Истории Магии (аудитория 4F)

За ничем не примечательной дверью в коридоре первого этажа скрывается класс, в котором проходят уроки истории магии. Обстановка в нем проста и не меняется вот уже пару веков: три ряда старых парт, на одной из которых внимательный первокурсник может найти инициалы своего дедушки, заботливо вырезанные им незадолго до окончания школы. Разномастные шкафы у дальней стены, содержащие гораздо больше толстых потрепанных книг, пожелтевших свитков и слегка поржавевших штуковин, чем им положено. Каждый вечер домовики старательно убирают кабинет, однако на следующее утро шкафы снова покрыты тонким слоем непонятно откуда взявшейся пыли. 

Класс выглядит заброшенным, но это придает ему особое очарование и загадочность. Если сидеть тихо, то можно услышать со стороны шкафов шорох книжных страниц и еле различимый шопот, а по вечерам иногда может показаться, что по стенам кабинета проносятся бесформенные тени. Класс истории магии хранит в себе немало паутины и тайн, которые ученикам предстоит раскрыть.

Последнее посещение: 3 года 1 месяц назад

Лили заглянула в кабинет. Затем вдохнула запах книг и пыли и наконец вошла. 
-Это кабинет Истории магии, - сказала Лили шепотом, - Прости. За то что я смеялась. Итак ведет Историю магии профессор Сандра Форд. Как тебе кабинет? Правда загадочно? 
Лили еще раз осмотрелась, но на этот раз не с осторожностью, а с восхищением. 
- Вот за этой партой сижу я, - сказала девочка аккуратно проведя кончиками пальцев по парте.
Потом Лили села за парту, и задумалась. 
Здесь училось много разных волшебников, знаменитых и забытых... И мой отец тоже...
- Ну, я же предупреждала, что я не профессиональный гид! - Лили вспомнила про своего спутника, - Извини, но здесь я всегда теряю внимание к настоящему. Давай, что ли пойдем дальше? 
 

Старайся, не старайся, но ты не сможешь заставить стоять время на одном месте. Ничем. Все меняется, нам остается только приспосабливаться.
Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

--- https://expelliarmus.ru/comment/6292#comment-6292

Класс выглядел заброшенным, но судя по словам Лили тут проходили уроки и дело обстояло совершенно иначе. А коль так, то видимо это было специально. Дабы погрузить учеников в атмосферу урока самой обстановкой и никак иначе. Или просто было лень что-то менять на протяжении нескольких веков, тут уж наверняка и не узнаешь, да и надобности в этом с другой стороны не было. Главное то, что это работало. Ощущение таинственно появлялось точно.
Все хорошо, я понимаю, ты скорее всего хорошая...
Фраза прозвучала странновато, но что на уме, то слетело и с языка.
Да, тут интересно, весьма.
Когда гриффиндорка присела на свое место и погрузилась в собственные размышления, Миклош аккуратно сел рядом и подперев голову рукой смотрел на нее, девушку. У него одновременно роилось множество мыслей и ни одной конкретной, дабы выловить и запомнить. Едва ли не бесконечный поток сознания, что прервался лишь извинениями вернувшейся к реальности Лили и предложением пойти дальше.
Но она явно не могла ожидать такой ответ немца.
А йа бы пос... посидел бы с тобой на ур... уроке. Мог если бы.
Была ли ему интересна реакция на эти слова или нет на самом деле он не знал, но осознав сказанное сам слегка смутился и встав уже посмотрел на выход.
Куда идти теперь?
Вот же, похоже мысль озвучил и сам не заметил. Ладно, посмотрим что будет дальше.
 


Если вдруг в лс не прочитала сообщение. Сегодня точно последний постик. Я уже никакой... 

     
Последнее посещение: 3 года 1 месяц назад

- А йа бы пос... посидел бы с тобой на ур... уроке. Мог если бы.
Этот ответ уже окончательно привел в себя Лили. Но она не знала что ответить на такую неожиданную реплику, поэтому последовала своему правилу : если что-то не поняла, сделай вид что не слышала. Так девочка и поступила.
- Куда идти теперь?
-Теперь? А куда ты хочешь, на вверх или вниз? Начали бы мы с начала или с конца проблем бы не было... 
 

Старайся, не старайся, но ты не сможешь заставить стоять время на одном месте. Ничем. Все меняется, нам остается только приспосабливаться.
Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

Так, она или не услышала мою реплику, но я сильно сомневаюсь в этом, либо сделала вид этого. Ммм, ежели так, то... В любом случае спасибо. Пока что ты меня весьма приятно радуешь, Лили.
В глазах полукровки читалась благодарность, что вторила его мыслям, а значит он действительно испытывал ее. А еще он вел пальцем по парте, чуть склонив голову и стараясь выбрать куда же им пойти дальше. При этом гриффиндорке вполне могла заметить блондинистые корни его волос и если знала что-то про их покраску, то точно поняла бы - брюнет-то крашенный, а на деле столь же светловолос. Ну, самом деле больше, ведь родной цвет шевелюры юноши платиновый блондин.
- Прежде чем я дам ответ... Где тебе чувствовать себя хорошо? Йа ведь не знать, вдруг ты бойаться высота или низота и тогда йа сделать тебе некомфортно. Хоть и не хотеть делать так.
 Было ли на деле ему интересно это или нет - это весьма занятная и отдельная история. Не факт что он сам бы честно ответил на собственный вопрос, ибо это для него уже допуск в достаточно личное пространство. А значит, если следовать его же логике, он делал шаг в сторону уже чего-то личного самой Лили.


     
Последнее посещение: 3 года 1 месяц назад

- Прежде чем я дам ответ... Где тебе чувствовать себя хорошо? Йа ведь не знать, вдруг ты бойаться высота или низота и тогда йа сделать тебе некомфортно. Хоть и не хотеть делать так.
Удивительно. Я совершенно свободно с ним разговариваю. Мне с ним так комфортно. Правда он немного странный. 
- Да, правда, я слегка боюсь высоты. Но мне нужно этот страх перебороть. А то еще свалюсь с метлы, - при этих словах девочка улыбнулась, - Больше мне всего хорошо дома, конечно, но второе место занимает гостиная Гриффиндора. Вроде бы это не запрещено? Так, что пойдем туда. По дороге я тебя другие классы показывать буду. Ну, и другие достопримечательности. 
Надеюсь мы не встретим Филча, - от этих мыслей по спине Лили прошла легкая дрожь.  

Старайся, не старайся, но ты не сможешь заставить стоять время на одном месте. Ничем. Все меняется, нам остается только приспосабливаться.
Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

Слушая Лили он слегка улыбался. Глаза то и дело смотрели в ее очи, иногда смещаясь на парту и обратно на нее. Веки немного сблизились, но не закрывались полностью. Дыхание спокойное и ровное, как и самочувствие как таковое.
- В Ваш гостинную мне нельзя. Если только ты не хочешь нарушить правила. Мне говорили когда мы сюда ехать то, что у каждый факультет есть пароль у входа. А йа не хотеть тебе неприятности.
Он ненадолго прервался и почесал переносицу.
- А в остальное или правильнее остальном? Прости, йа все еще учить английский. В остальном я не против.
Наступила небольшая пауза, но благо совершенно небольшая.
Любишь уроки полетов потому что они помогают тебе  в борьбе с своим страхом?
Хм, если говорить медленнее, то от акцента по звучанию это не помогает, но фраза вроде как даже правильно звучит. Надеюсь...


     
Последнее посещение: 3 года 1 месяц назад

- Любишь уроки полетов потому что они помогают тебе  в борьбе с своим страхом?
-И это тоже. Но вообще-то я с детства хотела уметь летать, и метла - своеобразное выполнение моей мечты. Знаешь, тогда давай пойдем в - голос Лили спустился до шепота, - в одно ооочень интересное место. И секретное.
Интерено, кто еще знает о ней? Чтож, доверю Мику свою тайну.
Девочка внимательно смотрела на своего нового знакомого, словно стараясь прочитать его мысли. Она только сейчас заметила его оливково-бронзовую кожу. Она слегка подняла брови, так она чувствовала себя более взрослой. 

 

Старайся, не старайся, но ты не сможешь заставить стоять время на одном месте. Ничем. Все меняется, нам остается только приспосабливаться.
Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

О, тогда могу тебя обрадовать, наверное. Вроде как те кто хорошо осваивают пространственную магию... - слово шли довольно долго и явно тяжело, но главное то, что действительно правильно, - Они действительно умеют летать. Без метлы. И ты может быть тоже сможешь.
А потом еще медь в коже стала более красноватой, а дыхание слегка сбилось. Все дело в том как на него сейчас смотрела Лили, да еще и то с каким тоном она все это говорила. Египетский немец откровенно не знал как реагировать на такое, ибо подобное с ним было впервые. И он даже не знал как это правильно все назвать.
Ммм, - слетело с легким придыханием, может даже капельку томно, когда он все же постарался хоть капельку взять себя в руки, - а не боишься ли делиться со мной секретами, ведь ты знаешь меня мало очень...
Конец фразы вышел все же смазанным и кривоватым. Эмоции таки брали верх, но, надо отдать должное, светлячок интересовала его все больше.


     
Последнее посещение: 3 года 1 месяц назад

О, тогда могу тебя обрадовать, наверное. Вроде как те кто хорошо осваивают пространственную магию... - слово шли довольно долго и явно тяжело, но главное то, что действительно правильно, - Они действительно умеют летать. Без метлы. И ты может быть тоже сможешь.
-Пространственная магия? Никогда о ней не слышала. Но по твоим словам она классная. Надо подумать над этим.
- Ммм, - слетело с легким придыханием, может даже капельку томно, когда он все же постарался хоть капельку взять себя в руки, - а не боишься ли делиться со мной секретами, ведь ты знаешь меня мало очень...
Лили удивила реакция мальчика.
Почему, он считает, что нельзя доверять другим? Может у него было трудное детство... 
- Может ты мне дашь непреложный обет? Да, нет, шучу, конечно. Не люблю я непреложные обеты, -девочка улыбнулась, - Но, ты мне кажешься, надежным другом. Или я ошибаюсь? 
Лили вновь устремила свой взгляд на Мика. 
- Вообще-то это не такой уж и секрет. Просто о ней знают немногие. Кто она, поймешь потом. Так мы идем или нет? 
 

Старайся, не старайся, но ты не сможешь заставить стоять время на одном месте. Ничем. Все меняется, нам остается только приспосабливаться.
Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

Мне сложно сказать какой я друг, ведь у меня еще не было друзей. Людям я обычно предпочитать животный и существа.
Коротко, довольно доходчиво и на самом деле честно.
В Дурмстранге совервнование идет между всеми учениками. Можно попасть с один факультет на другой. Смотря как успешно ты учиться. Все вокруг в наш институт твой противник, даже если друг.
Встав с места он учтиво протянул руку девушке, помогая той встать с места.
Я с удовольствием схожу с тобой. Даже если там опасно. Думаю, мне хватит сил от чего-то защитить.
Мик чувствовал то, что в его размеренной речи проявляется непривычные ему в отношении людей нежность и забота, но не придал этому большого значения.


     
Последнее посещение: 3 года 1 месяц назад

Да, атмосфера в Дурмстранге напреженная. Жалко Мика. У него не было друзей, -подумала Лили.
-Да что ты! Там вовсе не опасно! - сказала девочка, немного покраснев, - По крайней мере, все те разы, когда я туда ходила, со мной все было нормально. 
Ей нравилась забота Мика. 
Надеюсь Мик останется у нас. Мне будет грустно, если он уедет.
- Ты главное думай о чем-нибудь хорошем, и все будет нормально. Вот скажи, где бы ты хотел сейчас оказаться? - и с этими словами Лили открыла дверь, и поманила за собой Мика.
------------------------------------------------------------->   https://expelliarmus.ru/forum/832

Можешь написать еще один пост тут, или сразу выйти из класса.

Старайся, не старайся, но ты не сможешь заставить стоять время на одном месте. Ничем. Все меняется, нам остается только приспосабливаться.
Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

- Что же, надеюсь на сей раз все тоже будет хорошо. Особенно, учитывая твою уверенность в безопасности.
И вновь улыбка, но еще более теплая чем до того. В голове, где-то в самом дальнем углу сознания, уже нечто шептало о том что эта девочка ему нравится уже капельку больше чем объект интереса. И на сей раз парень не отмел мысли в сторону, так что лицо загадочно залилось алой краской.
Я бы хотел оказаться с тобой в живописном лесу или у большого и спокойного озера, да...
Да что такое? Мне точно надо успокоиться и эти места действительно должны подойти. А еще надо нейтральную тему беседы найти.
А какая у тебя волшебная палочка?
Прозвучало уже в момент выхода с кабинета.

----------------- https://expelliarmus.ru/forum/832


     
Последнее посещение: 3 месяца 4 дня назад

- Серьезно? Ну и что ты ему сказала? Я бы на твоем месте вообще ничего не сказала. Просто забрала все вещи, и ушла бы, - собирая учебники в сумку сказала Ди. Ее подруга-пятикурсница Оливия, пришла навестить Дитричи после занятий по Истории Магии. Ди Оливию не очень любила, слишком уж много она болтала. вот и сейчас она рассказывала про то, как она утром проснулась, и обнаружила, как гриффиндорец роется в ее пергаментах, пытаясь что-то найти. Вообще, половине этих слов Дичи не верила.
- Ну, я сказала ему, что если еще раз увижу, как он роется у меня, то тумака и кабинета Макгонагалл ему не избежать., пожимая плечами ответила Оливия, - о, кстати. Я тут еще кое что вспомнила... Но это я тебе расскажу чуть позже, когда по коридору пойдем. Давай, давай, собирай свои вещи быстрее, - поторопила пятикурсница, помогая Ди собрать тетради и учебники.
"Интересно, что она такое хочет мне сказать? Да еще и чтобы никто не слушал... Ну ничего, узнаю."
Девушки вышли из класса.Впереди было еще три этажа, так что наговориться они еще успеют.
- Ну давай, говори, - прошептала Ди подруге, - никого вроде нету.
- Короче. Я когда поймала этого самого Эндрю,  он испугался, и говорит: "Если ты никому не расскажешь, что я здесь рылся, то я тебе кое-что расскажу." А я ему: "Ну, колись, я никому не расскажу.", Оливия повертела головой по сторонам, - и тогда он сказал, что типо под Ивой есть тайный ход. Это он от своего друга слышал. Ну я ему не поверила конечно. Полная чушь. Но проверить-то стоит? Давай сегодня, после уроков сходим?
Попробовать конечно стоило. Но Оливии на факультете почти никто не верил, она было болтушкой-сплетницей. Ди совсем не хотелось идти куда-то после уроков, особенно с ней. Пришлось отмазаться:
- Нет, прости, Оливия, сегодня я не могу. Занята сильно., - "Вот если бы с кем-нибудь другим... Тогда другое дело. Кто никому не расскажет? Кто любит вляпываться в месте со мной?..." Ее прервал голос подруги:
- Что ж, если надумаешь, скажи мне. А я побежала. Меня Снейп убьет, если опоздаю, - прокричала уже убегая по длинному коридору Оливия. "Фух, ну и слава богу. Стоп." Дитричи чуть не ударила себя по лбу. "Ну конечно. Дзото. Как я могла про него забыть? Надеюсь, после озера он не возненавидел меня. А вообще, он очень даже и неплохая компания. Прямо даже отличная. Надо бы к нему сбегать, прямо сейчас."
Дитричи порылась в сумке, и выудила из него маленький блокнот. Где-то в нем, среди многочисленных непонятных записей, состоящих то из одного слова, то из непонятного набора букв, была строчка, где Дзото написал ей время, когда он был в школьном дворике в свободное время, и его можно было найти. "Тэээкс. А вот оно. Время 15:00", Ди взглянула на часы. Было без десяти три. "Как раз. Успею. Нужно обязательно ему сказать." И Ди помчалась по коридору на улицу.

are you happy? please be always happy I hope you continue to love yourself

Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

Занятия сегодня закончились даже немного раньше, чем Дзото ожидал - мадам Максим отпустила их за десять минут до конца урока. Это было итальянцу даже на руку - можно немного прогуляться перед тем, как засесть за домашние задания, которых, кстати, назадавали кучу... Ну, ничего, не впервой. Справится как-нибудь. А пока парнишка направился к замку, в школьный двор. Кто знает. может, Ди появится там сегодня... После случая на озере они виделись только мельком - даже толком не поговорили.
Однако, во дворе никого не было. Видимо, у местных ребят занятия еще не закончились... Немного побродив по пустому дворику, Андзолетто решил подождать в вестибюле. Если Дитричи все-таки выйдет сегодня погулять, то мимо него точно не проскочит.
Долго ждать не пришлось. Он поднялся на один пролет лестницы - и чуть не столкнулся с летящим прямо на него чудом. Едва отскочить успел... и засмеялся.
- Привет. Ты всех своих знакомых встречаешь так оживленно?

Последнее посещение: 3 месяца 4 дня назад

Ди очень спешила. Ей так хотелось застать друга, ведь они не виделись уже почти неделю, после того приключения с озером. Она бежала против потока студентов, не замечая,что толкает учеников. Поэтому, когда она врезалась в какого-то парня, она только пробурчала себе под нос "Смотри куда идешь!", и только потом, пробежав метра два, остановилась. Она поняла, что это был Дзото. Дитричи подошла к нему, а он засмеялся:
- Привет. Ты всех своих знакомых встречаешь так оживленно?
- Да нет, я просто очень хотела тебя застать во дворе. Я тебе хочу кое что сказать., - Ди потянула шармбатонца за рукав, - пойдем вон туда, там никого нет., - она указала на подоконник в дальнем конце коридора.
- Так вот, слушай., - сказала Дичи, усаживаясь на подоконник, - сегодня я услышала от ну... от подруги, что где-то под Гремучей Ивой есть проход. Я ей не поверила. Но мне кажется, мы бы могли проверить, да? Ты свободен сейчас? У меня вот как раз уроки кончились, так что я могу идти хоть сейчас. Я тебе обещаю, что ничего такого, как на озере не будет. Точно-точно. Так ты идешь?
Ди уже про себя решила, что Дзото пойдет. Хотя с чего она взяла?

are you happy? please be always happy I hope you continue to love yourself

Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

Она так торопилась, что не сразу его узнала - лишь через несколько секунд. И тут же потянула в сторонку от толпы. Заинтригованный Дзото безропотно пошел за подружкой.
- Да, я свободен... Подожди, Гремучая Ива? Это то дерево, про которое говорят, что оно дает сдачи? - глаза итальянца загорелись. Он видел одиноко растущее дерево только издали, а тут намечается такой шанс.. - А оно правда может ударить?
Идет ли он? Еще бы он отказывался от приключения! Андзолетто тут же спрыгнул с подоконника, на который было взобрался.
- Конечно, идем!  - домашние задания были забыты. Успеется... В конце концов, написать пару свитков можно и позже вечером, после ужина. А вот к Иве вечером не сходишь...

Последнее посещение: 3 месяца 4 дня назад

- Да, я свободен... Подожди, Гремучая Ива? Это то дерево, про которое говорят, что оно дает сдачи? - спросил Дзото. "Ох, если я ему скажу, то он наверняка откажется. Но будь что будет. Лучше уж не идти никуда, чем соврать."
- Ну... Да. Но, я думаю что она не слишком уж сильно бьет, если не раздражать. Правда, если мы полезем под корни, то... ладно, пошли. Там и узнаем.
Все ее опасения были напрасны, Дзото был таким же любопытным как и сама Дитричи, поэтому мигом согласился.
- Конечно, идем!, - друзья соскочили с подоконника, и направились к выходу из замка.
- Дзото, а ты не сердишься на меня из-за того происшествия на озере? Мне тогда тааак попало от декана, ох, лучше уж и не вспоминать, - она вспомнила взбучку, которую получила после того, как Макгонагалл узнала про все, - а ты как тогда отделался? Мадам Максим сильно ругала?
Теперь-то они смогут наговориться. Можно будет обсудить столько всего. "Хм, я даже и не заметила, как мне полюбился Дзото. Когда мы с ним познакомились? Месяц назад где-то. Ого, так быстро. Хотя это и не странно, ведь он итальянец."
Дичи всегда считала Италию какой-то великой страной, в которую она мечтала переехать. Отчасти это было от того, что в Италии стали изготавливать скрипки, там жили великие скрипачи.
"Вот бы Дзото пригласил меня к себе. Хотя кто меня отпустит? Тем более так далеко. Только вот если я его к себе приглашу. Но это потом.".
- Дзото, а в каком городе ты живешь? И можешь вообще сказать мне свой адрес, чтобы я могла писать тебе письма. А то вдруг, ты уедешь, и не оставишь адрес. А так у меня будет., - Ди достала из сумки все тот же блокнотик и перо, - или давай потом, как вернемся.

---> Гремучая Ива

are you happy? please be always happy I hope you continue to love yourself

Последнее посещение: 2 года 2 месяца назад

По дороге Ди вдруг заговорила о недавнем происшествии. Дзото сперва удивленно распахнул глаза - она считает себя в чем-то виноватой? Потом заулыбался.
- Нет, что ты! За что сердиться-то? Мадам Максим почти не ругалась, сказала только, что надо быть внимательнее и на уроках и в жизни. А про то, что я ходил к тебе в гостиную, она и не знает...
Его царапнула совесть - у Дитричи наверняка сняли баллы... Немного помолчав, мальчик попытался несколько неуклюже утешить подругу:
- А играешь ты здорово.... Как настоящий музыкант.
Что еще можно было сказать? В голову ничего не приходило.. Но Ди сама же и разрядила ситуацию, попросив у него адрес.
- Конечно, давай напишу, - итальянец взял у девочки  блокнот и быстро записал адрес. - Я живу в Генуе.  Это самый красивый город в Италии... Я был бы рад показать его тебе.
Последние слова прозвучали смущенно. И чтобы скрыть неловкость, Дзото перевел разговор на другую тему.
- Значит, тайный ход расположен под корнями? А как мы туда проберемся, если Ива такая агрессивная?

---> Гремучая Ива

Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

>>> Кабинет Колдомедицины

Вот интересно, что бы случилось, если бы он не заметил О'Хэнлона среди всей толпы приглашенных гостей. Если бы сразу не заподозрил, что находится в ловушке, которую этот болван так тщательно спланировал. И как он себе представлял исход событий?
Наверняка бы сказал: да просто повеселиться. А ведь для него всегда всё "просто". И, похоже, за десять дней в Хогвартсе, Верес узнал его больше, чем за поганые годы совместной работы.
Да мы прошли через столько сплетен, оскорблены столькими пациентами, а сколько лопнувших колб было? Не сосчитать. Пережили даже вырвавшегося с больничной койки оборотня, и неужели всё это привело к сегодняшнему дню? Нет. Это чем надо думать, чтобы затащить с десяток совершенно не тех людей в одно место? Потом опоить какую-то левую женщину, чтобы та, лишившись рассудка, возвела в полный хаос сегодняшний вечер! Вот кстати, хороший вопрос - кто она и почему её пропустили на территорию. А хотя, это же О'Хэнлон. Как обычно - договорился. И ради чего? Месть, которую ты планировал с самого приезда. Да,  никому нет дела….
Эмиль вспомнил про конверт от Мариуса всё ещё лежащий в кармане.
Никому нет дела, кроме тех, кто нас действительно ценит. А ненужных...их выкидывают на свалку памяти, называя их лишь встречными прохожими.

Джеральд зайдя в кабинет, не походил сам на себя. Слишком уж резковат. Дверьми хлопает. Ну что сказать. Извините. Такое бывает, когда план идёт не так как ты хотел. Я вот чуть не умер от своих последствий. А ты в худшем случае - отделаешься выговором седобородого директора. Словно читая мысли, колдомедик вырвал из рук бутылку виски. А вот это было очень зря.
— Чтоб я хоть раз с тобой за один стол сел! Чтоб я хоть раз в одном котле с тобой зелье варил! Да никогда в жизни. Знаешь, что? Тебе просто повезло, что ты не в моем отделении. Потому что ОДНО моё слово, и ты бы подрабатывал в Министерстве доставщиком, — он грозно сотрясал воздух указательным пальцем, — одно слово! Вместо совы бегал бы авгуром общипанным по этажам!

Женщина в красном упорно оттягивала вязаный свитер и увлекала ближе к профессорскому столу. Видимо чувствовала, что ещё чуть-чуть и Верес готов был переключиться на прямые оскорбления.
Надо признать, незнакомка действительно была очень привлекательна. Даже жаль, что О'Хэнлон испортил такое знакомство. А может, вот оно - лучшее лекарство. Нежные объятия, пьянящие прикосновения.....Ох, вот будь ты не под зельем.
Он отвернулся к окну только на минуту. Жар унижения никуда не исчез. Первые мохнатые снежинки как назло выплясывали свой начальный танец, радостно приветствуя приход своей старой знакомой - зимы. Эмиль закрыл глаза. Представил, что если переместиться только на один день назад...нет, да даже на один проклятый час назад - то всего этого не случилось бы.
Прав был Мариус. Нельзя никому доверять.
Он нервно сдернул с себя свитер, запутавшись в рукавах. Перед ним сидела очаровательная девушка, готовая прямо сейчас спасти от этого безумия. Эмиль открыл глаза. Странно, но почему-то с закрытыми глазами она казалась даже симпатичнее. А может...он просто думал не о ней. Он думал...о ком-то другом. Он думал....Откуда-то издалека целитель услышал мерное металлическое постукивание по стеклу, сбившее его со знакомого мотива памяти.
Её холодные руки ласково скользнули по шее и спине. Теперь прикосновения к льняной рубашке казались уж слишком откровенными. 

— Ну, всё-всё. Хватит, — он уже устал держать фальшивую улыбку. Сейчас, после преображения он насупился, а с непонятным чубчиком на голове он больше был похож на себя домашнего. Только вот даже на домовиков он никогда не был настолько зол, как на О'Хэнлона.
— Садись, — он легко сдержал руки незнакомки от дальнейших посягательств. Джеральд как раз принёс два стакана Огденского.

— Можно было и поторопиться, — он выдохнул через плечо и прикончил свою дозу, — можешь же быть полезным, когда хочешь, — Верес смерил паяца презрительным взглядом, — как же ты меня бесишь!

— Я требую объяснений, це-ли-тель.

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 год 7 месяцев назад

Кабинет Колдомедицины ---------->

Если бы на этом празднике жизни каким-то чудом оказалась просвещённая тётушка Джеральда, которую он умудрился вспомнить в ходе недавних мыслей, она бы сходу определила происходящее как "Страшный суд" кисти Босха. Сам Джеральд, далёкий от тонкостей живописи, про себя назвал оставшийся где-то за спиной бардак куда более простым и ёмким словом.

Тяжёлая дубовая дверь в глубокой нише с треском распахнулась и впустила раздражённого волшебника в кабинет. Следом за ним ввалился и второй, нетвёрдо стоя на ногах и с трудом удерживая повисшую на шее девушку. Развернувшись, О'Хэнлон выхватил у него бутылку виски. Лицо Вереса тут же налилось гневным багровым цветом:
— Чтоб я хоть раз с тобой за один стол сел! Чтоб я хоть раз в одном котле с тобой зелье варил! Да никогда в жизни. Знаешь, что? Тебе просто повезло, что ты не в моем отделении. Потому что ОДНО моё слово, и ты бы подрабатывал в Министерстве доставщиком... Одно слово! Вместо совы бегал бы авгуром общипанным по этажам!
Да пропади ты пропадом со своим отделением вместе! В гробу я видал такую заманчивую перспективу, незаменимый ты наш руками водитель!
О'Хэнлон резко направил палочку перед собой, с трудом подавив в себе желание сместить её на пару сантиметров влево:
- Депульсо!

Дверь издала оглушительный грохот, и на стене угрожающе покачнулся портрет Гонории Наткомб. Почтенная основательница реформаторских движений с ужасом вцепилась в картинную раму, рискуя в любой момент рухнуть на пол. Джеральд заметил это и приблизился, чтобы извиниться и поправить портрет. Ворча и негодуя, Гонория пригрозила "балбесу неотёсанному" костлявым кулаком. 
Где-то рядом тяжело дышал Верес, не в силах устоять перед очарованием мисс Кроу - а может, просто шипел в бороду от злости и бессилия. Журналистка ни на минуту не выпускала его из цепких объятий, с придыханием шепча всякую восторженную дребедень. Стараясь не думать о том, что происходит у него за спиной, О'Хэнлон стал судорожно оглядываться по сторонам. Должна же найтись хоть какая-то ненужная дрянь...
Дрянь нашлась внезапно - и как по заказу. В одной из парт кто-то оставил торчать сломанное перо, воткнув его в трещину. Колдомедик выдернул его и оторвал надломившийся кусок. Намерения Джеральда требовали хорошей концентрации, но сейчас это казалось невыполнимой задачей. И всё-таки оставшаяся часть пера, повинуясь волшебной палочке, наконец превратилась в ложку.
Хорошо быть волшебником -  даже из всякого хлама можно наколдовать нужную вещь...
Оба стакана перекочевали из карманов на парту. В оба целитель налил одинаковое количество виски - достаточно, чтобы не слишком опьянеть, но замаскировать противоядие от любовного зелья. Один стакан он сразу отставил, чтобы не перепутать. В другой - отмерил нужную дозу зелья и принялся ожесточённо размешивать. Вот оно, выгодное преимущество волшебных медикаментов над магическими - алкоголь никак не влияет на их состав и действие.

Противоядие уже давным-давно растворилось в Химерском Огденском, а Джеральд всё продолжал колотить ложкой в стакане. Он и сам уже не знал, на кого больше злился - на Вереса с его чёртовой чёрной неблагодарностью, на Кроу с её привычкой пить всякую дрянь без разбору или на себя со своей провалившейся затеей.
Кто и когда успел протащить Амортенцию на вечеринку? А главное - зачем? Изощрённая месть имениннику? О да, кто бы ты ни был, я понимаю тебя всем нутром. Но зачем понадобилось так опозорить постороннего человека?
Ложка раздражённо стучала по стеклу, совершая очередной десяток бессмысленных оборотов против часовой стрелки.
Верес, кажется, почти вошёл в роль. Во всяком случае, довольно правдоподобно поглаживал шею, плечи и волосы пленившей его красотки.
А Кроу тоже хороша. "Я у мамы зельевар", - О'Хэнлон искоса бросил взгляд на пару новоявленных голубков, - "я должна знать, что я пью - только из проверенных источников..." Что ж ты спиральный пар и перламутровую плёнку проглядела, умница?
Ложка наконец остановилась, покинула стакан, превратилась обратно в кусок пера, теперь уже подмокшего, и отправилась в корзину для мусора.

— Ну, всё-всё. Хватит, — похоже, Эмиль устал сопротивляться любовному натиску и усадил бразильянку на стол. — Садись.
О'Хэнлон взял второй стакан и подошёл к профессорскому столу.
Главное - держать себя в руках. Лишь бы этот упырь не открыл рот...
— Можно было и поторопиться, —  бросил Верес через плечо. Джеральд сделал над собой нечеловеческое усилие, чтобы не выплеснуть подарочный виски в самодовольную рожу именинника. При свидетелях это недопустимо... 
Опустошив стакан, Эмиль с необоснованным превосходством в упор уставился на О'Хэнлона.
— Я требую объяснений, це-ли-тель.
А больше ничего ты не требуешь? Может, мне ещё ботинки тебе почистить? Или тапки принести? Не нарывайся, Верес... заткнись хотя бы при посторонних. 
- Хватит лакать, - вырвав у обнаглевшего друга пустой стакан, Джеральд втиснул ему в руку полный, - тебе что было сказано - угости даму!

Одно радует - зелье действует быстро. Отвернувшись от наглой морды, отчаянно просящей кулака, О'Хэнлон внимательно присмотрелся к лицу пострадавшей. Сейчас её сознание должно проясниться, и тогда...
- Ну вот и хорошо, - напряжённо выдохнув, он с чистой совестью забрал у журналистки опустевший стакан. - С возвращением, мисс Кроу. Не нужно извинений - вы были не в себе, и мы это понимаем.
Вид у девушки был не самый осознанный, но Джеральд жестом успокоил её, давая понять, что угрызения совести сейчас ни к чему. Важнее было призвать её к вниманию - как журналист она должна была уловить какие-то детали. 
- А сейчас пожалуйста, постарайтесь вспомнить, что ещё вы пробовали, кроме пунша? Может, что-то ели? И вспомните, кто ещё был рядом с вами возле стола?

Последнее посещение: 9 месяцев 1 неделя назад

--> Кабинет колдомедицины

- Душа моя, а что мы тут делать будем?.. Тем более втроем?.. - Ласково произнесла она на ушко мужчине, когда взгляд наконец таки наткнулся на второго колдомедика. 
Ситуация потихоньку походила на театр абсурда, однако Кроу по прежнему воспринимала мир не так, как надо. А потому и не заметила абсурда - в ее голове пары амортенции создавали вид, что все так, как и должно быть. А вот то, что друг ее любимого позволяет себе злиться на такого ангела из рамок понимания вылазило. Она просто не могла понять, отчего он злится, но отчетливо понимала, что он именно злится - и по тому, как он с треском распахнул дверь, и по тому, как вырвал из рук Вереса бутылку и по тому, как эта самая дверь за ними захлопнулась. Ответная злость со стороны ее мужчины тоже осталась незамеченной: пунцовое лицо и его гневная тирада довольно четко это показывали. Однако в голове журналистки это сложилось в картину "милые бранятся - только тешатся", где столь давние друзья обязательно решат все их споры, а потому обращать на это внимание смысла нет. Даже более того, она готова была привнести немного в их дружбу и попыталась успокоить любимого, чтобы его внимание сместилось с ссоры на нее. Она хотела как можно очевиднее показать, на сколько она готова выполнить любую прихоть любимого человека, а потому упорно тянула его за свитер к столу, периодически нашептывая, как она может ему услужить.

Добравшись до стола, она вновь отпустила мужчину, только лишь чтобы запрыгнуть на стол и уже притягивать его сидя, что было гораздо удобнее с ее стороны. Пока она все это проделывала, колдомедик отвернулся к окну и о чем то задумался. Видимо он обдумывал свои дальнейшие планы на вечер с Кроу, так как поспешно стал стягивать с себя свитер. Хоть это и выходило у него с трудом, девушка лишь умилялась. Нервничает бедненький... Аж запутался! Свободный от свитера, мужчина снова был притянут к столу, в то время как руки начали гладить и обнимать столь желанное тело. Где-то на краю сознания были слышны стуки метала о стекло, однако Кроу не обратила на это внимание - какое ей дело до какого то стука, когда вот-вот наступит главная ночь в ее жизни?.. Сандра обвила шею мужчины руками, притягивая к себе для их первого поцелуя. Казалось наконец все было правильно - сам Верес тоже приобнял ее, готовый собственно сделать этот шаг. 

И опять не срослось. На фоне возник второй колдомедик и в руках у него было два стакана с янтарной жидкостью. Ее любимый, казалось, почувствовал его приближение и вновь слегка оттолкнул девушку, усаживая назад на стол. Стоило же О'Хэнлону приблизиться достаточно, чтобы Верес увидел бокал в его руке, как тот выхватил один из бокалов и залпом выпил содержимое. В голове пронеслась легкая обида в стиле "а я?..", но коллега уже подсуетился. Он выхватил пустой стакан и вместо него всучил другой, наполненный, призывая угостить даму. Что тот и сделал - он торжественно вручил стакан, уверяя, что это поможет ей расслабиться. В таком случае, лучше было тебе его выпить, а то ты все еще кажешься нервным... Подумала она, но все таки не смогла не выполнить просьбу любимого. Огненный напиток обжег горло и казалось распалил огонь любви еще сильнее. 

А потом этот огонь стал затухать, медленно, но верно. Когда взгляд начал становиться все осознаннее, Верес сделал шаг назад, а его коллега напротив, подошел чуть ближе. Пока еще не в состоянии переварить произошедшее, Сандра просто сидела на столе и смотрела на колдомедика. А тот, в отличие от обычного, задавал вопрос за вопросом ей. Смысл его слов был понятен, но казалось разум отказывался толком переваривать его в осмысленные мысли. Однако она все таки ответила на вопросы, насколько смогла:
- Вы мне дали пунш... А потом... А потом я кормила мистера Вереса десертом и съела часть сама. Вроде больше ничего не ела... 
Воспоминания все еще были немного размытыми, однако некоторые моменты все таки всплывали, словно яркие фонарики, поднимающиеся в небо. Голова была окутана туманом, словно девушка только проснулась и теперь пытается сообразить, что происходит. Похожее ощущение было, когда она проснулась в Мунго, после того отравления. 
Лишь спустя еще несколько мгновений Кроу вспомнила еще несколько вещей и покраснела. Стыд она не испытывала, ибо ничего такого постыдного и не делала. Сожалела лишь, что именно так протекло первое знакомство с мистером Вересом. Он казался ей пусть и весьма высокомерным, но все таки узнать его по ближе хотелось. Все же помимо высокомерия он создавал впечатление и умного собеседника, с которым можно интересно провести время за разговорами о разном. Тут же во избежание проблем, включился внутренний механизм защиты - Кроу принялась задавать вопросы: 

- Это была амортенция, не так ли?.. Я помню запах тропиков, которого здесь быть не может. Да и последствия весьма соответствующие... Это шутка кого-то из вас? Или кто-то еще решил подшутить над именинником? И в таком случае зачем?.. Или вернее почему?.. - Девушка до этого смотрящая перед собой и частично на мистера О'Хэнлона, перевела взгляд на мистера Вереса. - Что в вас такого, что над вами так посмеялись? Есть предположения кто?..

Нет ничего неизвестного - лишь временно скрытое. (с)
 
Иногда твоя жизнь сводится к одному безумному поступку.(с)
Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

Странно, но напиток закончился неумолимо быстро. Верес покосился на одинокую бутылку, отчаянно зовущую продолжить банкет.

- Хватит лакать. Тебе что было сказано - угости даму.
— Да неужели? — буркнул он в ответ и сразу переключил внимание на пациентку. Положив руку ей плечо он обратился уже с явным нетерпением:
— Всё сейчас придёт в норму, обещаю.
Женщина, совершенно ничего не подозревая, взяла стакан в руки.
Ну поглядите на неё! Просто агнец. И ты не мог и сам с этим разобраться? А то - “она не поверит”. Да они в таком состоянии на флобберов похожи. Как я должен был отреагировать на её муси-пуси? Языком в глотку? Прямо по середине полного кабинета? 

Тот томный взгляд незнакомки стал постепенно гаснуть, уступая место смятению. После этого вечера, именно такой она теперь ему и запомнится. 

- С возвращением, мисс Кроу. Не нужно извинений - вы были не в себе, и мы это понимаем.

Верес фыркнул на такое заявление и тут же взметнул руки вверх, чуть не выронив палочку из рукава.
Как так можно, Джеральд! Ты её опоил и со всей протухшей душонкой заявляешь - “не нужно извинений”. Ты в своём уме? 

— Да, с возвращением в наш застрявший на болотах цирк, где найдется место всякому уро...уравновешенному волшебнику. — Он вернул руки в карманы. И тут, к своему удивлению, обнаружил что-то твердое. Что за…?
Он сделал несколько неуверенных шагов к парте с огневиски доставая зачарованный конверт. 

- А сейчас пожалуйста, постарайтесь вспомнить, что ещё вы пробовали, кроме пунша? Может, что-то ели? И вспомните, кто ещё был рядом с вами возле стола?

Кроме пунша? Так ты влил это всем?
Внимание целителя быстро переключилось на странный диалог.

- Вы мне дали пунш... А потом... А потом я кормила мистера Вереса десертом и съела часть сама. Вроде больше ничего не ела... 

— Да, десерт был необычайно вкусным, — он ухмыльнулся и обойдя Джерри сзади, похлопал того по плечу, — что и требовалось доказать. Молодец, — Верес сделал ещё один шаг подальше от парочки. Ну всё как я и говорил. Теперь уж пускай О'Хэнлон сам разбирается и просит прощения за свой идиотский поступок.

Внутри подарка оказались какие-то блокноты и палки непонятного происхождения. Всё это он нарочито аккуратно разложил перед собой. Оперевшись рукой с бинтом на раскрытую крышку другой парты, он раскрыл вложенную записку:

Любопытно.
Он отодвинул бумагу от глаз и положил её к общему набору. В раздумьях повертел один из блокнотов, внешне ничем не отличавшийся от второго.
Сэм, ты как всегд - умеешь удивить. Полезная вещица. А что такое  “перьевые ручки”? На перья они не очень то и похожи… — Эмиль с опаской попытался раскрутить непонятный механизм колпачка. Но колпак только быстро проворачивался, совершенно не поддаваясь внутренней резьбе. Спустя ещё несколько попыток, он всё таки смог его открыть - дернув в сторону. Как оказалось - это делается двумя руками.
Кошмар. И вот это они называют прогрессом? С перьями всё намного проще. — Он потыкал пальцем в торчащую из палки железку, которая на вид выглядела очень похожей на своеобразный нож, но без заточенных краев. На указательном пальце тут же появилась капля фиолетового цвета.
Она пишет без чернил? Ладно, это даже может быть полезно. Что там дальше. Ласковая сова...хмм, не очень, Саманта. Дурацкая у тебя сова. — А дальше была подпись. Эмиль, пожалуй впервые за сегодняшний вечер, по-настоящему обрадовался поздравлению. Тому самому, которое дорогая Сэм окрестила “теплым”. 

- Что в вас такого, что над вами так посмеялись? Есть предположения кто?..

Верес выдохнул. Сложил новинки обратно в конверт. После прочтения письма он как-то успокоился. Саманте часто удавалось перешагнуть расстояние и коснуться самых дальних воспоминаний. Сейчас все проделки шута казались какими-то простыми. Да, его пожалуй, можно снова пожурить….он всё равно будет таким, какой есть. В конце концов, глупо сердиться на глупцов. Иначе сам таким станешь в итоге.

— Мисс Крау, — он прихватил бутылку с собой и сел на парту, аккурат напротив сидящей на столе женщине в красном, — Вы замечательная, умная и красивая представительница прекрасного пола. Я же, напротив, имею множество...если хотите - добрых людей, готовых впечатать мою репутацию в грязь, — Эмиль поставил огневиски рядом, потянувшись за стаканом в руках колдомедика. Пару раз дернув друга за локоть, он наконец добился своего.
А чего у тебя лицо такое кислое? Праздник же. Вот и успел и навыки свои продемонстрировать. Рыцарь фИгового дерева.

— Ну что ты как сушеная смоковница! Улыбнись! — он обратился к Джерри, для верности ещё раз пихнув в локоть.

— А у Вас мисс, я бы хотел попросить прощения за любое действие, которое могло показаться Вам неправильным, — на этих словах он вальяжно вытянул ноги вперед, закинув один ботинок на носок другого, пытаясь сохранять баланс, — если я могу что-либо сделать, чтобы загладить вину….что-ж, просто скажите и это будет исполнено.

 

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 год 7 месяцев назад

Сосредоточиться было сложно. Слишком сложно, когда сразу обе ситуации требуют срочного выяснения. Джеральд старался не смотреть на Вереса, и в то же время не поворачивался к нему спиной - слишком свежо было в памяти недавнее нападение.
Мисс Кроу приходила в себя медленно. Скорее всего, на ясность мыслей действовал выпитый виски.
- Вы мне дали пунш... А потом... А потом я кормила мистера Вереса десертом и съела часть сама. Вроде больше ничего не ела... 
Кормила мистера Вереса десертом... Отпадает, на трезвую голову ты бы его не кормила. Остаётся только пунш. Но как? Его пили все... ну да, почти все. Я не пил. Но котёл был рядом...

В голове завертелась какая-то смутная мысль в поисках выхода. О'Хэнлон напряжённо потёр лоб, пытаясь вспомнить.
Я сам налил пунш в бокал Кроу. Об этом... да, об этом попросил Верес. Это он настаивал, чтобы именно я угостил её.
Подозрения принимали неожиданный оборот. Подтверждения следовало искать дальше.
Итак, она выпила... сразу или нет? Я не заметил. Хотя после этого находился рядом. Но не обращал внимания, что она делает. Пока она пила, я пробовал пирог...
Пирог. Тот самый, от которого пахло совсем не черничным пирогом. Мысль наконец нашла лазейку и отчаянно забилась, пробираясь на свет. Он ничего не заметил - ему вообще в тот момент казалось, что он находится не в кабинете и не на этой проклятой вечеринке. А потом... у окна его занесло ещё дальше. Уходящий летний день, которому безразличен снег за окном. Остывающая земля, отяжелевшие ветви над головой, озёрно-травяной привкус вечерней прохлады. Там, где даже у ночного неба есть свой запах, а у звёзд - своя серебристая песня. Это были не его слова. Это...

Внутри что-то тревожно ёкнуло. Картина складывалась, и в ней проявлялось гораздо больше, чем было нужно. Прозрение ударило по живому. Ударило крепко, прицельно и укоризненно... Чувствуя, что пора остановиться, Джеральд усилием воли выхватил себя из воспоминаний.
Идиот... 
- Это была амортенция, не так ли?.. Я помню запах тропиков, которого здесь быть не может. Да и последствия весьма соответствующие...
О'Хэнлон без лишних слов кивнул головой в подтверждение. 
- Это шутка кого-то из вас? Или кто-то еще решил подшутить над именинником? И в таком случае зачем?.. Или вернее почему?.. 
- Не вижу в этом ничего смешного, - в голосе зазвучало раздражение, стоило целителю вспомнить обвинительную речь Вереса, которую тот выплюнул ему в лицо. - С такими вещами не шутят.

Эмиль куда-то исчез из поля зрения. Но вот он появился снова, вальяжно расположившись верхом на крышке парты. Светящаяся надпись над головой уже не казалась такой забавной. Джеральду страстно хотелось найти и свернуть в бараний рог того изощрённого шута, который своими выходками вызвал огонь на него. Но чёрт возьми, кто это мог быть?

Журналистка с потерянным видом сидела на прежнем месте. Ещё бы, ведь её только что использовали в качестве инструмента для мести. 
- Что в вас такого, что над вами так посмеялись? Есть предположения кто?..
- Думаю, об этом лучше спросить у мистера Вереса, - предположил О'Хэнлон, задержавшись взглядом на самодовольной физиономии друга. - Ему виднее, кто из гостей может быть его недоброжелателем. Из тех, кто был на празднике, мне знакомы только четверо - и за троих я готов поручиться, что им бы такое даже в голову не пришло.
В том, что Вересу намеренно хотели отомстить, сомневаться не приходилось.
Понять бы ещё, кто. Один из этих чистокровных наследников в костюмах? Девушка со связкой шаров? А может, и сама Синистра? От её изобретательности можно ожидать чего угодно... Так вот почему Верес возле неё вертелся и был подозрительно ласковым. Чувствует, гад, что виноват, и пытался загладить...
Всё это оставалось только догадками. Ответ может знать только Верес, но от него правды ждать не приходится.
- Но даже если наш дорогой именинник, - Джеральд издевательски подчеркнул слово "дорогой", - случайно кому-то насолил, нужно быть трижды идиотом, чтобы подставить кого-то другого ради мести ему.

Договорить волшебнику не дал резкий тычок в локоть - уже второй за последние несколько секунд. На первый О'Хэнлон не обратил внимания, но на второй раз резко обернулся влево. Эмиль, дождавшись реакции, молча взял стакан из его руки и налил себе ещё огневиски. Как ни в чём не бывало выпил и заговорил с гостьей - как будто и не было никакой неловкой ситуации. Со стороны выглядело так, будто Верес находится у себя дома и чувствует себя полноправным хозяином, а он, Джеральд, служит у него на побегушках вместо домовика. Отвратительно. Унизительно. Беспредельно нагло и мерзко. Чаша терпения переполнилась до краёв, и любая новая капля рисковала поставить всё под угрозу.
Колдомедик отвернулся, понимая, что сейчас это единственный способ удержать себя в руках.

— Ну что ты как сушеная смоковница! Улыбнись!
Нового тычка в локоть Джеральд уже не смог вытерпеть.
— Если тебе это кажется смешно, Эмиль, - процедил он сквозь зубы, предупреждающе глядя на изрядно выпившего друга, - прими похмельное зелье. Я не вижу ничего смешного в отравлении гостей.
Верес посмотрел на него мельком, всего лишь пару секунд, но и этого было достаточно, чтобы встретиться с ним испепеляющим взглядом. К огромному сожалению О'Хэнлона, это всё, что он мог сделать при своей прыткопишущей пациентке.
— Мисс Кроу, - начал целитель как можно мягче, хотя напряжение в голосе говорило об обратном, - мне очень жаль, что всё так получилось. И я не меньше вашего хотел бы знать, чьих рук это дело. Обещаю, что виновный будет найден и понесёт своё наказание. А сейчас, думаю, вам будет лучше выйти на свежий воздух - так остаточные явления уйдут быстрее. А мы с мистером Вересом постараемся выяснить, у кого могли быть на то причины. И главное - не пострадал ли кто-то ещё. 

Второй стакан, из которого пила Кроу, всё ещё был у Джеральда в руках. Под предлогом оставить его на столе он сделал пару шагов вперёд, от души пнув ногой конструкцию из вытянутых вересовских ног в ботинках. Журналистке он подал руку, чтобы помочь слезть со стола, и напоследок ещё раз добавил:
— Мне очень жаль. Гостям я всё объясню, не беспокойтесь. Студенты ещё и не то вытворяют... Напоминаю, будьте осторожнее, мисс Кроу. Особенно с едой и питьём.
А ведь это уже второй раз! Есть же такие люди, которых никакой горький опыт ничему не учит.

Последнее посещение: 9 месяцев 1 неделя назад

Пока девушка все еще отходила от зелья, обстановка, до этого накаляющаяся, теперь стремительно менялась. Вроде без какого-либо весомого повода, но до этого раздраженный и негодующий мистер Верес, теперь являл собой образец спокойствия и добродушия. Это было понятно из того, как ленно и спокойно сидел напротив нее именинник, и из того, как шутливо он начал говорить. В то же время ее знакомый колдомедик, мистер О'Хэнлон, напротив, продолжал злиться - выражение его лица, а так же раздраженный тон, которым он говорил, выдавали его с головой, хоть он и пытался поддержать их обсуждение того, кто был виноват и что произошло. 

- Мисс Крау, Вы замечательная, умная и красивая представительница прекрасного пола. Я же, напротив, имею множество...если хотите - добрых людей, готовых впечатать мою репутацию в грязь.
Кроу слегка поморщилась тому, как произнес ее фамилию мужчина, однако указывать на ошибку не стала. После всего выпитого, она могла предположить, что фамилию он знает, просто не может верно выговорить именно сейчас. На комплимент же Сандра лишь улыбнулась, ничего не ответив. Да и что можно ответить?.. Все, что можно было бы сказать итак горело у именинника над головой. А вот последняя часть ответа заинтересовали журналистку. Мозг тут же включился в работу. Интересно, интересно... Это чем же колдомедик умудрился насолить людям-то?.. Seu caráter, é claro, está longe de ser um presente, mas não tanto a ponto de envenenar convidados em suas сelebração? (Характер у него, конечно, далеко не подарок, но не настолько же, чтобы травить гостей на его празднике?..) Надо будет обязательно поспрашивать у О'Хэнлона... Увлеченная своими мыслями, Кроу так ничего и не сказала, продолжая просто смотреть на мужчину и улыбаться. 
А обратить внимание на происходящее стоило бы - между Эмилем и Джеральдом вновь произошла стычка, во время которой мистер Верес тыкал своего друга, будто хотел пробить его обиду, а Джеральд от этого только злился больше. Апогеем стало то, что мужчина добился своего и взял стакан, в который тут же плеснул огненный напиток и принялся его пить. В это же время его коллега взял время и отвернулся, видимо, чтобы успокоиться и не показывать раздражение. Девушку так и подмывало забраться в мысли колдомедика, чтобы понимать, от чего он так сильно злиться и о чем он так усиленно думает. Однако это желание пришлось подавить - сил едва ли хватало на концентрацию на диалоге. Прибавлять к нему еще и чтение мыслей было изначально глупой затеей. 

- Ну что ты как сушеная смоковница! Улыбнись! - Хоть фраза и не была обращена к ней, она все таки вернула девушку к происходящему здесь и сейчас, отрывая от мыслительного процесса. В данном случае, она была солидарна с ответившим на такую беспечность мистером О'Хэнлоном. Ей конечно стало лучше и она избавилась от этого противного зелья, однако это не значит, что теперь можно расслабиться и напиться. Теперь начиналось самое интересное - узнать кто виноват и наказать его. В джунгли его не сошлешь, конечно, редкие травки искать, но уверена, что здесь найдут достойное наказание. Если это студент... А если взрослый... С ним я бы разобралась сама. 
Предаваясь мыслям о наказаниях, Кроу вновь погрузилась в собственные размышления - удерживать концентрацию на разговоре было не так то просто, а потому мысли так и скакали у нее в голове, словно шоколадные лягушки. И она почти что пропустила щедрое предложение именинника. Почти что. Очаровательно улыбнувшись, она тряхнула головой, вновь приводя мысли в порядок. 
- Щедрое предложение, мистер Верес. Особенно если учесть, что не вы меня травили... Но если вы не против, я придержу его до нашей следующей встречи, боюсь сейчас я ничего путного не придумаю - мысли все еще в небольшом беспорядке. - Журналистка проследила за тем, как собеседник поудобнее устраивается на парте, закинув ногу на ногу. - Впрочем, после того, что я помню что учинила, а о том, о чем я не помню я уже и не говорю, думаю мне тоже есть за что извиниться перед вами... - Не ускользнул от внимания и гневный взгляд парня, который все же молчал. Была ли это реакция на его мысли или на ее слова - Сандре было не ясно. - Мое поведение было воистину... неподобающим, как воспитанной девушке, так и взрослому человеку в целом. В любом случае, я все еще должна вам подарок, так что следующей встречи не миновать. А там мы оба отойдем от праздника и сможем, думаю, договориться. 

- Мисс Кроу, мне очень жаль, что всё так получилось. И я не меньше вашего хотел бы знать, чьих рук это дело. Обещаю, что виновный будет найден и понесёт своё наказание. А сейчас, думаю, вам будет лучше выйти на свежий воздух - так остаточные явления уйдут быстрее. А мы с мистером Вересом постараемся выяснить, у кого могли быть на то причины. И главное - не пострадал ли кто-то ещё.
Хоть колдомедик и старался говорить мягко и вежливо, раздражение в голосе все же было слышно. Все таки любопытно... Рor que ele está tão bravo?..  (на что он так злится?..) Неужели на то, что кого то отравили прямо у него под носом?.. Нет.. Tenho a sensação de que aqui nem tudo é tão simples... (У меня ощущение, что тут все не так просто...) Но что произошло?.. Еще один вопрос без ответа, который я обязательно адресую одному из двух друзей...

Вновь, погрязнув в размышлениях, ответить Кроу не успела - Джеральд двинулся сначала в сторону своего друга, вымещая на нем часть своей злости, что и навело на мысль, что колдомедик злится не столько не отравление в его весьма условную смену, а на друга - но за что было не ясно. Следом за тем, как он поставил стакан, он подошел к ней и помог слезть с парты. Не то, чтобы девушка сама бы не справилась, однако забота мужчин всегда ею принималась с радостью. Затем мистер О'Хэнлон повел ее в сторону выхода, продолжая успокаивать, хоть в этом особой необходимости и не было. 
- Напоминаю, будьте осторожнее, мисс Кроу. Особенно с едой и питьём.
Уже у двери, парень сказал то, что наконец таки смогло расшевелить заторможенные эмоции - девушка разозлилась. Не на колдомедика, а на саму себя - она все таки была слишком беспечна, а ведь парень был прав - она уже второй раз травится зельем... 
- Мне кажется, я больше вообще вне дома не буду ни есть, ни пить, после такого... А то действительно становится опасно.  - Девушка тяжело вздохнула, после чего посмотрела на именинника. - Спасибо за приглашение на праздник. Я обязательно напишу вам, когда окажусь в Лондоне и доберусь до вашего презента. - После этого она открыла дверь и кивнула в знак прощания Джеральду. - Всего доброго, мистер О'Хэнлон, и вновь спасибо за оказанную помощь. 
Девушка вышла из кабинета и пошла в сторону кабинета колдомедицины, откуда все и началось. Войдя внутрь и стараясь дышать через раз, она быстро осмотрелась, пока шла до своих вещей. Уж без них она ну никак не могла уйти - на улице было слишком холодно. Да и в сумочке имелись весьма важные вещицы... 
Пустой кабинет выглядел так, будто по нему прошел вихрь. Искать здесь что либо было невозможно, особенно если учесть, что зловоние до конца так и не выветрилось. Мысленно вздохнув (в реальности это сделать было сейчас немного проблематично), девушка выбралась из кабинета и оделась, после чего пошла в сторону выхода. Проходя мимо кабинета Истории Магии она услышала возню, но решила в этот раз пойти на поводу у организма и махнуть рукой на любопытство - все таки от зелья она оправилась еще не до конца. Ничего такого, что не вылечил бы сон... Подумала она, направляясь обратно в три метлы.

Нет ничего неизвестного - лишь временно скрытое. (с)
 
Иногда твоя жизнь сводится к одному безумному поступку.(с)
Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

- Но даже если наш дорогой именинник, случайно кому-то насолил, нужно быть трижды идиотом, чтобы подставить кого-то другого ради мести ему.
— Ой, да кто мне будем мстить. Я ничего никому не сделал. А тебе, по-хорошему, стоит сменить тон, Джеральд. 

Поговорить решает Морж
О разных пустяках:
Он о капусте речь ведет,
Потом о королях,
И почему моря кипят,

И о свиных крылах.

- Если тебе это кажется смешно, Эмиль, прими похмельное зелье. Я не вижу ничего смешного в отравлении гостей.
Верес не придал значения воинственному тону О’Хэнлона. Но и не удержался от закатывания глаз, — гостей, которых ты собрал! Играешь до конца? Ну ладно. Подыграю я тебе, так и быть.
— Вообще-то дело в твоём напряженном лице. Как будто первый раз на метлу сел. Дама в порядке? В порядке. Ну, тогда и чего переживать? А вот мою репутацию перед Авророй и остальными ещё надо будет загладить и….и это всё именно из-за тебя! — Он великодушно решил не продолжать, пока есть свидетели.
Внимание Эмиля переключилось на подаренную женщиной улыбку, — удивительная сила духа! Даже в таком состоянии она улыбается так очаровательно. Это талант. А может быть – что-то нервное.

- Щедрое предложение, мистер Верес. Особенно если учесть, что не вы меня травили... Но если вы не против, я придержу его до нашей следующей встречи, боюсь сейчас я ничего путного не придумаю - мысли все еще в небольшом беспорядке. 
— Травить человека. Какая вульгарщина. Я бы себе такого никогда не позволил. Точнее - кто это делает при свидетелях? — Эмиль прикрыл глаза и согласно кивнул. На сказанные слова женщины в красном было трудно что-либо ответить. О каких нормах поведении сейчас может идти речь, если это было банальное отравление. Пусть и амортенцией.
- Впрочем, после того, что я помню что учинила, а о том, о чем я не помню я уже и не говорю, думаю мне тоже есть за что извиниться перед вами... Мое поведение было воистину... неподобающим, как воспитанной девушке, так и взрослому человеку в целом.
— А вот за это спасибо нашего дорогому создателю всеобщего веселья.
— Не стоит, мадам. Прошу Вас, не стоит, — он примирительно склонил голову, принимаясь за стакан.
- В любом случае, я все еще должна вам подарок, так что следующей встречи не миновать. А там мы оба отойдем от праздника и сможем, думаю, договориться.
— Я ни в коем случае не настаиваю. Идите... то есть я хотел сказать - мы пойдём на встречу друг к другу. 

Джеральд, как всегда, влез в середину беседы совершенно бестактно. Как всегда, со своим фирменным "как жаль".
— Ну что ты делаешь, бараний ты окорок! — Он прикончил свою порцию. И вот это уже было кое-что. Вернулось привычное состояние мягко покачивающийся земли. — Посмотрите на меня, я такой замечательный: противоядие приготовил, погладил, приголубил. — Эмиль фыркнул в бороду, скрестил руки на груди. — Нет, ну рыцарь! Только совсем не благородный. Махоуни на тебя нет, Джерри. Вот вы бы спелись. Одна по сказкам и второй со своими реверансами заботе. Какая гадость!
Наконец пострадавшая отправляется прогуляться на свежий воздух.
— Давно пора. Тут и правда, душновато.
В тоже время, казалось бы, любезный Джеральд, так ловко управляющийся словом, специально решил возомнить себя изящным взрывопотамом, и заехал прямо по ахиллу левой ноги. Верес досадливо цокнул языком.
— Ну ты и тварь О'Хэнлон, — Эмиль раздраженно поднялся с места и с легким поклоном проводил взглядом пациентку.
— Что-ж. Если сейчас надо будет вернуться к гостям... можно устроить и перекур, — придерживаясь за стол, именинник попытался открыть второй ящик, но он не поддался, — это ещё что такое?? — Для проверки, он дернул первый, тот, который он лично никогда не запирал на ключ. К сожалению, эффект был таким же.
— Ах ты черт. Это же не мой стол. Зараза.
Он быстро расстегнул манжеты и закатал оба рукава рубашки, достав волшебную палочку.
— Агуаменти, Как говорится: чистый котёл - залог хорошего зелья. А чистый стакан - залог качественного виски.
— Экскуро, — стакан с противоядием был успешно почти продезинфицирован. Волшебник принюхался: 
— Уфф. Ну ладно, для Джерри сойдёт.

- Мне кажется, я больше вообще вне дома не буду ни есть, ни пить, после такого... А то действительно становится опасно. Спасибо за приглашение на праздник.
Эмиль поднял голову и встретился взглядом с женщиной в красном.
- Я обязательно напишу вам, когда окажусь в Лондоне и доберусь до вашего презента.
— Да-да. Обязательно договоримся. Вот пройдут эффекты, и всё на свете обсудим, — волшебная палочка опустилась на пыльный стол заброшенного кабинета.
— Пишите в Мунго. На имя главы второго отделения. Там знают куда направить сову. Я предпочитаю отправлять домашних птиц домой к хозяевам. Да и мой, почти личный больничный сыч, довольно быстрый. Буду ждать. — пара уверенных шагов, и он снова оказался около родной бутылки. Жмурясь от удовольствия, Эмиль налил в оба стакана равную дозу виски.
Сейчас дверь закрылась намного тише, чем в свой первый раз. Верес гордо расправил плечи и, выдержав паузу, три раза хлопнул в ладоши, при этом - широко улыбаясь:
— Браво О'Хэнлон. Просто б-р-а-в-о! Какая игра. Какая выдержка. Какой спектакль. Ох, я оценил, — он хлопнул стаканом по парте, как бы случайно разлив часть напитка, — и какое время подобрал. Сколько смекалки вложил. Я бы не догадался. Вот честно. Ах ты хитрец парнокопытный! "Мне очень жаль", — волшебник старался скопировать манеру говорить друга, — "студенты ещё и не то вытворяют", — закончив паясничать, Эмиль поднял вверх указательный палец, — Студенты! Это кем надо быть, чтобы всю ответственность спихнуть на детишек. Эх ты! Це-ли-тель! — он пригубил огневиски, виновато подняв глаза, — прости. Тост! Надо сказать тост! Но, сначала - иди сюда.

Он широко раскрыл руки:
— Давай обниму. Ух ты какой наглец-подлец, — когда верный коллега подошел ближе, Верес потянулся к нему за объятием. Вот только он не смог отказать себе в удовольствии успокаивающе похлопать ладонью по щеке друга:
— Расслабься, гордый гиппогриф. Я понимаю......

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 год 7 месяцев назад

Больше всего Джеральд сейчас хотел, чтобы Кроу наконец-то закрыла дверь с другой стороны. Ему уже порядком осточертела эта дурацкая игра на публику в лице одного человека. И если сам он ещё как-то справлялся, то Эмиль с каждой минутой лишал его последних капель терпения. Напряжение сворачивалось внутри тугой пружиной, рискующей в любой момент сорваться. Лишь бы не раньше, чем удастся вытурить отсюда лишнего свидетеля.

Дверь закрылась. О'Хэнлон достал палочку. Последний терпеливый шаг требовал запечатать дверь изнутри.
- Коллопортус!
Простые на первый взгляд чары сработали со всей мощью - да и палочку он сжал в пальцах чуть ли не до треска.
За спиной повисло зловещее молчание. Затишье перед бурей.
Волшебник обернулся. И столкнулся лицом к лицу с тем, чего явно не ожидал. А ведь думал, что сегодняшнюю дозу издевательств уже ничем не переплюнуть.

Верес аплодировал. Картинно, деланно, как в театре. И отвратительно скалился от уха до уха.
— Браво О'Хэнлон. Просто б-р-а-в-о! Какая игра. Какая выдержка. Какой спектакль. Ох, я оценил, и какое время подобрал. Сколько смекалки вложил. Я бы не догадался. Вот честно. 
— Что ты несёшь?.. Какого чёрта...
Лицо Джеральда дёрнулось перед минутным оцепенением. Бред, который нёс Эмиль, явно сквозил из поехавшей крыши. Старший - и с его же слов, куда более умный и опытный - товарищ вёл себя просто мерзко. Он кривлялся. Паясничал. Передразнивал. И каждым своим действием вспарывал его за живое по швам. 

Закончив свою ядовитую сцену, Верес снова приложился к огневиски. 
— Прости. Тост! Надо сказать тост! Но, сначала - иди сюда.
О'Хэнлон с отвращением засунул палочку за пояс. Какая к чёрту магия? Хоть сколько-нибудь достойного противника можно было призвать к ответу с палочкой в руках. Но у Джеральда не было никакого желания играть в благородство. Последнее в нём воспитывал Хогвартс. А первый вклад в понятия чести и достоинства сделало отцовское воспитание. Простое и грубое, но действенное. Не стой и не жуй сопли - ввали обидчику так, чтоб на всю жизнь запомнил.
— Давай обниму. Ух ты какой наглец-подлец, — похоже, Верес ещё не наелся своих язвительных сюсюканий. И выпрыгивал из собственной шкуры, чтобы подписать себе приговор. 
— Расслабься, гордый гиппогриф. Я понимаю......
— Поймёшь, тварь, — многообещающе процедил сквозь зубы Джеральд. И со всей накопившейся жаждой справедливости двинул имениннику в челюсть кулаком. 

Вот это было то, чего Верес действительно заслужил. Не вечеринка, не гости, не подарки и не Химерский Огденский, которого он уже нахлестался по самый воротник. О'Хэнлон вообще забыл, ради чего всё это придумал и устроил. Единственным желанием было пересчитать зубы этой самодовольной роже, которая провозгласила себя пупом земли.
— Ты вообще страх потерял? — не дожидаясь, пока Верес ответит тем же, Джеральд врезал ему во второй раз. На сей раз удар пришёлся куда-то в область переносицы, и похоже, Вересу наконец расхотелось зубоскалить.
Схватив именинника за грудки, О'Хэнлон тряхнул его изо всех сил, выплёвывая слово за словом сквозь стиснутые до скрипа зубы:
— Скалься сколько тебе влезет, падла, но чтоб ты... ещё раз... вытер об меня свои копыта!.. — с каждым клятвенным обещанием встряхивая дорогого друга до треска натянувшейся ткани, Джеральд заставлял его посмотреть в глаза напрямую. — Кто тебе, тварь ползучая, дал право обращаться со мной, как с кучей драконьего дерьма? Пятнадцать лишних лет? Твоё драгоценное кресло в кабинете? Или эта твоя поганая чистая кровь, как тебя ещё не разорвало от неё?

Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

— Я понимаю… — ...тебе нужно время всё осознать, дружище. — Но договорить имениннику не дали. Более того, даже грубо перебили.
— Поймёшь, тварь.
— Что, что? — нарочито елейно спросил колдомедик, но ответом ему пришелся жесткий удар. Голова дернулась в сторону. Верес в обиде схватился за горящее место, совершенно не понимая, за что ему столько благодарности.
— Ты вообще страх потерял? 

— Ты это о чём? — Странно, но прежде чем целитель моргнул, он подозрительно близко увидел летящий в него кулак. Прыгающие искорки, появившиеся от столкновения лица с чем-то твердым, несколько раз мелькнули перед глазами, образуя картинки калейдоскопа.
Верес покосился на переносицу стараясь разглядеть повреждение, но глупая затея не привела к постановке диагноза. Он сделал шаг назад, но тут же был грубо возвращен к неприятной беседе.
— Скалься сколько тебе влезет, падла, но чтоб ты... ещё раз... вытер об меня свои копыта!..
— Стой… — трясучка совсем ему не нравилась. Со стабильность верха и низа и так были проблемы. Дергающаяся картинка укачивала больше, чем путешествие на корабле по проливу Ла-Манш. 

— Кто тебе, тварь ползучая, дал право обращаться со мной, как с кучей драконьего дерьма? Пятнадцать лишних лет? Твоё драгоценное кресло в кабинете? Или эта твоя поганая чистая кровь, как тебя ещё не разорвало от неё?
Встряска закончилась слишком резко. Похоже, плюющееся млекопитающее решило дать паузу своему гневу. Эмиль со свистом втянул ртом воздух и мешающую говорить кровь.
— Как грубо, — целитель оценил превосходящий рост своего оппонента и хитро улыбнулся. Он уже присмотрел цель для удара, — по-моему, у тебя явные проблемы с самооценкой, — Эмиль подался назад, носком ботинка метя четко под колено. Но если бы он был чуточку трезвее, то, наверняка, не промазал бы.
Черт, ты слишком шустрый. Где ты ловкости за пару часов понабрался?

Если бы О'Хэнлон расцепил сейчас пальцы, то Эмиль наверняка лежал бы уже на полу. И стал бы легкой мишенью для пинков. Поняв, что следующий удар будет уже слишком тяжелым для сохранения концентрации, Верес выбрал тактику защиты и накрыл вцепившиеся в его рубашку руки.

— Ты устроил мне потрясающий, полный оскорблений и унижений день. Чего ты ждал? Что я это стерплю? — Несмотря на то, что голос звучал ужасно гнусаво, Эмиль не особо старался успокоить друга. Тем более, что Джерри всё равно придёт извиняться. Напротив - огоньки азарта заплясали только больше.
— Я ещё даже не начинал, — он аккуратно отпустил запястье О’Хэнлона и сделал вид, что ощупывает переносицу, — песочный цвет тебе не к лицу, — резко и смачно высморкавшись в кулак, Верес вытер сопливо-кровавую смесь об рубашку горе драчуна. Больная процедура того стоила. Этот взгляд Джеральда Эмиль запомнит на всю жизнь.
— А что ты так смотришь? Не надо было травить дам! Шутник херов.

 

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 год 7 месяцев назад

Джеральд был готов к ответному удару. Ждал, что Верес взбесится и вмажет ему ещё после первой зуботычины. Это было предсказуемо. Но когда на тебя таращится пьяная рожа, пытаясь проморгаться, и масляным тоном спрашивает, за что ей только что прилетело - чем не повод приложить эту рожу ещё пару раз, чтобы наконец прояснилось?

Встряхнув проспиртованного именинника ещё раз, О'Хэнлон остановился, переводя дыхание. Кислая бородатая мина никаких утешительных выводов не делала.
— Как грубо, — помолчав немного, Верес вдруг снова ехидно осклабился, — по-моему, у тебя явные проблемы с самооценкой.
Да ладно! Будь спокоен, дорогой друг, мне твоя корона и даром не сдалась. Пусть тебе уши отдавливает до посинения.

Поняв, что его не собираются отпускать, Эмиль вцепился в запястья О'Хэнлона. Брыкаться начал, за что получил новую встряску. И тут его снова понесло.
— Ты устроил мне потрясающий, полный оскорблений и унижений день. Чего ты ждал? Что я это стерплю?
— А какого чёрта я должен терпеть всех собак, которых ты на меня вешаешь? 
Этот вопрос был самым накипевшим. Обвинения, которыми сыпал Верес на каждом шагу, резали по живому сильнее, чем скотское отношение к празднику в целом.
— Я ещё даже не начинал, — предупредил Эмиль, потирая разбитый нос. Джеральд и не подумал ослабить хватку.
— Глаза протри, пьянь, — с отвращением бросил он, понимая, что добрая половина его слов бесполезно утопится в выпитом огневиски.

Но Верес оставался Вересом. Даже пьяным он был верен своей сволочной натуре. Уж лучше было бы получить удар под дых, чем...
— Песочный цвет тебе не к лицу, — прежде чем целитель успел сообразить, с чего вдруг Эмиля заинтересовал цвет его рубашки, дорогой друг просто взял и вытер об него руку.
О'Хэнлон ждал чего угодно. Удара, тычка, очередной язвительной реплики. Но уж точно не кровавых соплей, развешенных на его груди. Такого мерзкого клейма он бы не представил даже в самом идиотском кошмарном сне.
— А что ты так смотришь? Не надо было травить дам! Шутник херов.
Отставив все дальнейшие объяснения, Джеральд с размаху припечатал кулаком по зарвавшейся роже. По грохоту и скрежету ножек стола по полу понял - Эмиль отлетел прямиком в ближайшую парту. По слюнявому шипению - очень похоже, что поздоровался с ней поясницей.

— Проснулся, собака паршивая? А теперь слушай, — стащив Вереса за шиворот со стола, колдомедик снова встряхнул его, приводя в сознание. — Такую гниду бородатую, как ты, ещё поискать надо! Ты не то что праздника — ты ржавого сикля не стоишь. А я считал тебя другом. Для твоей неблагодарной морды старался. Думал, у тебя с этим пожаром совсем крышу снесло. Нервы ни к чёрту, срываешься из-за каждого чиха. Дай, думаю, сделаю тебе приятное — отвлечёшься, успокоишься. Подобреешь. Куплю тебе подарок, позову гостей пару человек. Вот эти люди, — Джеральд кивнул головой куда-то в сторону смежной стены с соседним кабинетом, — большую их часть я вижу первый раз в жизни. Тех, кого я пригласил, можно на пальцах пересчитать. Остальные, — ещё одно встряхивание имениннику явно не повредит, — пришли сами. Вот эти именитые наследники чистокровных семей, девушки с подарками, чёрт знает чьи совы — этого я не ждал! Но это есть. Эти люди помнят, что у тебя, засранца, сегодня день рождения. И потратили на тебя кучу денег и времени. Хотя твоя хамская натура ни разу этого не заслужила. 
Волшебник перевёл дыхание, чувствуя, как кровь стучит в висках. Казалось, она вот-вот разорвёт сосуды, не найдя себе места внутри.
— Эту даму, — он указал жестом на дверь, — я тем более не звал. На кой мне здесь ещё журналисты? Чтобы побольше народу перемыло кости твоей дрянной натуре? Я хотел, чтобы всё было тихо. Мирно. Весело. Душевно. Как у нормальных людей на празднике. И если по твою душу пришли гости, ты мог хотя бы перед ними быть человеком? Не позориться самому и не макать меня в грязь? Мало мне было, что какая-то тварь налила ей в бокал амортенцию и намешала туда твоей линючей шерсти — так ты ещё решил повесить это на меня? Я до сих пор не уверен, что это выпила только она. Чёрт знает что там творится... Надеюсь, Далинор там хоть что-то держит под контролем.

Подтолкнув Вереса в загривок, О'Хэнлон ткнул пальцем в лужу огневиски на соседнем столе:
— Вот это, — многозначительная пауза, — будешь убирать сам. И это, — жест переместился на кроваво-сопливое пятно, клеймом застывшее на груди, - тоже. 

Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

— Джерри, неужели ты всё-таки можешь быть зубастым? — Новый удар сдержать стойко было гораздо труднее. Помимо того, что он пришелся рядом с носом, что вызвало больше разноцветных искорок, так ещё Верес приложился поясницей прямо в бортик парты. Тягуче взвыв, волшебник согнулся пополам, стараясь растереть самое ноющее место из многих.
— Ну ты и тварь, — кровь начала струиться ещё сильнее. Ситуация явно выходила из под контроля. Побаловаться в драке без палочек - это как снова вернуться в школу. Вспомнить хорошее время травли и конкуренции. Главное правило было тогда - выдержать. Оставаться в сознании, не вестись на провокации. Не показать как сильно тебе больно. Потом найти правильный момент, желательно ночью. И завернув в пару полотенец биту загонщика отбить у задиры всякое желание нападать дальше. Вот только тут такое не сработает.
— Проснулся, собака паршивая? А теперь слушай.
— Сам ты собака! — Верес вытер бороду об рукав белой рубашки, по которому тут же разошлись бордовые пятна.
Джеральду это красочного мероприятия явно было мало.
 — Такую гниду бородатую, как ты, ещё поискать надо! Ты не то, что праздника — ты ржавого сикля не стоишь. А я считал тебя другом. 
— Вот и сам дурак.
— Для твоей неблагодарной морды старался. Думал, у тебя с этим пожаром совсем крышу снесло. Нервы ни к чёрту, срываешься из-за каждого чиха. Дай, думаю, сделаю тебе приятное — отвлечёшься, успокоишься. Подобреешь. Куплю тебе подарок, позову гостей пару человек. 
— Жопой огнекраба ты думал, — Эмиль продолжал нелепые манипуляции с носом, вытираясь по очереди обеими руками.

— Гостей на праздник? — снова загнусил Верес, которого уже порядком достали неловкие оправдания, — ты закатил вечеринку спустя каких-то несколько недель после пожара. Ты хоть понимаешь, как было сложно отмазаться от всей этой истории. А теперь - снова ненужное внимание. Как я могу всё сделать тихо, если ты буквально орёшь обо мне? — Он дернулся, стараясь освободить ворот рубашки из цепких лап.
— Эту даму я тем более не звал. На кой мне здесь ещё журналисты? Чтобы побольше народу перемыло кости твоей дрянной натуре? Я хотел, чтобы всё было тихо. Мирно. Весело. Душевно. Как у нормальных людей на празднике. И если по твою душу пришли гости, ты мог хотя бы перед ними быть человеком? Не позориться самому и не макать меня в грязь? 
— Какие журналисты? Что за галиматью ты несёшь? Ты прекрасно знаешь, что я не праздную дни рождения. То, что было в прошлом году не считается. Гарбо я отказать с праздничным тортом не мог, — он дотронулся до щеки и тут же отдернул руку, — синяк. Ну просто великолепно.
— Мало мне было, что какая-то тварь налила ей в бокал амортенцию и намешала туда твоей линючей шерсти — так ты ещё решил повесить это на меня? Я до сих пор не уверен, что это выпила только она. Чёрт знает что там творится... Надеюсь, Далинор там хоть что-то держит под контролем.
— Постой, — на этот раз Эмиль не стал вырываться. Волшебник как-будто пытался осознать, что он только что услышал, —  ты хочешь сказать, что это не ты подлил зелье? Что за бред. То есть ты эту толпу собрал не для того чтобы унизить меня и подсунуть вейловскую подпитую задницу, а для…. — он запнулся, с трудом собирая мысли в нечто цельное. — Но кому и зачем надо было это делать? Там добрая половина тех, кто либо меня не знает, либо тех, которые никогда бы так не поступили. СТОП. А что если это его хитрый план мести? Он же всё ещё может дуться за банку. О'Хэнлон, ну ты и сволочь. При всём честном народе устроить такое. 
Когда его стали тыкать носом, как какое-то нашкодившее животное, Верес уже не вытерпел.
— Ничего я убирать не буду! — он злобно насупился:
— И нет, Джерри. Это я тебя считал другом. Единственным адекватным человеком в Мунго! И, видимо, очень зря. Я тебе доверял. Убери свои руки от меня уже! — Раздраженный волшебник резко поднялся с места. Рубашка больно натянулась у самого горла, но свою свободу Верес таки получил. Этого мгновения ему хватило.

Каким то немыслимым образом увернувшись под рукой О’Хэнлона, Эмиль со всей тяжестью своего веса кинулся на товарища. Тот такого поворота событий явно не ожидал.
Крокодилий прыжок превзошел все ожидания. Джеральд не устоял на своих двух и повалился на парты, утаскивая Вереса за собой. Грохот разъезжающихся в разные стороны деревянных орудий пыток для школьников можно было услышать на Астрономической башне. По крайней мере, так показалось Вересу в первый момент.
Он обнаружил себя лежащим сверху, и уже был готов лишить Джеральда....здорового носа, но гаденыш был неплох и выставил блок.
Плотно сжатым кулаком Эмиль ударил в незащищенную часть - ребра. Пальцы тут же оцепенели от встречи с твердым куском тела. 
— Ты….во...всем...виноват! — Сипя и кряхтя, отплевываясь от кровавых слюней, Верес воспользовался своим положением, нанося удар за ударом, но теперь уже в другой бок. О'Хэнлон ловко защитил правую сторону.
— Ты…всё...это...спланировал! — Кулак левой руки попал в ложные ребра, послышался хруст, и нервная волна онемения прокатилась по всей руке. Верес схватился за кулак, взвыв ещё сильнее и тут же закашлялся от новой порции крови.
— Чтоб тебя черти разодрали, О'Хэнлон! — Эмиль, тяжело дыша, сел на пол. Он отвлекся от боли всего на секунду и тут же заметил торчащую из под ремня волшебную палочку. Глаза широко раскрылись, наполнившись торжествующим блеском. Решив не отсрочивать конец всему представлению, он потянулся за ней.

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 год 7 месяцев назад

Верес продолжал бухтеть, гнусавить и брыкаться. До него явно не доходило ровным счётом ничего. Но Джеральд и не подумал его отпустить, изо всех сил сжимая в руке ворот рубашки.
Наконец в подпитом мозгу именинника начали шевелиться какие-то остатки здравого смысла.
—  Ты хочешь сказать, что это не ты подлил зелье? Что за бред. То есть ты эту толпу собрал не для того чтобы унизить меня и подсунуть вейловскую подпитую задницу, а для…
— Я хочу сказать, Верес, — на этот раз О'Хэнлон не стал трясти его за шиворот, давая возможность подумать хоть одной извилиной, — что ты скотина редкой масти. И потому всех меришь по себе.

Здесь, в этом кабинете, Джеральд поклялся себе, что никогда не спустит Вересу ни одного унизительного поступка. И не выйдет отсюда, пока тот не добьётся исхода по чести.
— Ничего я убирать не буду! — воспротивился Эмиль.
— Будешь! — рявкнул волшебник, для верности ещё раз тряхнув его за шиворот. — Нагадил — имей достоинство убрать за собой.
— И нет, Джерри. Это я тебя считал другом. Единственным адекватным человеком в Мунго! И, видимо, очень зря. Я тебе доверял. Убери свои руки от меня уже!

Верес рванулся так, что ткань угрожающе затрещала. Дальше — всё решила доля секунды. О'Хэнлон не успел перехватить беглеца — и уж точно никак не ждал того, что будет дальше. 
Потеряв равновесие от навалившегося тела, колдомедик с грохотом повалился спиной на парту. Теперь главной задачей было спихнуть с себя взбесившегося товарища. Внизу что-то опасно заскрипело, и Джеральд почувствовал спиной резко растущую пропасть. Ещё секунда — и оба рухнули на пол. И стоит заметить, приложиться спиной о каменный пол — то ещё удовольствие, до слепящих искр в глазах.
Теперь оставалось только одно — защищаться и выбираться на свободу. Но Верес так крепко навалился со всей яростью, что сбросить его оказалось не так просто. Поверженный Джеральд воспользовался своим преимуществом — в отличие от Вереса, он был трезв. И скорость реакции его не подводила. На каждый удар он живо отвечал блоком, заодно пытаясь освободиться.
— Ты….во...всем...виноват! Ты…всё...это...спланировал!
Задыхаясь от гнева, Верес плевался кровью и обвинениями. О'Хэнлон только удивлялся, как он ещё не отбил себе кулаки об его рёбра. Но вот ещё один удар — на этот раз попавший в цель. Хруст внутри и вспышка боли заставили целителя взвыть сквозь зубы.
Но даже в этом был свой плюс: за свои непомерные старания Эмиль поплатился кровотечением. И наконец слез на пол.
— Чтоб тебя черти разодрали, О'Хэнлон!

Тяжело дыша, Джеральд приподнялся на локтях. Неловкое движение отозвалось новым выстрелом в рёбра. Поморщившись, он всё-таки нашёл в себе силы сесть. Дальше - легче, опираясь о стол, можно будет подняться на ноги.
Но с Вереса нельзя было спускать глаз. Прежде чем подняться, О'Хэнлон посмотрел на него — и как раз вовремя. Вытаращив глаза как безумный, предатель потянулся за палочкой. Не за своей — за его палочкой.
Ни секунды не медля, Джеральд выхватил палочку из-за пояса. Чего только стоило сконцентрироваться на заклинании и забыть о боли — но это того стоило. 
— Ступефай!
Такого поворота злоумышленник явно не ждал. Он даже не успел осознать своего поражения, когда заклинание прилетело ему в лоб. Силой магии Вереса здорово откинуло в ближайшую парту, прибавив к магическому удару ещё и физический. Оглушённый с двух сторон, он брякнулся на спину, как жук.
Всё ещё сжимая в правой руке палочку, нацеленную в лоб другу, левой рукой О'Хэнлон нащупал столешницу. Медленно, стараясь не делать резких движений, стал подниматься. 
— Ты...
Ещё одно усилие — и можно сесть на парту. Отдышаться. Оклематься от удара спиной. Осознать, что чудом не ударился головой о каменный пол.

Теперь Джеральд смог посмотреть в глаза Вересу. Тот таращился обалдевшими глазами, не в силах пошевелиться.
— Ты совсем зарвался, Эмиль. За эти две недели... — острая боль не дала договорить, и колдомедик положил левую руку на место перелома, — ты переплюнул сам себя. На кого ты похож? Какого чёрта ты творишь?
Теперь глава второго отделения действительно выглядел жалко и ни разу не солидно. Видели бы его таким в Мунго — на всю жизнь бы запомнили.
 Ни хрена ты не стоишь той чести, которой ты пыжишься и лезешь из кожи вон. Сколько я здесь — ты как последняя тварь. Ты начисто забываешься, Эмиль. Ни разу котелком своим дырявым не думаешь. Что ты, — ещё одна пауза, чтобы пересилить боль и снова посмотреть в глаза Вересу, — что ты мне должен.

Вот оно — то, что кипело внутри и требовало справедливости. И сейчас, высказав всё это, Джеральд почувствовал какое-то странное облегчение. Будто в нём до дна выкипел бурлящий гнев, оставляя после себя мерзкий жжёный осадок.
Со сломанной костью нужно было срочно что-то делать. Боль мешала сконцентрироваться, но колдомедик собрал все силы, чтобы подлатать треснувшее ребро. Расстегнул рубашку, с отвращением глядя на грязные пятна. К сопливым мазкам прибавились ещё и кровавые плевки. 
Конферво Оссум, — удерживая палочку на месте повреждения, О'Хэнлон старался не отвлекаться ни на что. Стоит только подумать, что где-то рядом находится Верес — грязный, разбитый, с неоновым нимбом "молодой и горячий" во весь лоб — и можно поплатиться неправильно сращённым переломом. 
Это было странно — применять медицинские чары на самом себе. Джеральд привык лечить других, но не себя. И даже не осознал, что впервые в жизни не торопится оказать помощь ближнему, который сейчас валяется на полу вверх тормашками с разбитой рожей.

Теперь можно было вздохнуть свободнее. Волшебник слез со стола и расправил забрызганную мантию. Рубашку застегнул ощупью, не глядя — о ней вообще думать не хотелось.
На преподавательском столе всё ещё стояли два стакана и не приконченный огневиски. Наполнив чистый стакан, О'Хэнлон осушил его с закрытыми глазами. Больше всего хотелось заглушить сознание и забыть к фестраловой матери всё, что произошло.

Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

Секунды было бы достаточно, чтобы выхватить палочку. Но Джеральд, не смотря на свой далеко не маленький рост, был слишком проворным. Верес знал, что этот безобидный шут бобовый никогда не станет атаковать безоружного человека. Ладно. Надо признать, сегодня с этой вечеринкой, гостями и хорошо поставленным правым ударом в челюсть О'Хэнлон уже превзошел все ожидания. По крайней мере, можно сделать вывод, что доводить этого двухметрового козла до высшей точки кипения нервов - не стоит.
Эмиль успел закрыть глаза, прежде чем заклинание ударило его в лоб. Выброс был настолько сильный, что волшебник снес спиной парту. Ему показалось, что он отключился. На минуту, может больше - на час. Он уже не сомневался, что потолок и пол теперь представляли из себя одно целое. Видимо, полученных за сегодня подарков было явно мало.

— Ты совсем зарвался, Эмиль. За эти две недели... 
Верес не мог пошевелиться. Лежа на спине, он вяло открыл глаза, приходя в себя от знакомого голоса.
— Ты переплюнул сам себя. На кого ты похож? Какого чёрта ты творишь?
Первой реакцией было послать О’Хэнлона куда подальше.
— Это ты то мораль собрался читать? На безоружного с боевым заклинанием! Да…уж, ты настоящий целитель, друг.
— Я…вообще-то, — рот был забит и язвительный ответ, смешанный с обвинением, превратился в невнятное бульканье сопливой кашей.
— Ни хрена ты не стоишь той чести, которой ты пыжишься и лезешь из кожи вон. Сколько я здесь — ты как последняя тварь.
Он попытался встать, опираясь на поваленную на бок парту. Спина сразу же заныла, протестуя против дальнейшего рода активностей. Эмиль и сам не прочь был налить целую лохань горячей воды и отмокать, пока все кости не превратятся в мягкое желе и перестанут болеть. Но сначала надо было добраться хотя бы до Кабаньей головы.
— Ты начисто забываешься, Эмиль. Ни разу котелком своим дырявым не думаешь. Что ты...что ты мне должен.
— Тебе? — удивился Верес, наполняясь новой волной негодования.
Локоть предательски дрогнул, парта с противным скрипом отъехала дальше, и колдомедик снова шлёпнулся на спину, приложившись затылком о каменный пол. Мысли перемешались, уступив место мешанине прошлых воспоминаний.

— Да что ты можешь знать о долге? Я остался верен своему слову, когда меня умоляла Вивьен остаться с ней. Я остался верным своему призванию, когда Готфрид просил проконтролировать ритуал, который калечит не одно тело, а ещё и душу. Я остался верным долгу перед всем магическим сообществом и спас Крауча от ужасных пыток вашего храбрейшего одноглазого аврора. Единственный кому я уже никак не могу помочь….— Верес неловко сел, обняв ножки перевернутой вверх табуретки. Пальцы левой руки дрожали, как будто по ним несколько раз ударили кувалдой, — ….Люциус… . — Целитель собрал всю возможную жидкость, которая заполняла рот и выплюнул. На бороде повисла длинная вязкая слюна красного цвета, которую он тут же пренебрежительно вытер тыльной стороной ладони.

Безвольно склонив голову, он смотрел исподлобья на О’Хэнлона с его никудышными манипуляциями. Где-то, на краю убегающих от его внимания образов, он понимал, что ребра-то, всё-таки, были сломаны.
— Надо было тогда не отказываться. Надо было быть с Готфридом. Люциус был бы жив. Без души, тупой куклой без воли и желаний. Но был бы живым, — Верес тяжело вздохнул. Кажется, ему стало не хватать воздуха.
Проводив О'Хэнлона мутными взглядом, Эмиль несколько раз моргнул, пытаясь убрать пелену с глаз. Он обратился к другу спокойно и тихо:
— Ты знаешь, как я к ним отношусь - одним больше, одним меньше, — под “ними” он подразумевал пациентов, которые оставались невылеченными. Тех, которые прибывали в Мунго слишком поздно, чтобы можно было успеть что-то сделать. И тех, кому нечем было помочь. 
— Я ненавижу проклятый внутренний голос. Голос, который не дает расслабиться ни днём, ни ночью. Который держит меня в постоянном напряжении и мучает нескончаемыми сомнениями, — он прикусил язык, сомневаясь, что Джеральд вообще готов слушать. Звон бутылки. Плеск воды. Эмиль понял, что его друг решил-таки выпить свою порцию.
— Ты и твоя дурацкая исполнительность! Чертовы зелья, чертовы правила, — он рвано выдохнул, дрожа всем телом то ли от боли, то ли от того, что он никому и никогда таких вещей не говорил. Он не слышал свой собственный голос, но знал, что он тоже его подводит.
— Знаешь каково это - после суточного дежурства выгребать дома на пол все целительские книги и искать, искать, искать... — Эмиль, проявив недюжинную волю в борьбе с самим собой, поднял голову, — и наконец, найти ту спасительную ниточку, за которую может ухватиться слабая надежда. Радость, когда, наконец, нашёл. Можно попробовать вот эту методику, вот это зелье. А потом прыгать скорее в камин, в отделение. Делать лицо полного спокойствия и спрашивать у Синглтон....а­ как там наш пациент? — Верес сел, по-детски обнял колени руками, всматриваясь в дверь кабинета. Его глаза уже давно не могли разглядеть смутных очертаний предметов.
— Сколько ты потерял, О’Хэнлон, чтобы говорить мне о долге? Не дай тебе прожить оставшееся время таким дураком, — спрятав лицо в ладони, Эмиль продолжил прерывисто тяжело дышать ртом. Сломанный нос прорезало как от ещё одного удара, но Верес не подал виду. Боль внутри была сильней.

Жуткая пауза, густо наполненная горечью совсем не химерского огневиски забилась в каждый угол пыльного заброшенного кабинета.
— Нет. Это бесполезно.
Целитель протёр глаза, медленно повернулся на месте и снова попытался встать. Кривясь лицом, он всё-таки поднялся. При первом шаге его зашатало, но он вовремя выставил руку, и успел опереться на целую парту. Откашлявшись, он сделал следующий шаг, приближаясь О'Хэнлону и бутылке.
— Я знаю, что такое смерть. Знаю, как тяжело терять. Поэтому придерживаюсь мнения, что лучше – не иметь. Лучше не привыкать, — на последнем слове перекошенное болью лицо изменилось. Верес злобно оскалился, делая следующий шаг.
— Этот мальчишка. Джерри. Я знал его. Я знал его отца. Черт, да ты представить не можешь через что я прошел на этом проклятом корабле! И что ты мне тут решил сделать? Повеселить? — оскал исчез, оставив лишь тень отвращения, — я тебе должен. Я знаю, соглашаясь со своими словами он закивал головой, И верну долг тогда, когда тебе это потребуется, — он отважился на последний шаг к преподавательскому столу и, надо сказать, он дошел почти уверенно. 

— Уходи отсюда О'Хэнлон. Я не хочу тебя больше видеть. Иди, убери тот бардак, который ты устроил. Скажи своим драгоценным гостям уматывать в их теплые кроватки, — Целитель взял бутылку со стола, прихватив волшебную палочку, которая, почему-то не помещалась в карман. Чертыхнувшись, Эмиль вытащил конверт с письмом Моро и выкинул его на стол. Бросив презрительный взгляд на друга, он отошел к широким окнам, которые с самого начала сегодняшнего вечера впускали бледный лунный свет.
— Как был мальчишкой, который ничего о жизни не знает, так им остался, — палочка была в кармане, а Верес, открутив крышку, сделал два заветных глотка алкоголя. Полегчало. На этот раз - действительно полегчало. Хотя, сколько бы он не пил за все свои годы, такого умиротворения, как сегодня, у него не было.

Он услышал, как Джеральд попытался что-то сказать, но остановил его на полуслове:
— Выметайся я сказал! — Он громко рявкнул, давая понять, что сейчас его лучше не трогать.

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого

Последнее посещение: 1 год 7 месяцев назад

Боль в плохо сращённом ребре всё ещё давала о себе знать. Вдобавок ко всему боль охватывала спину, отбитую о каменный пол. А главное — что-то сдавленно болело внутри. И с физическими травмами это не имело ничего общего.
Джеральд не спешил открывать глаза. Окружающий мир остался где-то снаружи, и в нём что-то бубнил Верес, не то ругаясь, не то отплёвываясь. Волшебник зажмурился и сделал глубокий прерывистый вдох. Ему вдруг захотелось, чтобы весь этот вечер оказался дурацким сном - таким же странным и реалистичным, как тот, десятидневной давности. Откроешь глаза — и проснёшься в своей постели, понимая, что ещё глубокая ночь и самое главное ещё впереди. Не было никакой вечеринки, никакого отравления, никакой драки...

Реальность и не думала меняться. Открыв глаза, О'Хэнлон застал перед собой всё ту же картину. 
Верес неуклюже сидел на полу, отплёвываясь от крови и вытираясь рукой. Похоже, после удара он присмирел и уже не рвался разорвать друга на части. Бестолково пытаясь проморгаться, он наконец поднял голову и внимательно посмотрел на Джеральда — долгим, спокойным взглядом. И произнёс на удивление спокойно:
— Ты знаешь, как я к ним отношусь - одним больше, одним меньше.
К кому?..
Разговор давно потерял нить здравого смысла, и целитель попытался уловить смысл этих слов. Кто такие "они"? Гости, перед которыми они оба выглядят круглыми идиотами? Студенты, которые в глазах Вереса представляют собой сплошное баранье стадо? Или пациенты, которые никогда не волновали главу второго отделения?

О'Хэнлон закрутил пробку и поставил остатки виски на стол. Именно в этот момент Эмиль вдруг заговорил снова:
— Я ненавижу проклятый внутренний голос. Голос, который не дает расслабиться ни днём, ни ночью. Который держит меня в постоянном напряжении и мучает нескончаемыми сомнениями...
Ошарашенно глядя на Вереса, Джеральд даже дышать перестал. Такого он точно никогда от него не слышал.
Голос... внутренний голос. Я так и знал... всегда замечал за ним, что он псих. Ну как... слегка того. Раньше было не так заметно ну, свои странности, не без этого. А как сюда приехал вообще с катушек слетел. Что с ним случилось? Чем его так шарахнуло? Похоже, в нём это сидело, но теперь усугубляется... после чего?
Даже если подорванное дружеское доверие О'Хэнлона не спешило восстанавливаться, то как целитель он не мог оставить это без внимания. Похоже, Верес сам нуждается в медицинской помощи... Только он скорее живую жабу проглотит, чем обратится в пятое со своей проблемой.

— Ты и твоя дурацкая исполнительность! Чертовы зелья, чертовы правила, — снова раздражённо бросил Верес, и Джеральд только убедился в своих выводах. У него явно поехала крыша, и не связанные общим смыслом фразы всё больше подтверждали это.
Повисла новая пауза, и колдомедик обеспокоенно задумался.
Аппаре стигмата... Хорошо бы проверить его на повреждение тёмными заклятиями. Но он же бросится на меня раньше, чем я успею достать палочку...

— Знаешь каково это - после суточного дежурства выгребать дома на пол все целительские книги и искать, искать, искать... — Верес снова поднял глаза, но теперь уже смотрел куда-то перед собой невидящим взглядом, — и наконец, найти ту спасительную ниточку, за которую может ухватиться слабая надежда. Радость, когда, наконец, нашёл. Можно попробовать вот эту методику, вот это зелье. А потом прыгать скорее в камин, в отделение. Делать лицо полного спокойствия и спрашивать у Синглтон....а­ как там наш пациент?
Молчание. Ещё одна тяжёлая пауза, позволяющая одному перевести дыхание, а другому — осознать всю сложность ситуации.
Он болен. Верес болен... И пытается вылечить себя сам. Методом тыка... потому что никогда не сталкивался. А может, и сам не знает, от чего.
— Ты никогда не говорил мне об этом,  — покачал головой О'Хэнлон и напряжённо вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он и сам не представлял, чем может быть болен человек, которого он знает десять лет... или точнее, думал, что знает.
— Сколько ты потерял, О’Хэнлон, чтобы говорить мне о долге? Не дай тебе прожить оставшееся время таким дураком.
— Ты никогда не говорил мне, — повторил Джеральд, вдруг почувствовав себя действительно невнимательным дураком. Как он упустил это всё из виду ещё в Мунго? Эти странности, эти непонятные дела на ночных дежурствах... 
— Твоё любопытство, Джерри, до добра не доведёт.
Что, если он уже тогда предупредил меня, чтобы я не лез не в своё дело? Это так похоже на Вереса... Сам, всё сам. Боже упаси признаться кому-то в своей слабости. Всегда, во всём, до последнего... И эта рана с осколком. И больная спина. И ожог. Чёрт его знает, чем он тут занимается... Всё равно не скажет. Скорее в гроб себя загонит, чем признается. Тем более - мне. Мальчишка, что я понимаю в этой жизни?
Как бы скептически не звучали собственные выводы, О'Хэнлон не собирался отступать. Раз уж дошло до того, что Эмиль сам признался ему в какой-то своей проблеме, дело обстоит совсем плохо. 

Верес поднялся на ноги. Приблизился к столу. На всякий случай Джеральд продолжил держать руку на поясе, чтобы в любой момент воспользоваться палочкой.
— Я знаю, что такое смерть. Знаю, как тяжело терять. Поэтому придерживаюсь мнения, что лучше – не иметь. Лучше не привыкать.
К чему отнёс эти слова Верес, он так и не понял. Но зато прекрасно их запомнил - ровно настолько, чтобы потом вспоминать их ещё несколько дней.
Подбитое лицо именинника снова перекосилось от боли. О'Хэнлон поймал себя на мысли, что неизвестная болезнь страшна как раз своей неизвестностью - любым внешним воздействием, от удара кулаком до заклинания, можно вызвать редицив.
— Этот мальчишка. Джерри. Я знал его. Я знал его отца. Черт, да ты представить не можешь через что я прошел на этом проклятом корабле! И что ты мне тут решил сделать? Повеселить?
Колдомедик замер, вслушиваясь в каждое слово. Фон Трир! То, ради чего он хотел разговорить Эмиля. Откровения, которых не скажешь на трезвую голову... И что теперь? Он только сейчас вспомнил о нём, когда Верес сам заговорил. Сказал, как всегда, негусто — обрывками и недомолвками. А что, если там, на корабле, он искал средство... ту ниточку, за которую хватается его слабая надежда? А потом что-то пошло не так.
Отец фон Трира... он ведь занимался чёрными обрядами. Что связывает его с Вересом? Причина болезни или её последствия, которые он должен был снять?

— Я тебе должен. Я знаю, — неожиданно согласно кивнул головой Эмиль, — И верну долг тогда, когда тебе это потребуется.
Последнее прозвучало до того странным тоном, что Джеральд почувствовал, как под рубашкой пробежал мерзкий спазматический озноб. Вместо того чтобы обратиться к другу за помощью, Верес при случае избавится от него. Чем дальше, тем больше лишнего ему известно — и это факт.
Бред... бред сумасшедшего. 
— Уходи отсюда, О'Хэнлон, — предупредил Эмиль, забрав бутылку со стола. Только сейчас колдомедик заметил, где всё это время была палочка Вереса. — Я не хочу тебя больше видеть. Иди, убери тот бардак, который ты устроил. Скажи своим драгоценным гостям уматывать в их теплые кроватки...
Что-то перекочевало в карман, что-то — из кармана на стол. Верес отвернулся и отошёл к окну, допивая злополучный огневиски.
— Как был мальчишкой, который ничего о жизни не знает, так им остался...
— Ты же не...
— Выметайся я сказал!
Разъярённый, почти звериный рык был более чем достаточным предупреждением. И Джеральд понял, что сейчас лучше всего действительно убраться отсюда. Резко развернувшись и тут же пожалев об этом неосторожном движении, он поспешно вышел из кабинета.

----------> Кабинет Колдомедицины

Последнее посещение: 1 год 4 месяца назад

Студенты наконец начали расходиться, да и приглашённым взрослым, видимо, нарисовалась перспектива выговора от Директора за всё, что здесь происходило. И казалось бы ничего страшного - ну праздник, ну пол стеллажа уставлено подарками с алкоголем, ну немного студентов и навозных бомб. А ещё вернувшийся аромат, которого здесь быть не могло… После хитрых манипуляций Далинора в кабинете почти не осталось следа от едкого ужасного запаха, а вот пунш продолжал своё действие.
 Было произнесено название зелья, о котром Синистра уже думала. И этот праздник со студентами начал принимать совсем иной образ.
"Скандал." - Флегматично подумала Аврора, пока что предположение о амортенции оставалось лишь предположением, хоть объяснить могло многое. "Возможно два медика даже не извращенцы." - Но это нужно было ещё проверить, и Аврора подошла к столу. Что если и поведение девушки, что недавно так разнузданно прошла мимо на Вересе объясняется именно наличием данного зелья.
 
"Скандал, увольнение." - Почти с улыбкой подумала Синистра, представляя, как возвращается в Лондон лишившись работы.
Впрочем, это предположение нужно поверить. На столе нашлась чашка, она тут же наполнилась пуншем - единственным доступным для всех напитком - и тут же подверглась заклинанию трансфигурации. Под палочкой Синистры ёмкость запечаталась сверху, готовая теперь к транспортировке. Аврора окинула взглядом кабинет - странности не покидали его. Виновника навозного торжества почему-то отвели к аврору. "Это хорошо, мне не придётся вести его к Макгонагалл."
 Аврор почему-то начал спрашивать у студента младших курсов о произошедшем. В тонкую организацию следственного процесса Синистра вмешиваться была не намерена. А вот отнести ёмкость с предполагаемым зельем нужно было сейчас. И выбор специалиста был сделан без раздумий.
 
- Где же он может ходить? - Аврора для верности ещё раз постучала в кабинет Снейпа. Почему-то мысль, что зельевар может быть чем-то занят и за пределами своего обиталища показалась ей странной.
Женщина разочарованно обернулась по сторонам, даже слегка разозлилась, но ждать не стала.
И размашистым шагом она вернулась в то самый коридор. Перспектива увольнения всех присутствовавших преподавателей ей нарисовалась уже довольно явственно. Она её даже не смущала. Но вот выполнить обязательства и разогнать всех всё же было надо. Возможно, кого-то посетили те же мысли, потому как коридор оказался пуст. И даже тих, дверь в кабинет колдомедицины слегка видоизменилась - кто-то хотел её починить? Но то ли не старались, то ли чинить хотели вовсе не дверь, но она осталась с прежними выбоинами, разве что несколько досок встали на прежнее место, помня основную функцию, но бесстыдно оголяя суть скрываемого - щепки хрустели под ногами недостающими частицами этой когда-то могучей двери.
Аврора отвернулась и вздохнула, готовая отправиться в свою башню - прздник закончился неожиданно быстро. Только вот сейчас в этом уже опустевшем коридоре привлекло Аврору другое - дверь в другой кабинет была приоткрыта и проходя мимо она там увидела неожиданное - на фоне больших окон, впускающих лунный свет, Вереса часть. Стоит, в окно смотрит. Даже не двигается.
Синистра тихо постучала, массивная дверь даже не покачнулась от лёгкого движения руки. Это заявление о своём присутствии было настолько деликатным, что граничило с сарказмом. Последующие слова своей вкрадчивостью только подтвердили это.
- Ну как? Развлечения закончились? - Аврора аккуратно приоткрыла дверь, но не вошла.
Однако, взгляд тут же выхватил развороченные столы - что ж он тут делал? Оставшаяся надпись над головой Вереса так и наталкивала на разнообразные предположения. Аврора старалась в них не углубляться - что бы он тут не вытворял, это казалось серьёзным. Для такого поведения должна быть причина, впрочем... бутылка виски была, возможно, одной из них.
И если изначально Синистре было любопытно, что он тут делает и что было после её ухода, то теперь брови нахмурились и она взглянула на ситуацию иначе. Выпрямилась и внимательнее вгляделась в мужчину, что в одиночестве находился в разрушенном кабинете.
 
 

Последнее посещение: 18 часов 24 мин. назад

— Как же надоела эта, сующая свой поганый нос не в своё дело, морда, — шаги в коридоре перестали быть слышны и колдомедик, к своему спокойствию, остался в тишине. На время можно было и не смотреть. Традиция со свечкой была послана ко всем чертям. А на самом деле - правильно. В конце концов, зачем вам в новом мире иметь хоть какие-то ценности и правила? Можно же просто ударить в лицо, — на кого я вообще похож…. — Эмиль сделал шаг к окну, вглядываясь в своё отражение. Были видно только глаза и лоб. Вся нижняя часть лица была скрыта в темноте....
— Нардо! Сука.....Тардо! — С “мантикоровой” долей алкоголя было сложно сконцентрироваться, но с третьей попытки ему удалось остановить кровь. 

— Сейчас Джеральд разгонит весь цирк и можно будет выйти из замка без объяснения...твою мать. Ещё же Синистра! — Голова стала слишком тяжелой. Видимо, в его состоянии он не способен даже на простые целительские чары. Находясь словно в замедленном времени, Эмиль по привычке дотронулся до лба, тут же зашипев от боли. Было ощущение, что сегодня именно его огрели битой.
— Прости меня, Готфрид. Не смог я помочь твоему парню. Ни тогда, не сейчас, — волшебник поднял глаза на небо, с которого продолжали сыпаться фигурные снежинки. Вряд ли можно было ожидать хоть какого-то ответа от наступающего мороза за прозрачным стеклом пустого кабинета. Но знакомый отзвук прошлого нашелся сам.
— Теперь ты сам понял - слепые бойцы великих идей….наивнее детей. Не будь слепым! Ты же Верес. Что бы сказал Александр?
Да откуда ему было знать, что бы сказал его отец? Но тот давний урок Эмиль для себя хорошо усвоил: не верить никому. Удар может прилететь даже в лоб….даже от лучшего друга.
— А мне всё равно! Пускай делает что хочет. Пускай идёт к аврорам. Пускай расскажет о том, как приехав, и как нашел меня. У них нет доказательств. У них ничего на меня нет. А сейчас...сейчас Крауч был ответом на все вопросы. Если никто не в курсе, что он сбежал из Азкабана, значит, это было спланировано. Значит Темный Лорд - жив. Значит то, что было на Квиддиче - первый шаг. Хоть и слишком быстрый. Зачем так явно давать знать своим присутствием….

- Ну как? Развлечения закончились? — Эмиль сразу же узнал этот голос. И быстро остановил себя от ответа, чтобы не поворачиваться. Взяв паузу, он присел на парту, убирая лицо от света.
— Аврора, поверьте, для меня сегодняшний день никак не был связан с развлечениями, — он старался говорить чётко, но сам понимал, что сломанный нос его выдаёт, — надеюсь, что мистер О'Хэнлон поблагодарил от меня гостей и что все ушли такие же радостные. Я очень виноват, что мне пришлось тебя покинуть, — Верес сделал небольшой глоток из бутылки...он и оказался последним, — я понял, что ты пыталась мне сказать. Ты ошиблась. Эта девушка… — он тяжело выдохнул, поставив пустую бутылку на высокую стопку книг перед окном, — это была сестра Джеральда. Он решил меня с ней познакомить, но, увы, мы не сошлись характерами. К тому же...к моему удивлению, её отравили приворотным зельем, — он потянулся за свитером, но резкая боль в спине тут же его остановила, — надеюсь, что больше пострадавших от этой дряни нет.

Незаметно вытащив палочку, целитель приманил свитер к себе. Рубашка противно прилипала к коже, а ещё предстояло обойти всех представителей закона по дороге в Хогсмид. Если они заметят пятна, вопросов будет очень много. Руки совершенно не слушались, не в силах удержать плотную ткань в пальцах, — черт. Не хватало ей видеть ещё большего позора, — беспомощно опустив свитер рядом с собой, он развернулся в пол оборота:
— Не могла бы ты меня оставить? Я поговорю завтра с директором и улажу ситуацию, — он отвернулся, бормоча куда-то в сторону, — поезд и Лондон. В гробу я видал этого Дамблдора с расспросами.

Время цинизма - в моде без правил бои,
И мы бьёмся, стоим за своих,
Жаль своих почти нет никого