Эмили Коттон

6 сообщений / 0 новое
Последняя публикация
Последнее посещение: 1 месяц 3 недели назад
Эмили Коттон

Личное дело №95

Общая информация

Статус персонажа: ученица Хаффлпаффа

1. Курс

4 курс

2. Полное имя персонажа | Имя персонажа на латинице

Эмили Маргарет Коттон | Emily Margaret Cotton

    Прозвище | Прозвище персонажа на латинице 

Допускает любые сокращения своего имени: Эм, Эмми - на что фантазии хватит. Но ее любимое, конечно, Эмс - так зовет ее Гарнэт.
Одри в особо хорошем расположении духа использует “Мэгги”, мысленно вкладывая в слово куда больше “магии”, чем “Маргарет”.

3. Возраст

14 лет (13.08)  

4. Статус крови 

Полукровка  

5. Гражданство 

Великобритания

Внешний вид

1. Рост | Вес   

157 | 43,5  

2. Раса | Национальность 

Европеоидная | Англичанка     

3. Общее описание внешности   

В целом ничего особо примечательного или выделяющегося. Сторонний наблюдатель, скорее всего, отметит только, что она выглядит чрезвычайно нормально и даже совершенно обычно: овальное лицо, довольно короткие темно-каштановые волосы, обычно растрепанные, реже - аккуратно лежащие под ободком (и вяло протестующие в местах, где у него нет власти). Небольшой слегка приплюснутый нос, карие глаза, светлая, плохо поддающаяся загару кожа, периодически появляющиеся то тут, то там робкие прыщи. 
Эмили небольшого роста, худощавая, с просвечивающими голубоватыми жилками вен. И хотя подростковая угловатость уже начинает понемногу скругляться, а нескладность - превращаться в женскую фигуру, девочка все еще напоминает не до конца оперившегося гиппогрифа. 

4. Физические особенности   

Очень активная мимика, особенно подвижны брови. Эмоции сразу отражаются на лице и очень легко считываются. Кривоватые зубы придают ей более детский вид. Высокий, звонкий голос, склонна громко смеяться и разговаривать. Медведь основательно наступил на уши.
Обладает ровно такой физической силой, какую ожидаешь от волшебницы ее телосложения. Зато хватка у нее мертвая: вцепится в метлу - не оторвешь.

5. Отличительные черты 

Некоторая лохматость

Биография персонажа

Родственные связи
Отец - Грегори Коттон - волшебник, ловец квиддичной команды "Сканторпские стрелы".
Мать - Одри Коттон (Кэрролл) - волшебница, целительница в больнице Св. Мунго. Работает в отделении Травм от рукотворных предметов, часто - со случайно пострадавшими магглами.
Бабушка по материнской линии - Ребекка Кэрролл - маггл, юрист.
Дедушка по материнской линии - Николас Кэрролл - маггл, генерал-майор в отставке.
Тетя - Пегги Кэрролл - маггл, стоматолог.
Брат - Эндрю Коттон - 10 лет. Магический статус неизвестен (предположительно, волшебник).

Квента

Доверимся словам лица честного и неподкупного - портрета миссис Роуз, висящего в гостиной дома с голубыми ставнями - строения под номером 19 по Лунной улице, что в Квартале Волшебников, прямо между домом цвета песочного печенья (Робинсонов, номер 18) слева и деревянным, немного покосившимся, но оттого не менее очаровательным домом номер 21 (Смитов) справа. 

Эмили появилась на свет 13 августа 19ХХ года в родильном отделении Йоркского госпиталя. В доме с голубыми ставнями она объявилась четырьмя днями позже, в сопровождении уставшей матери и все еще немного ошарашенного отца. Этот громкий, неспокойный младенец принялся впитывать влияние Квартала Волшебников незамедлительно. 

Окружение Эмили было, безусловно, магическим: детские метлы, наводняющие клумбы садовые гномы и применяемые по малейшему поводу заклинания. Но когда наблюдаешь это каждый день с самого рождения, никакого волшебства в этом не остается. А потому это волшебство приходится искать самому.  

Тяга к странному, непонятному для простого волшебника проявилась у Эмили с ранних лет. Самым загадочным, что было в окружающем ее мире, являлся, бесспорно, “Исчезнувший дом” (как не трудно догадаться, Двадцатый), привлекший ее внимание, как только она научилась считать до двадцати одного. Ни одно логичное, взрослое, скучное объяснение не могло удовлетворить ребенка, вокруг которого лилась, плескалась и переливалась через край магия, и вскоре вся Мелочь Квартала, за неимением большого выбора предпочитавшая шнырять единым разновозрастным косяком, выбрала главным объектом для игр поиски пропавшего дома. За время существования игры было выдумано такое количество невообразимых историй, что, казалось бы, Эмили должна была насытиться ими лет на пять вперед. Но вместо этого девочка вошла во вкус. Существование тайны будоражило воображение, а окружающая магия давала ему невероятнейший простор. Неизвестность окрашивала скучнейшее в интереснейшее. 

Поспособствовала этой любви и миссис Робинсон, часто приглядывавшая за Эмили, пока Грегори и Одри пропадали на работе. Миссис Робинсон - страшная сплетница, и подрастающая Эм, увлеченно выводящая карандашом в альбоме очередного дракона, невольно слушала передаваемые полушепотом слухи и, хотя и далеко не всегда понимала их смысл, с каждым разом находила это все любопытнее и любопытнее. А потом возвращались родители, и она слушала другие истории, на этот раз - о звездном небе и о морских глубинах, о временах, покрытых налетом минувших веков и о местах, скрытых от глаз даже сильнейших из волшебников. Что могло давать больше топлива детской фантазии?  

Одри пыталась привить дочери любовь к книгам. В них действительно можно было найти много интригующих вещей, но они занимали столько времени, которое можно было потратить на поиск странного и необъяснимого в саду или под лестницей, что к ним Эмили обращалась только в крайнем случае, особенно после того, как поняла, что некоторым вещам лучше так и оставаться тайной (в семь она выяснила, как тигровая акула выглядит на самом деле, и это стало самым большим разочарованием за год). 

Но самым главным и горячо любимым источником всего удивительного и невообразимого, постоянно ставящего ее в тупик невозможностью своего существования стала другая сторона жизни, открывшаяся благодаря родственникам со стороны матери. Тетушка Пегги, уехавшая когда-то учиться на другой конец страны, так и не узнала, что ее сестра - волшебница, и открывать ей правду никто не собирался. Вместо этого Одри, ведомая природным упрямством, изо всех сил симулировала обычную жизнь, и вскоре ситуация вышла из-под контроля, в чем она, разумеется, никогда не сознается. Именно из-за этого каждые семейные сборы, а значит, как минимум, каждое Рождество, вот уже много лет превращаются в большой спектакль, где всем приходится играть Абсолютно Нормальных Людей. Это значит никаких движущихся плакатов в комнате, никаких волшебных сладостей, никаких метел на видных местах (Правило №26, введенное после случая, когда тетушка без задней мысли подмела отцовским Нимбусом пол на кухне) и все в таком духе. Для девочки это забавная рождественская традиция, маленькая игра, похожая на игру в индейцев или жителей космической станции. Именно на одном из таких семейных праздников произошло ее первое детское волшебство: девятилетняя Эмми, испугавшись, моментально погасила скатерть, вспыхнувшую было из-за случайно опрокинутой бабушкой свечи. Тетушка лишь отметила, что “скатерти нынче делают черт из пойми чего”. И все согласились. 

Визиты же к бабушке с дедушкой позволили по-настоящему прикоснуться к этому странному миру - миру, в котором не было места магии, и привычные проблемы не решались взмахом палочки и верно произнесенным заклинанием. Метлы не летали, камины были просто каминами, а портреты хранили молчание (и, видимо, ждали подходящего момента, чтобы моргнуть, потому что переиграть их в гляделки никак не получалось). До сих пор Эмили не может до конца поверить, что в самолетах не спрятан десяток метел, а космонавты - не вымышленные существа (в ее личном топе вымышленных существ они стояли на первом месте, опережая даже индейцев, а потому скафандр долго оставался излюбленным костюмом на Хэллоуин). Но самым удивительным был, пожалуй, телевизор - это такая очень длинная колдография со звуком, которую нужно держать подключенной к стене (о живущем в стене кусачем звере - электричестве - она прекрасно знала: в ее доме он покрывал инеем холодильник и раскалял лампочки, но подобных фокусов делать не умел). Особую же прелесть для маленькой Эмми представляли маггловские фотографии - абсолютно недвижимые - и потому все, что происходило до и после единственного запечатленного кадра, оставалось на растерзание не знающей границ детской фантазии. 

Неудивительно, что магглы раз и навсегда обрели в ее глазах таинственно-романтичный оттенок, а подарки тетушки Пегги каждый год производили совершенно неожиданный для самой тетушки фурор. Впрочем, переплюнуть геймбой (подаренный на самом деле Эндрю, но совершенно его не заинтересовавший) ей так и не удалось. 

Было и в самой Эмили кое-что необычное. Дежавю посещало ее как будто чаще, чем других.  А с некоторых пор она стала видеть странные сны: то проснется с легким привкусом яичницы  на языке и потом обнаружит эту самую яичницу в своей тарелке (хотя дело было, конечно, в поднимающемся из кухни запахе), то почувствует жар и жгучее отчаяние и выяснит, что бабушка с дедушкой погибли во взрыве в своей лаборатории (что, разумеется, было всего лишь совпадением). Все всегда списывали это на богатое воображение. Сама же девочка втайне надеялась, что это обернется чем-нибудь кинематографично чудесным.  

В остальном жизнь маленькой Коттон была абсолютно обыкновенной. 

 С малых лет она играла с отцом в квиддич (что по большей части сводилось к тому, чтобы забросить квоффл в кольцо соперника, укрепленное на высоте полутора-двух метров), и на детской метле чувствовала себя более, чем прекрасно. Но с переходом на модели посерьезнее выяснилось, что она страшно боится высоты и, стоит ей подняться выше, чем на пару метров над землей, собирается в комок и теряет всякий контроль над происходящим. Пару раз ее пришлось снимать с намертво зависшей высоко над землей метлы. Все попытки Грегори доказать дочери, что летать совсем не страшно, не привели ни к чему - она продолжала вцепляться в древко и паниковать изо всех сил.  

К появлению брата Эмили отнеслась с интересом трехлетки, нашедшей большого жука. В конце концов, она никогда раньше не имела дела с такой штукой, как братья. Роль старшей сестры была воспринята ей со всей серьезностью, а потому к своим шести Эндрю знал все о драконах и на любые упоминания космонавтов отвечал улыбкой ребенка, больше не верящего россказням родителей про Санта-Клауса. Правда, в отличие от сестры, он куда больше тяготел ко всему магическому, и с пяти лет говорил всем (даже тем, кто не хотел об этом слушать), что собирается стать магозоологом. Эмми такой уверенности могла только позавидовать - ее намерения менялись каждую неделю. 

То, что Эмили получит письмо из Хогвартса, не подлежало сомнению, а до той поры ей пришлось осваивать маггловскую школьную программу соответствующих классов. Далось ей это не без труда, а результаты обучения были самыми заурядными. Надежды Одри обратились к сыну.  

Больше всех пришедшему письму радовался, как ни странно, Эндрю. Эмили тогда пообещала ему, что будет подробно писать обо всем домой. Первая сова в деталях описывала севшего на окно Хогвартс-экспресса уставшего жука с громаааадными усищами; занявшего место напротив мальчика, больше всего на свете любившего пускать “блинчики” по поверхности Лох-Несса и меньше всего - тыквенную кашу; стойкий запах мягкой обивки, смешавшийся с водянисто-болотистым ароматом, какой имеют хорошие, с любовью взрощенные жабы; и, конечно, ритмичный перестук колес, пытавшийся навести порядок в беспорядочном гуле детских голосов. Только в самом конце, явно приписанное позже, значилось короткое “Кстати, меня распределили на Хаффлпафф.” Всем было ясно, что если бы кто-то спросил, как звали противника тыквенной каши, как выглядел владелец настороженно переступающей лапками жабы и как, в конце концов, называлось место, где располагалась школа - Эмили не смогла бы ответить. И столь же ясно было, что большая часть происходящего в замке так и не дойдет до писем.  

Тем не менее, ее рассказы зачитывались вслух в гостиной каждый вечер. Судя по ним, первые три года она успешно избегала нежелательных приключений, даже если те ее преследовали. Коротала вечера на отработках по зельеварению, практиковалась в трансфигурации и просто слонялась без дела, но не впутывалась ни во что опасное. 

Однако в 1994 году она неожиданно оказалась втянута в череду ужасных событий. Сперва, Чемпионат мира по квиддичу, на который Грегори достал билеты (нужно сказать, на недурные места) для всей семьи и который обернулся погромами с участием Пожирателей смерти. Обрушение одной из зачарованных лестниц в холле Хогвартса. И, наконец, пожар на “Флигленде”, о котором семейство Коттонов узнало из газет и по поводу которого всполошило всех знакомых: в тот день совы от Эмили не пришло. 

Но было и хорошее. Эм сильно сдружилась с Гарнэт, в трудные времена нашла поддержку в лице давнишнего друга семьи - мистера О’Хэнлона, неожиданно для себя оказалась в К25Ч (домашние так и не поняли, что это такое, но, взяв с Эмили честное слово, что она не занимается ничем запрещенным, кажется, успокоились) и, наконец, стала на шаг ближе к удивительному - открыла в себе то, что, по ее мнению, являлось даром к ясновидению.  

События последнего года привели к тому, что родители стали настойчивее в своих советах “о реальной профессии, а не пророческих выдумках”. Да и саму ее ряд случаев заставил всерьез задуматься о будущем. Может, ей наконец удастся взяться за голову?

Характер

1. Общее описание черт и темперамента

Говорят, почерк может многое сказать о своем обладателе. Любой, кому в руки попадется дневник Эмили, с уверенностью скажет, что размашистые кучеряшки, часто напрочь игнорирующие линовку, принадлежат кому-то вдохновленному и мечтательному, слишком увлеченному словами и процессом, чтобы следить за такими глупостями, как письмо в строчку. Разобраться в происходящем на бумаге непросто: посреди страницы ни с того ни с сего может появиться рисунок, а текст - завернуться спиралью. Должно быть, трудно писать, когда в голове полный бардак. Тут и там встречаются остатки вырванных страниц - здесь на лицо категоричность и доля перфекционизма, правда, направленного на гармоничность содержания, а не внешнего вида. Листая, пару раз можно наткнуться на страницы, кардинально отличающиеся от остальных - кучеряшки педантично прилизаны, все строчки тщательно выверены, даже заметки аккуратно пасутся на полях. Впрочем, через пару листов становится ясно, что все это совершенно не в духе писавшего, и текст стремительно возвращается к прежней небрежной поспешности. 

Если же кто-то решит вчитаться в написанное вопреки по-детски наивному требованию на обложке, то выяснит, что Коттон по уши влюблена в мир (и совсем немножко - в Седрика Диггори): здесь и восторженные оды маггловским изобретениям, и Сказка О Звере, Надкусившем Луну, и искренняя радость любому, даже малейшему успеху. Много внимания уделяется полнейшей чепухе, а то, что любой другой посчитал бы куда более важным, часто описывается в двух словах. Если потрудиться вчитаться в каждую строчку и расшифровать каждую закорючку, можно сделать следующие выводы: Эмили не умеет говорить “нет”, особенно когда дело касается помощи, и, кажется, совершенно не замечает, когда ее добротой нагло пользуются; верит в ложь во благо; быстро становится одержима новыми вещами и столь же быстро к ним остывает; в своих увлечениях часто излишне фанатична. Места, в которых Эм пишет, что зла на кого-то, можно пересчитать по пальцам, но каждое из них занимает не менее пяти страниц.

Очевидны ее доверчивость и безоговорочная вера в людей - эта ничем не защищенная книжеца хранит все ее секреты (которые, впрочем, не имеют права так называться, потому что у их хозяйки душа нараспашку). Но вы не найдете на этих страницах ни одной чужой тайны - похоже, она очень серьезно воспринимает данные обещания. 

В общей сложности, кто-то сочтет ее странной, кто-то – простодушной, многие – попросту глупой, а некоторые отметят, что в целом соображалка у нее работает неплохо, просто в какую-то свою сторону. 

2. Увлечения, хобби (если есть) 

Эмили - страстный болельщик "Сканторпских стрел", коллекционирует карточки от шоколадных лягушек (у кого-нибудь есть Берти Ботт?) и чужие секреты. 

Определенно любит: запах отцовского крема для бритья, маггловские фотографии, тыкать пальцем в звездное небо и называть несуществующие созвездия, задавать глупые вопросы и получать глупые ответы, выдумывать, телевизионную рекламу, смотреть через дырки в заборах, кричать в колодцы, совать нос не в свое дело. 

Категорически не переносит: очевидные ответы, зануд, вареный лук, рюшечки, теоретические занятия, пренебрежение к лишенным магии людям, идеальный порядок.  

3. Планы и мечты 

Отец хочет видеть ее игроком квиддичной команды факультета, поэтому в планах - побороть страх высоты и научиться как минимум нормально летать на метле.

Предчувствуя непростые времена, планирует плотнее взяться за изучение заклинаний.

Тайно мечтает оказаться самым настоящим провидцем, но прекрасно понимает, что это очень маловероятно, а потому, скорее всего, не так. (достигнуто?)

Намерена дальше развивать то, что считает даром ясновидения.

Мечтает быть такой же удивительной, как мир вокруг нее.

4. Страхи, фобии 

Боязнь высоты, страх ослепнуть. Очень не хотела бы расстраивать родителей.  

5. Вопросы от шляпы.

Смогли бы вы причинить вред человеку ради достижения цели (личной/общественной)?

- Думаю, у меня не поднимется рука навредить кому-то невинному, но если данный человек по-настоящему опасен для меня или людей, которые мне дороги, то я буду действовать без всяких сомнений.

Магические способности 

Эмили проще даются направления магии, требующие живого воображения или творческого подхода. Абсолютно беспомощна в зельеварении.

Ясновидение - 1 уровень 
Трансфигурация - 1 уровень  

Имущество персонажа

1. Волшебная палочка   

Рябина и перо феникса, 12 дюймов, жесткая.

2. Артефакты

Нимбус-2001. На этой метле Грегори пролетал целый сезон, прежде чем отдать дочери. Метла, тем не менее, в хорошем состоянии. Весь третий курс (за редкими исключениями) либо лежала без дела под кроватью, либо временно передавалась факультетской команде.

"Улыбка Элизабет" — вытянутый кристалл на медной цепочке. Если его потрясти, будет светиться на протяжении часа. 
Получен в ночь Хэллоуина 1994 г. в дар от Вселенной.

3. Питомец  

Крыса Эрл де Крейп (Earl de Crepe). Декоративная крыса, белая с темно-серым “капюшоном”. Сопровождает девочку в Хогвартсе первый год. В процессе дрессировки.

4. Прочее

Блокнот с единорогами на обложке. Был куплен в маггловском магазине (Эмили тогда испугалась, что у владельца магазина будут проблемы из-за Статута о секретности, и поспешила избавить его от компрометирующей улики), в настоящий момент выполняет функцию дневника. Не защищен никакими чарами. Самое волшебное, что в нем есть - блестящие лакированные гривы.

Возможность передачи персонажа.

Передавать персонажа не желательно.

Последнее посещение: 9 месяцев 4 дня назад

Приветствую вас, мисс Коттон, и добро пожаловать!
Вопросов по анкете у меня нет, так что ждем решения Шляпы, мистера Олливандера и моих коллег.

Последнее посещение: 1 неделя 3 дня назад

Я вижу отвагу, честь, открытость и доброе сердце. Это очень редкие качества в наше время и я знаю, какой факультет ценит их выше прочих. Думаю, вы прекрасно проявите себя на...

ХАФФЛПАФФЕ!!!

Последнее посещение: 6 месяцев 2 недели назад

Уважаемая Эмили,
Добро пожаловать на проект и поздравляю Вас с распределением на факультет!
Желаю Вам успехов в учебе. Уверен, Вы найдете много интересного в лекциях наших преподавателей и вырастите в замечательную волшебницу.

По анкете вопросов не имею. 
Однако, хочу напомнить, что согласно нашей акции - с зачислением на факультет Хаффлпафф - Вам доступно дополнительное очко навыков. Прошу Вас добавить одно из перечисленных в Ваши магические способности.

спасибо мисс Коттон за печеньку
Последнее посещение: 1 месяц 3 недели назад

Спасибо, мастер Фаблер!
Дополнительное очко навыков распределила, последние штрихи, вроде палочки, в анкету внесла. 
Передавайте мое пламенное спасибо мистеру Олливандеру! 

Порыв — кипуч, желание — без меры, 
Ум — слеп и хром и полн ребячьей веры

Последнее посещение: 9 месяцев 4 дня назад

Анкета закрыта и перенесена в следующем виде:


Тема заблокирована